Дорога из пепла и стекла (СИ)
— Как вы поняли? — спросила Лийга. Она и Ит сидели сейчас в кабине, и ждали, когда Рифат и Скрипач закончат работу. И от Лийги, и от Ита сейчас было бы мало толку, одна слишком слабая, а другой не может ничего поднимать или носить. — Ит, как ты понял?
— Тогда… когда ты говорила про плавник, детей, и всё прочее… я знаю это ощущение, — признался Ит. — Глаза всё рассказали. Ну, не всё, конечно, — поправил он сам себя, — но они сказали главное. У нас было такое выражение… Море травы. Неотвратимость. Полная безнадежность. Внутренний демон, пожирающий тебя. То есть «у нас» звучит не совсем верно, но… словом, у тебя в глазах я увидел Море травы. Первые дни мы гнали от себя эти мысли, но ничто иное не вписывалось в картину. И мы поняли, что ты имеешь отношение к происшедшему. Та самая сила, о которой не знали шрика.
— Ну почему, не знали. Знали, — Лийга вздохнула. — Имели представление. Просто они не думали, что здесь окажусь я. Да и я сама… нет, не могу. Ит, прости. Я, правда, не могу. Просто давай пока что ты и Скиа будете знать следующее. Это была ошибка, случайность, это получилось ненамеренно. Я не хотела этого. Что же до вас двоих… у вас есть дар, и есть потенциал. И поэтому вам действительно нельзя никого убивать. Ладно? Мы договорились?
Иту вдруг стало её жалко.
— Мы постараемся, — сказал он. — Обещать не буду, но мы постараемся.
В кабину зашел Скрипач, и плюхнулся на лавочку у стены.
— Всё, — сообщил он. — Подарочки погрузили, оружие прибрали, этим подонкам развязали ноги, и выпнули из грузового люка. Руки пусть как-нибудь сами развязывают. Они справятся.
— Модуль на месте? — спросил Ит.
— В лучшем виде, никогда не найдут, — Скрипач ухмыльнулся. — Пристроил в полость крышки двигателя второго шагохода. Будет мотаться здесь, по округе, когда починят — и там, наверху, с высокой долей вероятности решат, что нас тут прикончили и присвоили карту. Всё, дело закрыто.
— Хорошо, — Ит одобрительно кивнул. — Что с блокировками?
— Рифат снял, запросто. Пайку мы забрали, ну и ещё кое-что из того, что могло пригодиться. Потом посмотришь. Жаль, аккумулятор удалось забрать всего один, — вздохнул Скрипач. — Но это ничего. Надо будет как-нибудь обнести ещё одну такую мастерскую, и достать то, чего нам не хватает. Лийга, поднимай машину, и поехали отсюда.
— Поехали, — Лийга улыбнулась, как показалось Иту — с облегчением. — Сейчас пробежимся, посмотрим, что эта Люся может. Держитесь крепче, на хорошей скорости компенсаторы могут и не отработать, как нужно.
Песчаник легко поднялся, миновал скальную группу, и вышел обратно, на пустошь. Лийга усмехнулась, тронула джойстик — машина, набирая скорость, двинулась от скал прочь, всё больше и больше прибавляя ход. Освобожденный от блокировки механизм, кажется, соскучился по движению, и сейчас несся по равнине, оставляя за собой пыльный шлейф, медленно оседающий на каменистую пустую землю.
— Воду забыли набрать, — сказал Рифат.
— В другом месте наберем, — ответил Скрипач. — Мне эти уши покоя не дают. Мы же не знаем, куда они девали то, что осталось от тех, кого они… в общем, ладно. Не нужна нам эта вода.
* * *— Да я тоже через сутки понял, что это она, равно как и ты, — Скрипач вздохнул. — Ит, ложись, чего ты там торчишь?
— Руки разбинтовываю. Сейчас. Да, она, и я стал понимать, кажется, из-за чего. Она одна, рыжий. Значит, был кто-то второй. Или вторая. Вот тебе и причина для такого удара. Сдается мне, она даже не поняла, что сделала. Или поняла, но позже.
— Так и так придется расспрашивать. Всё равно мы все уже в одной лодке, и мне почему-то кажется, что долго молчать она не сумеет, — заметил Скрипач.
— Мне больше другое интересно, — Ит, наконец, размотал полоски ткани, и повесил их на дверной поручень — спать они с рыжим ложились сейчас в кузове. — Всему тому, что здесь произошло, есть одна причина. Стрелок. Ты понимаешь, что это значит? Мало того, что он сдвинул по Сфере нас с тобой, он еще и основательно поработал здесь — вот таким образом. Виновата не Лийга. Да, она винит себя, разумеется, но на самом деле Лийга — очередная жертва. Которая тоже не знает, что она жертва, лишь потому, что она интегрирована в систему.
— Интегрирована? В качестве кого? — нахмурился Скрипач.
— Не знаю. С высокой долей вероятности, она учитель. Одна из учителей, — ответил Ит.
Скрипач задумался.
— Не сходится, — сказал он. — Ей сейчас шестьсот восемьдесят, да?
— Да.
— Ну и какой она учитель, в таком случае? Когда здесь это всё случилось, она была для учителя слишком молодой, — заметил Скрипач.
— Рыжий, ты пытаешься мыслить в рамках известной нам схемы. А тут схема может быть совсем другая, — возразил Ит. — Она и есть другая на самом деле, изначально. Причём другая она во всём. Не было разброса по векторам «принцесс» и «наблюдателей», так? Они все находились в одном мире. Не было никаких женщин среди Сэфес, были только мужчины, и только старые. Здесь — мы видим Лийгу, которая на момент событий инициации была моложе того возраста, о котором мы знаем… про время пока что вообще ничего непонятно, но это мы потом разберемся. Та пара, которая погибла на Тингле, была молодой — иначе с какой радости нам поставили возраст после геронто девятнадцать и двадцать? Сколько было Пятому на момент встречи с учителями? А Лину? Тридцать восемь и тридцать девять. Тут всё иначе, а мы пытаемся пристегнуть старые знания к новым, и поэтому всё время ошибаемся.
— Зашоренные мы, — вздохнул Скрипач. — Ограниченные.
— Да, ограниченные, — кивнул Ит. — Тем старым знанием. И нет бы нам подумать о том, что мы видели раньше. Нам ведь намекали, и ещё как.
— Ты о чем? — не понял Скрипач.
— Идущие к Луне, — пожал плечами Ит. — Уже на том этапе меня многое смутило. Равно как и Берту. И остальных. Но мы сочли это погрешностью, хотя никакой погрешностью это на тот момент не являлось. Нам просто показывали фрагменты совершенно иных схем. Говорили прямым текстом, что они возможны. И, да, они возможны.
— Ну, в этом ты прав, — согласился Скрипач. — Но… ладно. Интеграция, говоришь? Подумаем. Надо попробовать посчитать кое-что.
— Что именно? — не понял Ит.
— Попробуем на досуге выстроить схему этого варианта, — предложил Скрипач.
— Давай, — пожал плечами Ит. — Только не сегодня. Спать пора.
Глава 19
Саладус
19
Саладус
— И что у тебя получилось? — с интересом спросил Скрипач.
— Пока что у меня получается хаос, — признался Ит. — Не могу зацепить одно за другое, ну никак.
— Почему? — Скрипач нахмурился.
— Есть этап, который мы назвали инициацией, верно? — спросил Ит. Скрипач кивнул. — Он же является этапом становления. Так вот. Где в данной схеме этот этап? Его нет, рыжий. Двадцатилетние мы сразу попадаем к учителю. Причем к одному учителю. Это выглядит абсолютно нелогично, согласись. Мы были в контакте с наблюдателями, но остальное всё где? У Пятого с Лином на этот этап ушли годы. Да, тут срок может быть иной, но не полтора же месяца, в конце концов. И я не только наблюдателей имею в виду. Психика, как мы с тобой знаем, штука пластичная, безусловно, но ей в любом случае нужно время, чтобы успеть перестроиться и адаптироваться. А в схеме, которая нам предложена, этот временной отрезок отсутствует.
Скрипач задумался. Встал, подкинул в костёр пару веток, снова сел на камень.
— Да, это верно, — сказал он. — Действительно, не сходится.
— Вот и я о том же. Но оно должно сойтись. Понять бы ещё, как, — Ит вздохнул. — Там вода не закипела?
— Почти. Что, есть хочется? — ехидно спросил Скрипач.
— А тебе будто не хочется. Конечно, хочется. Где, интересно, Лийга с Рифатом бродят? — Ит огляделся. — Полчаса уже нету.
— Гуляют. И, возможно, совещаются, — предположил Скрипач. — Мы их приперли к стенке, и они думают, что делать дальше.