Сон на золе (СИ)
Глава 2. Обратный отсчет
Свернув за угол через несколько минут, я оказался на финишной прямой к месту работы. Из–за обилия жителей современные города росли не только вверх, но и вниз. Заповедный в этом смысле не был исключением, под ним тоже простирался низинный город. Множество этажей, уходящие глубоко в недра земли, умещали в себе то, что занимало дорогую жилплощадь на поверхности. Начиная с обычных складских помещений и заканчивая цехами или мусороперерабатывающими станциями, все это скрывалось подальше от глаз небожителей, взирающих на город с вершин небоскребов. К слову, арендная плата в подземке тоже была в разы меньше. Вероятно, именно поэтому лаборатория, в которой я работал, располагалась под землей.
Впереди показалось невзрачное пятнадцатиэтажное здание, расположенное на окраине нашего района. Тот, кто проектировал лабораторию, подошел к делу основательно. Три наши подземных уровня представляли собой глухой сектор, отгороженный от остального низинного города несколькими метрами армированного бетона. Внутрь можно было попасть только по спецпропускам, и всего через один вход. Начальство очень не любило посторонних, и позаботилось, чтобы сотрудники не вынесли из лаборатории ничего ценного.
Недалеко от парадного входа в здание курил Алексей, мой хороший друг еще с первого курса университета. При галстуке, но в то же время весь какой–то потрепанный, он задумчиво пускал клубы сигаретного дыма, разглядывая вывеску нашей лаборатории, налепленную поверх панелей стеклопластика. Большие зеленые буквы складывались в звучное «Авега Групс», а чуть ниже шел короткий слоган: «Мы находим лучшие пути». Я поравнялся с другом, став с подветренной стороны. Терпеть не могу запах сигарет, а этот остолоп уже несколько лет как пытается бросить курить. Да все никак.
— Привет Лех, — пожал я протянутую руку. — Чем любуешься?
— Да вот, размышляю о превратностях судьбы, — он указал зажатой в пальцах сигаретой на вывеску. — Тебе не раздражает работать за чьей–то ширмой?
— С чего бы вдруг?
— Ну смотри. Бизнес у нас выкупил кто? Большие дяди из Аргентума. На работу к себе позвал кто? Они же. Для кого мы пишем код и мучаем бедных крыс… Эх. Вместо этого мы числимся, как гордые работники Авега Групс. Тьфу.
— Не понимаю, чем ты не доволен. Это дочерняя контора Аргентума. Платят нам ощутимо больше, чем мы с тобой на стартапе зарабатывали. Я вон даже смог квартиру прикупить недалеко от рабочего места, причем хорошую, в озелененной зоне. Люда просто счастлива. Но это мелочи, по сравнению с доступом к исходному коду ИскИнов и скидками на биоклетки для своих. Для меня здесь — работа мечты. Или ты рассчитывал оказаться в главном офисе?
— Да не особо. Но какой–то осадочек остается, — с недовольным видом друг затушил окурок о край урны.
— Может, тебе заказать фирменную футболку с надписью A. R.G. E.N. T.U. M.?
— Слы, хватит стебаться.
— Фигней ты страдаешь, Алексей Батькович, — толкнул я его в плечо с ухмылкой, и отправил пустой стаканчик в урну. — Пока ты тут думы думаешь, время идет. Заработаем опоздание без уважительных — лишат премии. Пойдем.
Хмыкнув и, наконец, соизволив улыбнуться, Леха потопал в след за мной ко входу. Внутри офисное здание оставалось все таким же невзрачным, как и снаружи. Мы прошли мимо стойки администратора, и, в дальнем краю здания, нырнули в дверь с табличкой «Только для персонала». Четыре лестничных пролета вниз привели нас к длинному коридору, за стенами которого скрывалась первичная охранная система. В дальнем конце нас ожидала большая сейфовая дверь и крохотная будка охраны. Грузный парень с вечно недовольным видом, сидел здесь скорее для отпугивания посторонних, нежели для обеспечения безопасности или контроля. Но он все равно потребовал наши пропуска, хотя мы и проходили эту процедуру ежедневно.
— Привет, Степан. Что, тоже припахали работать в праздничный день? — спросил я, протягивая пропуск.
— Жеребьёвка, — буркнул он в ответ и дал знак проходить.
Степан нажал пару кнопок на панели управления, послышался звуковой сигнал. С той стороны двери нас изучали через камеры, параллельно проверяя маркеры наших биоблоков на соответствие базе данных сотрудников. В этот момент я всегда нервничал. Те изменения, которые я внес в Еву, могли невольно повредить изначальный маркер. Чуть что не так — я тут же схлопочу заряд парализатора, а потом меня спеленают и отправят на разбор полетов к службе внутренней безопасности. И это еще в лучшем случае. По сути, мои эксперименты с личным ИскИном выходили за рамки действующего законодательства. Если меня уличат, то одним штрафом не отделаюсь. Несмотря на то, что мой ИскИн каждое утро перепроверяла маркер, я все равно каждый раз мандражировал. Но тут раздался повторный сигнал, и громадная дверь открылась.
Внутри нас встретил еще один пост охраны, но на этот раз нам с Лехой были рады. Крепкий загорелый дядька с сединой в волосах, стоял опершись плечом о стеклопластик. Двоюродный брат моей жены собственной персоной. Человек, которому я обязан своей текущей должностью. Спецодежда охранника с трудом скрывала рельефность его мускулатуры. В отличие от того же Степана, которого при желании мог заменить говорящий манекен, в этом мужчине следы прокачки биоклетками были налицо. Аргентум не жалел ресурсов на безопасников. На тех, которые не для галочки.
— Я смотрю, вы, господа, не спешите занять свои рабочие места, — с улыбкой произнес он, протягивая нам руку.
— Утречка, Сергеич, — я пожал крепкую ладонь и хлопнул охранника по плечу. — Что, все пришли раньше нас?
— А кто все–то? — хмыкнул он. — Сегодня работаете только вы, я, да Верочка.
— Что, все гуляют? Даже твой напарник? — Алексей с тоской глянул на плавно закрывающиеся за нами сейфовые двери.
— Ага. Все–таки праздник большой. Народ хочет провести время с семьей, с друзьями.
— Нда… Лех, у нас с тобой, походу, ни семьи, ни друзей нет, — саркастически хмыкнул я. — Вкалывать 24 на 7 — наше всё. Ну, а сам–то чего на работе, Сергеич?
— А кто вас, яйцеголовых, охранять будет? — улыбнулся двоюродный брат жены. — Мы и так немного устав нарушаем. Если следовать всем нормам, то работы в этой лаборатории можно проводить только при наличии двух охранников. Так что вы особо не распространяйтесь, чтобы наверху не прознали.
— Не вопрос, — кивнул Алексей.
— Тогда шуруйте переодеваться. Быстренько решим вопросы утренней разнарядки, и каждый займется своим делом.
— Будешь снова смотреть свои мыльные оперы? — подколол я.
— Сам ты мыльный. Не оперы, а классика, — Сергеич постукал пальцем по своему новехонькому черному ППК. Переносной персональный компьютер широким наручем обхватывал мускулистое предплечье. Неизменный атрибут сотрудников Аргентума на рабочем месте. — Сборник лучших сериалов двадцать первого и двадцать второго веков. Таких вещей уже не снимают. А будете называть это мылом — бахну парализатором. Не включая.
Засмеявшись, мы пошли в раздевалку, вход в которую располагался сразу за постом охраны. Пройдя раздевалку насквозь, можно было посетить душевую, комнату отдыха, либо в крохотный тренажерный зал. Другая дверь, сразу возле входа, позволяла попасть в саму лабораторию, предварительно пройдя стерилизационный отсек. Вся моя верхняя одежда быстро перекочевала в именной шкафчик, а на смену ей пришел тонкий оранжевый термокостюм и высокая обувь на пенистой подошве. И все, никаких тебе халатов и прочей научной атрибутики. Я выгрузил из рюкзака свое барахло, сложил в специальную открытую корзину и, не дожидаясь напарника, направился в стерилизатор. Меня и мою ношу обдало паром, потоками воздуха с примесью химического запаха, а под конец осветило со всех сторон лучами разного спектра. Зато спустя тридцать секунд я выбрался наружу, готовый начать свой рабочий день.
Лаборатория делилась на три этажа и семь секций. Моя с другом вотчина, отдел системного ПО, находилась на уровне А. Дальше по коридору шел отдел процессорного структурирования, а сразу за ним — обширная зала отдела по биотическому вживлению. В самом углу этажа притаился маленький закуток с бронированной дверью. Святая святых лаборатории — хранилище биотического материала. Ниже, на уровне B, располагался стазисный репозиторий. Там дрыхла тихим сном целая уйма всевозможных зверушек, преимущественно грызунов и приматов, на которых лаборанты тестировали все свои изобретения. Там же держали генный материал для воспроизведения любого из местных видов искусственным путем.