Дорога из пепла и стекла (СИ)
* * *Случай поговорить вдвоем им выдался только через несколько дней, и случаю этому предшествовало одно событие, которое сильно их встревожило. Рифат, вернувшийся домой после своего путешествия к реке, сообщил, что вода почти ушла, и брод скоро откроется. Дней через шесть, ну семь, нужно будет отправиться в путь, потому что в город надо наведаться обязательно. Причем обеим халвквинам тоже обязательно. Зачем? Нужно сделать вам генные карты, внести в базу, и мы с Лийгой должны подтвердить, что берем на себя ответственность. Может быть, если сами захотите, конечно, получится продать вас в приличные семьи, но… тут Рифат замялся, и виновато глянул на Скрипача. В общем, приличные семьи в покалеченных халвквинах обычно не заинтересованы. Если бы вы были здоровы, получился бы другой разговор. А так шансов практически нет.
— Продать? — уточнил Скрипач.
— Конечно, — пожал плечами Рифат.
— И много вам за нас дадут, если получится? — спросил Скрипач.
— Нам? — кажется, Рифат опешил. — Ты что, Скиа? Деньги получает халвквина, и от семьи, в которую идет, и от сообщества. Ты что, решила, что я имею право продать тебя кому-то?
— А как еще это можно понять? — Скрипач нахмурился.
— Это отступные при смене семьи, — пояснил Рифат. — Правда, обычно умные халвквины и женщины эти деньги не тратят. Откладывают, получают проценты, если родится сын, то передают деньги ему, чтобы он дал отступные уже своей жене. Это как гарантия благополучия. Случиться может всякое, и эта сумма может оказаться для кого-то спасением. Поняла?
— Вроде, поняла, — кивнул Скрипач. — Но нам, значит, без шансов. А если мы сами не хотим?
— Глупо, что не хотите, — вздохнул Рифат. — Что вам тут делать, в глуши? У нас ничего хорошего для вас нет. Ни развлечений, ни одежды, ни перспектив. Вы молоды, самая пора для семьи, для детей. Печально, что с вами такое случилось. Но будем верить в лучшее.
— Мы действительно никуда не хотим, — твердо сказал тогда Ит. В отличие от Скрипача, он в панику при словах о продаже не впал, решил дослушать, что скажет Рифат, и оказался прав. — И ничего не знаем, в том числе и про город, и про обычаи, и про… ты сказал, нам нужно сделать генные карты? — уточнил он. Рифат кивнул. — Обязательно? Это дорого?
— Мы можем заплатить, хотя, конечно, это не самая маленькая сумма, — уклончиво ответил Рифат. Дорого, значит, понял Ит. Понятно. — А делать нужно обязательно, разумеется. Придется, наверное, вам пояснить, — он тяжело вздохнул. — Место, в котором мы живем, является буферной зоной между Раем и Адом. Ну, конечно, это не совсем Рай, и не совсем Ад, — поправил он сам себя, — но мы привыкли называть их так. Жить здесь позволено далеко не каждому, и приходится соблюдать множество правил, чтобы не выселили.
— Каких, например? — с интересом спросил Ит.
— Мы не имеем права сажать растения, заниматься земледелием. Нельзя копать землю, нельзя рубить леса. Охотиться можно только в строго отведенные периоды, например, когда осенью идет ацха, можно охотиться только десять дней. Нельзя использовать плавательные средства в море. Никакие. Нельзя пользоваться связью, моя карта, кстати, зарегистрирована, она служит только для информации. Много что нельзя, Итта. Очень много. Вы обе молодые, зачем вам такая жизнь?
— А вам? — спросил вдруг Скрипач.
— А мы старые, нам она подходит, — пожал плечами Рифат.
— Ну а мы калеки, нам тут тоже ничего, — Скрипач усмехнулся.
— А что за Рай и Ад такие? — спросил Ит с интересом.
— Пораженная область, и чистая область, — ответил Рифат. — В чистой области, в Раю, хорошо. Там отдыхают. Много кто отдыхает, во время сезона. Большие деньги платят за это. В Аду… ну, там кое-что производят, кажется, по сей день, но там было сильно всё разрушено, и восстанавливать будут ещё долго. Там пустыни и руины, — с горечью в голосе добавил он.
— Война была? — спросил Скрипач.
— Не совсем, — Рифат отвел взгляд. — Ну, да, война тоже была, но не только. Вы не поймете, — добавил он. — Прости, но вы правда не поймете. Там произошло одно событие, которое привело к катастрофе. Очень серьезной катастрофе. Случилась большая беда, — он тяжело вздохнул. — Последствия этой беды будут исправлять ещё много лет.
— Ясно, — протянул Скрипач. — Но как мы доберемся до города? Итта же не может долго ходить. А расстояние большое.
— Мы довезем её на тележке, вместе с товаром. Хотя бы часть пути, — ответил Рифат. — В этот раз мы повезем сборы трав, которые успели сделать, и заодно решим ваш вопрос с генными картами. Сборы легкие, Итта тоже не тяжелая, так что справимся. Не думайте, что вы тут такие одни. Шрика порой выкидывают так… да кого угодно. И человеческие девушки были, и рауф, девушки и женщины, и халвквины — всех выкидывали. Ворованных. Про такие случаи я знаю, вы не первые. Вам просто не повезло. Обычно их отвозят в Рай, а там они… не хочу говорить про это. Они там работают. Какое-то время.
— А потом? — спросил Ит.
— Чаще всего им дают свободу, — пожал плечами Рифат. — Я встречал вернувшихся из Рая. Много раз. Они живут нормальной жизнью, не подумайте ничего плохого. Не знаю, почему с вами это случилось. Наверное, вы сопротивлялись, про такое я тоже слышал. Они, как я думаю, бросили вас, чтобы вы умерли. Да вы бы и умерли. Зима. Слишком холодно, чтобы выжить.
— Почему ты не говорил про это раньше? — спросил Ит.
— Надеялся, что вы сумеете что-то вспомнить сами, — ответил Рифат спокойно. — Но, видимо, слишком сильно вам досталось. Память отшибло. Но ничего, это даже к лучшему. Нет памяти, нет боли, — добавил он тихо. — Для некоторых это спасение.
Глава 8
Признание
8
Признание
— Ты можешь догадаться, что произойдет, если у нас снимут генные карты? — спросил Ит. — Там будет всё. От того, что у нас на самом деле сидит в геноме, до истинного возраста. Представляешь себе лицо Рифата, когда он узнает, что нам хорошо так за пятьсот на самом деле? И что аналогов генома не зафиксировано? Они почему-то решили, что мы существующий казус, но там их быстро разубедят в этом заблуждении.
— Ты про местные власти забыл, — мрачно произнес в ответ Скрипач. — Думаю, мы им тоже покажемся более чем интересными зверушками. И если я хотя бы могу попробовать смыться, потому что у меня есть ноги, с тобой, как ты догадываешься, этот номер не пройдет.
— Да неужели, — с сарказмом заметил Ит. — А я-то думал, что убегу на руках. Так, ладно, шутки в сторону. Три дня осталось. Рыжий, нужно это решать. Чем скорее, тем лучше.
— Понимаю, — Скрипач покачал головой. — Но что-то мне это совсем не нравится, хотя другого выхода действительно нет. На воздействие брать опасно, если Рифат действительно Встречающий, то несложно понять, где это воздействие он видел…
— И сумеем ли мы отработать воздействие в принципе. Я не уверен, что сможем. А Лийга так и вообще тёмный лес, — согласился Ит. — Даже рисковать не буду, и ты тоже не будешь. Так, ладно, это всё демагогия. Давай думать. Я предлагаю сегодня вечером поговорить с ними, у Лийги дома. Она звала нас с ночевкой? Звала. Вот и пойдем.
— А Рифат? — нахмурился Скрипач. — Он, скорее всего, останется.
— Да, он останется, — согласился Ит. — Но она его вызовет. Я больше чем уверен, что у них есть внутренняя связь между берегом и мастерской. Недаром Рифат в последнем разговоре так старательно подчеркивал, что её нет. Врёт.
— Заодно и проверим, — покивал Скрипач. — Мне тоже показалось, что врёт. В общем, будем откровенными, насколько это возможно, но скажем…
— Сейчас решим, что скажем, — Ит задумался. — Всё подряд говорить нельзя, конечно, поэтому начнем с того, что касается непосредственно момента. Могут выгнать, такого развития событий я не исключаю.
— Могут, — Скрипач опустил голову. — Они непредсказуемы, к сожалению. Особенно Лийга. Сколько раз я пытался угадать, что она в какой-то момент сделает, и ни разу не угадал. Как говорится, смотрит влево, поворачивает направо.