Сон на золе (СИ)

Вероника Павловна лежала на спине в самом центре зала, прямо между двух узкоспециализированных операционных столов. Над каждым из них возвышалась колба механизированного хирургического блока, в которых скрывался целый ворох манипуляторов и инструментов для проведения операций через синхронизацию с биоблоком. На одном из столов, кстати, лежала окровавленная крыса. Судя по показаниям на операционных галоэкранах — мертвая. Похоже, первый толчок настиг научницу в самом разгаре процедуры вживления.
Охранник поспешил на помощь, осторожно склонившись над женщиной. Она оказалась живой и почти невредимой. Большая шишка на затылке — вероятный след от падения. Получалось так, что либо дамочка нанюхалась испарений из богатой смеси местных химикатов, либо элементарно грохнулась в обморок от испуга. Второй вариант мне, почему–то казался более вероятным, поскольку меня в сон не клонило, да и Ева молчала об опасностях. Сергеич легонько пошлепывал научницу по щекам, пытаясь привести ее в чувство. Я поспешил набрать воды в первую же чистую посудину. После того, как лицо Вероники Павловны хорошенько окатили водой, пострадавшая соизволила очнуться. Она с трудом сфокусировала взгляд на охраннике, потом посмотрела на меня. На секунду ее глаза расширились, и дамочка снова хлопнулась в обморок.
— Нда, разбудили… — подвел итог я.
Сергеич посмотрел на меня, потом на женщину, а потом снова на меня. И с досадой вздохнул:
— Возможно, я бы тоже отрубился, увидь я твою рожу в темном переулке. По крайней мере, кошмары были бы обеспечены. Ты это, сходи умойся, что ли. Выглядишь, как персонаж из дешевого ужастика. Найди мне что–нибудь, чтоб подложить Верочке под голову и пойди приведи себя в порядок.
Порывшись вокруг, я вручил Сергеичу скрученный халат, набитый мягкими подстилками от переносок. Охранник благодарно кивнул, легко поднял научницу и опустил ее на незанятый операционный стол, подложив под голову мой чудо–валик.
Дамочка что–то забормотала, вероятно снова приходя в себя, и я поспешил ретироваться. Первым делом подался в душевую. Под воду залез прямо в термокостюме, смывая кровь с лица, подбородка и груди. Спецодежда сидела на теле словно вторая и довольно толстая кожа. Поэтому я не боялся, что мне натечет за шиворот. Пружинящий под пальцами оранжевый материал хорошо отталкивал воду, и не особо глубоко получал загрязнения. Это позволило мне с помощью добротной горсти жидкого мыла привести одежду в порядок.
Хотел сразу вернуться, но притормозил у своего шкафчика. Достал рюкзак, а из него — термос. Пока подо мной медленно натекала лужа с костюма, я, блаженно щурясь, выпил стаканчик горячего травяного отвара. Прямо аж как–то полегчало. Эх, надеюсь, со стариком–китайцем все хорошо, хотелось бы поблагодарить его. И тут мои мысли кольнула другая мысль: «А у кого там наверху сейчас вообще хоть что–то хорошо?». Как там жена? А родители? Друзья? Боже…
— Ева, можешь сказать что–то новое по поводу происходящего наверху?
— Данные отсутствуют, — поспешил ответить ИскИн. — Не удается ни по каким доступным каналам связи достучаться до информационных устройств или хабов Экстранета на поверхности. На данный момент я могу только сузить список вариантов боевых действий до исключительно военных.
— Не понял.
— Судя по неутихающим сотрясениям грунта, наверху слишком долго происходит использование тяжелого вооружения.
Ева вывела на интерфейс несколько диаграмм, больше напоминающих безумную кардиограмму. График то стремительно лез вверх, то падал вниз. И так происходило безостановочно уже больше часа.
— Выражаясь более понятно, с вероятностью 94,758 процента можно утверждать, что в данный момент на поверхности идет война.
— Война? — опешил я. — С кем?
— Недостаточно данных для анализа.
— Офигеть. Ну ты умеешь взбодрить!
— Не ты ли делал приоритет на информировании и контроле, когда создавал мое ядро? А вообще, — тон Евы вдруг немного смягчился, — послушай вот что. В данный момент ты ничего не можешь изменить. Ты заперт здесь с остальными. Поэтому временно постарайся откинуть мысли о жене и родных. Пока не выберешься наружу, нет смысла мучить себя пустыми переживаниями. Соберись и решай проблемы по мере их поступления. Главное сейчас — выжить.
 
— Ого… — потянул я, немного ошалев от такой речи. Похоже, сегодня ночью мой ИскИн совершил куда больший скачек, чем я предполагал. Впрочем, она права. Все эти мысли могут подождать. Все–равно я пока никак не смогу помочь кому–то на поверхности. — Конечно, спасибо, Ева, вот только у людей эмоции так просто не работают. Я не могу переключить рубильник и перестать волноваться… Но я тебя понял. Постараюсь не впадать в депрессию.
— Хорошо, — ответила она и замолкла.
В очередной раз за сегодня я удивленно покачал головой. Заглянул в комнату отдыха, служившую нам заодно и местом, где можно перекусить. Здесь стояли пищевой синтезатор, чайник и опрокинутая встряской посуда. При обычных обстоятельствах выносить пищу из комнаты отдыха категорически запрещалось, тем паче переться с ней в лабораторию. Но в данный момент мне было побоку. Сообразив две кружки ароматного чая, пускай и не натурального, я пулей проскочил стерилизационный блок и двинул к биотическому отделу. На этот раз мое появление не вызвало новых обмороков. Даже наоборот. Вероника Павловна улыбнулась и приняла протянутую кружку. Непривычно было видеть на ее лице улыбку. Научнице стоило так делать почаще, улыбка ей шла. Даже постоянно витавший вокруг женщины негатив куда–то сразу улетучился.
А быть может всё дело в охраннике. Пока меня не было, они сидели тут и болтали о чем–то отвлеченном. Сергеич был из тех людей, которые легко к себе располагают. Мы с ним познакомились на нашей с Людмилой свадьбе. Жена так и представила его тогда: «Сергеич». Складывалось впечатление, что по имени ее двоюродного брата вообще никто не называл. Мы пересекались не часто, но мужик, как оказалось, хорошо запомнил кто я и чем занимаюсь.
К тому времени мы с Лехой активно развивали свой стартап. Оба прошли дорогую операцию по апгрейду биоблока и его технологической начинки, получив при этом по инъекции биоклеток. Кстати, лицензию на обладание продвинутым железом в голове получилось выбить тоже далеко не сразу. А все для чего? В какой–то момент мы приняли решение, что создавать ИИ для умных домов или предприятий — скука смертная. Причем оплачивались такие услуги не так чтоб очень хорошо. Рынок был переполнен профессионалами нашего уровня, поэтому мне с другом приходилось довольствоваться крохами. Но потом назрело решение сделать шаг вперед, пойдя на большой риск как в плане здоровья, так и по финансам. Мне пришлось заложить квартиру, а Лехе — дом.
Зато результат оправдал себя на сто один процент. Получив возможность и разрешение писать программы для биоблоков, мы словно напали на золотую жилу. Такое ПО стоило дорого и было весьма востребовано, да и сам процесс работы в этой области приносил нам удовольствие. В общем, за год с чем–то мы заработали не только денег, но и хорошую репутацию в определенных кругах. Вот тогда–то и появились на пороге дяденьки в дорогих костюмах. Сначала подумалось, что это очередные клиенты–толстосумы, желающие получить какой–то эксклюзивный продукт. Но все оказалось куда прозаичнее — к нам в офис пожаловали представители Аргентума.
В тот момент я реально перепугался. Вполне закономерно предположил, что нас тупо хотят выкинуть из бизнеса. А это значило, что по итогу нам бы было некуда приткнуться, ведь A. R.G. E.N. T.U. M. — мировая мегакорпорация. Их офисы и филиалы натыканы едва ли не в каждом крупном городе по всему Земному шару. В мелких же городишках наши с Лёхой услуги никому будут не нужны. Хотелось завыть, но вместо этого я с любезной улыбкой поинтересовался, чем мы обязаны такой встрече. А стоило спросить кому. Сергеичу.
 
Впрочем, и ситуация оказалась совсем иной. Дяденьки из Аргентума коротко изложили суть вопроса, предложив выкупить наш бизнес вместе с уже наработанной базой клиентов. И сумму назвали такую, что я едва не хрюкнул от удивления. Подобными предложениями с рынка не вышвыривали. Но все очень быстро стало на свои места. Как оказалось, вместе с бизнесом купить хотели и нас. Взять к себе на постоянную работу. В Заповедном в то время как раз открылась лаборатория Авега Групс — мелкого филиала Аргентума. В ней–то нам и предлагали рабочие места. Тут на барыши тоже не поскупились, пообещав платить, как сотрудникам главного офиса нашего города.