Ошибка Белой Королевы или Кто обидел попаданку? (СИ)

Большие и малые соборы спешили присоединить голоса к наполнявшему город звону. Воздух вибрировал, заставляя подниматься дыбом мельчайшие волоски на телах, умы просветлялись, кровь по жилам и магия по энергоканалам струились быстрее… Четверть часа какофонии, вихри разрушений и созиданий, исцелений и таинственных смертей — и всё смолкло.
И в этой тишине отчётливо, словно рассыпая звонкие точки, часы Биг-Бена возвестили полдень.
Полдень нового дня.
Последнего — для одряхлевшего, но всё ещё зубастого Ковена.
***
Его величество Эдвард Четвёртый обвёл цепким взглядом Зал заседаний. Увиденным остался доволен.
Ещё четверть часа назад эти две дюжины хилых с виду, но довольно бодрых Магистров показали себя во всей красе, открыто взбунтовавшись против него и нарушив Присягу, данную при его восшествии на престол. Теперь же… от них мало что осталось. Что ж, хвала Одину и Фригг, покровителям магии! Даже если Старые Боги допустили существование такого змеиного гнезда, как Ковен, Боги же и не воспрепятствовали его уничтожению. Значит, высшая правда на его, монарха, стороне.
Он вспомнил вчерашний спор с Кингзманом, новым главой службы безопасности. Стены и окна королевского кабинета искрили от огромного числа артефактов, защищающих от прослушивания. Обсуждая последние детали операции, Кингзман всеми силами пытался отговорить короля от участия в разгоне Ковена, но Эдвард упёрся, что называется, рогом в землю:
— Колин, не городи чушь. Ты прекрасно знаешь: у нас единственная попытка свалить этих монстров. Фактор внезапности сработает лишь однажды; если же арест сорвётся, они уничтожат всю команду захвата, меня изолируют, а затем подтянут единомышленников из провинций — и тогда один Один ведает, прости за каламбур, что случится завтра, да и настанет ли оно для нас с тобой вообще. И королева забеременела на редкость вовремя… Каков соблазн для заговорщиков — объявить меня безумным, как покойного отца, а то и по-настоящему свести с ума, а в помощь вдове, ожидающей наследника или наследницу престола, назначить регента! И всё, дело сделано: страной правят маги-маразматики, дёргая за ниточки Алису и моего ребёнка. Ты этого хочешь? Вот и я не хочу. А потому скажу в последний раз: смирись. Лишь их ответный удар, прямое нарушение магической клятвы обеспечат наш выигрыш. Не будет нападения на меня — Крест не активируется.
Кингзман скептически пождал губы.
— Вы так верите в силу магической Присяги, сир? Смею напомнить: у вас тоже будет всего одна попытка убедиться в её могуществе. Или в обратном.
Король решительно сжал кулак. Не ударил, но, сдерживая Силу, провёл по поверхности письменного стола. Полировка почернела, впитывая невольный отток королевской магии, кресло под ним задымилось.
— Я верю тому, — веско сказал он, — кто эту Присягу создавал в том виде, какова она теперь. Тому, кто оснастил её совершенным плетением и создал условия для ответного удара предателям. Верю, как себе. Всё, Колин, разговор окончен. Я там буду, и точка! Медлить нельзя: у этих старпёров в каждом графстве созданы общества поддержки, протянуты порталы прямо в Букингемский дворец. Да ты и сам докладывал об их плане смены власти за ближайшие полгода. Медлить нельзя. Месяц-другой — и наше вмешательство повлечёт слишком много жертв, а большинство из них — мои подданные, которым пока не заморочили головы. Ударим сейчас.
Безопасник не сдавался.
— Но всё же: кто составлял плетение для присяги, ваше величество? Назовите мне этого мага! Возможно, и у него есть свои слабые стороны; мы хотя бы…
Король прервал его резким движением руки, словно отметая доводы. Отозвался неохотно:
— Его имя тебе пока ничего не скажет. А вот когда… Когда заговорят колокола — поговорим. После всего…
Ладонь короля тронула розетку ордена Святого Клементина — единственное скромное украшение на повседневном мундире.
— Да помогут нам Один и Единый.
… Точно такой жест король повторил, прибыв к оговоренному времени в Зал Заседаний Ковена, во главе небольшого отряда. Заседание архимагов, нынче какое-то особое, по данным служб безопасности, тайное, едва началось. Двери в Зал, бывший когда-то красивой, хоть и мрачноватой гостиной родового особняка Норфолков, оказались намертво запечатаны охранными плетениями, поэтому ничего удивительного, что на ворвавшихся гвардейцев и боевых магов во главе с королём престарелые заговорщики вытаращились едва ли не в суеверном ужасе. Кто посмел?.. А главное — как преодолел защиту?
 
Впрочем, Главе Ковена, герцогу Норфолкскому, достаточно было оценить россыпь магических искр со скромного ордена в петлице королевского мундира, чтобы понять, как. Такова уж была мощь того, кто своими руками когда-то сотворил артефакт, ставший одной из тайных королевских регалий. Для него в принципе не существовало закрытых дверей, врат и оков. А ещё Главному Магу, единственному в этом помещении опознавшему Крест Клементина, очень хорошо было известно второе предназначение данного артефакта. Кара Господня.
Впрочем, оставалась ещё возможность осечки. Сработает ли святыня сейчас? Ведь того, что привязал её к плетению Присяги и подпитывал долгие годы, больше нет в живых. Не слишком ли самонадеян новый король?
И, в конце концов, он всего лишь с малой охраной…
Величественно поднявшись с кресла, Главный Маг поклонился. Снисходительно. Ясно давая понять, что здесь, в своём лого… месте Силы король — он.
— Какая честь, ваше величество! Мы несказанно счастливы…
— Это ненадолго, милорд, — перебил Эдвард бесцеремонно.
Старик застыл в замешательстве. Его — прервать? Как это? Недоумённо вскинул бровь, вслушиваясь. Король же обвёл присутствующих тяжёлым взглядом.
Все в сборе. Превосходно. Главное — не раскрыть раньше времени мышеловку, в которую эти интриганы себя загнали.
— Дело в том, что я пришёл остановить вашу деятельность, господа маги. Вы обвиняетесь в заговоре против меня и Альвиона. Помимо этой претензии у меня лично к некоторым из вас имеется ещё несколько, но и первой причины вполне достаточно, чтобы арестовать вашу весёлую компанию. Я объявляю Ковен в нынешнем составе распущенным, господа. Навсегда.
Слегка изменившись в лице, Глава Ковена, тем не менее, попытался возразить, поглядывая на сопровождение короля, деловито охватывающее Зал цепочкой по периметру:
— Однако, Ваше величество, при всём уважении, хочу напомнить, что вы не вправе!.. Э-э… Ковен низлагается, как и избирается, коллегиально, при большинстве голосов…
Голос Эдварда Четвёртого, зычный, поднимавший на поле боя умирающих солдат для последнего победного броска, перекрыл растерянное бормотание:
— Могу, милорд. Имею право. Законодательство моей державы позволяет мне единолично, своей монаршей волей, прекратить деятельность сообщества либо союза, в составе которых находятся изменники своему королю и Отечеству. У нас есть доказательства ваших тайных переговоров с Испанийской Инквизицией, а также совместной подготовки военной операции под кодовым названием «Армада победы». Этого достаточно, чтобы большинство из вас провели остаток дней в камере с особыми браслетами на руках и ногах. Поэтому…
Прервавшись и слегка скосив взгляд, его величество проследил, как от защитной сферы, раскрывшейся над ним, осыпаются стрелки молний, как гвардейцы заламывают руки трём разгневанным старикам, как с другой стороны стола, вытянутого подковой, кто-то в невнятном балахоне вздымает к потолку пылающий посох… и пожал плечами.
— Милорды маги, вы в своём уме? Вы действительно целились в меня? Это ж покушение! Плаха, однозначно! Даю вам последний шанс опомниться и…
— В круг! — завопил неожиданно герцог Норфолкский. — Коллеги, в круг! Уничтожим их единым ударом, смелее, магия на нашей стороне! Хаммерсмит, Стюард, Рич, к бою!
Позднее король признался Кингзману, что когда в двух шагах от него выросли фигуры боевых магов, немолодых, но кряжистых, мощных, как старые дубы… он не то, чтобы струхнул, но слегка встревожился. Магией от этих герцогских «псов» несло убойно, да ещё явно прослеживались нити ментального подчинения, тянувшиеся к ним от Главы… Берсерки, одно слово. Более тянуть с ответными мерами нельзя. Картина ясна, факт измены налицо.