Барон Дубов 13 (СИ)

Эмо-офицер, видимо, дал команду убить всех, потому что Саранча, зашедшая в эту мини-крепость, бросилась в атаку. Но слишком поздно… Твари тут же получили жёсткий отпор. А эмо-офицер попытался ударить меня второй рукой, но я и её поймал в захват и сжал. Сжимал до тех пор, пока не услышал хруст костей. Эмо завибрировал, порождая гул, и попытался вырвать свои лапы из моих рук. Тогда я встал, влекомый его силой, и, изловчившись, пнул тварь в живот. Эмо от удара вылетел из крепости, снеся остатки дверей.
  
— Не дайте им попасть наверх! — крикнул я отряду. — А с этим я сам разберусь.
Саранчи внутрь набилось много, но её количество быстро уменьшалось. Никон орудовал двумя огненными клинками, рассекая врагов на части. Кремницкая намертво встала перед лестницей — с чёрным мечом и пистолетом в руках. Билибин и Мита помогали ей. А Вдовина поддерживала духовное поле, не давая эмо-офицеру снова погрузить всех в тоску. Одно его присутствие распространяло эту ауру.
Чёрная тварь уже ждала меня снаружи. Высокая, мускулистая, с толстой кожей и сумасшедшей регенерацией. Переломы рук зажили на моих глазах.
Вокруг было полно Саранчи, поэтому я дал Гоше команду снова закрыть паутиной дверь за моей спиной. Что он тут же сделал. Когда Мита и Кремницкая поняли, что произошло, они протестующе закричали, но я не обратил на это внимания. У меня задача одна: завалить этого гада.
И похоже, у него была такая же. По крайней мере, ему придётся убить меня, чтобы войти внутрь и подняться на вершину крепости, чтобы закончить работу.
Вся Саранча вокруг обратила свои взоры на меня. Псины, несколько Носорогов, уйма Жнецов и под сотню обычной пехоты. У чёрного гада не было лица, но, готов поклясться, он торжествующе улыбался.
Только рано он начал улыбаться… Я не зря копил ману и почти не пускал её в ход во время предыдущих сражений в Стамбуле. Догадывался, что придётся сражаться с чем-то подобным. Обещал же помочь Хасану отбить город в обмен на информацию о роде Кан. А тут Враг сам ко мне пришёл.
Я взорвался маной и направил её в корни, проросшие в землю из моих ног. Всего за несколько мгновений вокруг вырос беспорядочный частокол из огромного количества заострённых кольев-корней. Высотой под четыре метра, он окружил нас, а на него нанизались не успевшие отскочить твари. Они ещё продолжали барахтаться, беспомощно шевеля конечностями в воздухе.
Мы с эмо оказались на подобии арены диаметром в несколько десятков метров.
— Уже не так весело, да? — бросил я врагу.
А он вместо ответа сконцентрировал из воздуха шар чёрной духовной энергии и метнул в меня. Это произошло так быстро, что я даже не успел подготовить защитную сферу или ответную атаку. Вместо этого просто послал духовную энергию. И выглядела она как серебристый кулак, который врезал по чёрному шару и развеял его.
Только это оказался отвлекающий манёвр! Эмо тут же вылетел из чёрной дымки и ударил когтями. Я успел заблокировать его удар рукой с маленьким щитом из корней, но когти легко пропороли его и оставили глубокие борозды на морёной плоти. Из ран начала сочиться зелёная мана.
Вот козёл! Больно же!
А он силён… Пожалуй, даже сильнее меня будет. Значит, победим хитростью!
И я очень хитро врезал врагу в морду кастетом. А у него голова лишь слегка качнулась. Только на щеке маленькая трещинка появилась, из которой потекла кровь. Что ж… это начало!
Вот только в следующий раз я ему врезать не смог. Эмо ударил слева — я уклонился, тут же справа — я пригнулся. Его лапы с противным свистом рассекали воздух то возле моего глаза, то возле уха. Я еле успевал уклоняться, отступая. В один момент прошляпил атаку, и меня отправил в полёт удар его ноги. Я спиной врезался в частокол из корней, услышав, как с той стороны его пытаются прорвать.
Ну, это им задачка до утра. Или пока я не умру.
Эмо подскочил для нового удара, занёс ногу и саданул ей. В этот раз я был готов. Увернулся, отчего основной удар пришёлся по корням, и схватил врага за ногу. Дёрнул и ударил им по земле. Потом снова дёрнул и ударил уже другой стороной. И продолжал так до тех пор, пока по обе стороны от меня на брусчатке не появилось две вмятины.
— Я тебе покажу, что такое депрессия и отчаяние! — приговаривал я, старательно охаживая врагом землю. — В глотку тебе их запихну!
— Ты умрёшь! — вдруг простонало чудовище.
И я стал бить им по земле, переворачивая в воздухе.
— Откуда ты это сказал? Откуда ты это сказал⁈ — рычал я, как в одном старом анекдоте про озабоченного волка и колобка.
Изловчившись, переломанный эмо-офицер саданул мне когтями по руке. От дикой боли я его выпустил, швырнув о землю в последний раз. Мягкое тело врага отпружинило от брусчатки и упало в пустой фонтан. Но спустя всего несколько секунд, похрустывая костями и суставами, встающими на место, чёрный встал и выпрямился во весь рост.
— Понятно… — протянул я, уперев руки в боки. — Значит, тело у тебя всё-таки неубиваемое. Ну и хорошо — смогу тебя мутузить, сколько захочу!
Мы вновь схлестнулись. Он бил меня когтями на руках и ногах, а я садил по нему кастетами, коленями и ногами. Бил молниями, но кожа у твари была слишком толстой.
Через минут пять, весь измочаленный, я опять отлетел к стене.
— Ладно… — еле смог я выдохнуть, потому что дышалось сейчас с трудом. — Попробуем по-другому.
Чёрный побежал на меня — видимо, решил, что скоро сможет окончательно добить. Не скажу, что он ошибался. На моем теле места живого не осталось. И мана из меня лилась просто литрами. Но ведь есть ещё духовная энергия!
В общем, чёрный побежал ко мне, а я — от него. Бежали по кругу. Чёрный то и дело делал рывки, одновременно с этим атакуя, но я считывал его намерения и успевал увернуться. Потому что полностью вошёл в режим духовной битвы. Я стал бить по нему духовными иглами, сферами и копьями.
Только у этого гада оказалась мощная духовная защита! Видимо, не зря Саранча духовных практиков порабощала. Училась у них и научилась. Мои духовные атаки разбивались о его броню. Просто растворялись в ней, будто даже придавая врагу сил.
Что ж, тогда использую это против него! Прошедшие три дня я не только развлекался с Кремницкой, но и усиленно думал, как победить Тарантиуса. Жаль, что придётся сейчас раскрывать свой козырь… Ладно, придумаю ещё один!
Подпустив врага поближе, я нанёс ему сильный духовный удар сразу огромным количеством энергии. В духовном плане это выглядело как трёхметровая ладонь, которая даёт леща чёрному офицеру. На миг враг замер, перерабатывая эту силу, и этим мигом я воспользовался. Швырнул о землю склянку с кислотой, из рук выпустил чёрную паутину и сковал ею лапы противника. Затем схватил монстра за шкирку и окунул мордой в кислотную яму.
Чёрный заревел, вибрируя всем телом и силясь сбросить меня, но я коленом придавил его к земле, а обеими руками топил его морду в зелёной кипящей жиже. Наконец прорвался крик:
— Р-р-ра-а-а!!! — вопила, булькая, Саранча.
Выдернув голову твари из кислоты, увидел, как с ошмётками кожи слезает пластина на месте лица, обнажая кости и уродливую круглую пасть с сотней острых мелких зубов.
— Так вот откуда ты это сказал… — улыбнулся я и несколько раз ударил тварь головой о землю. — Регенерируй это!
После я сжал кулак и изо всех сил засадил его в глотку твари. Половину зубов стесал морёной плотью, а половина впилась в неё. Но они были мелкими и почти не причиняли боли. Так что я сконцентрировался, выращивая в кулаке жёлудь. Вроде тех, что росли потом из тела летающей Годзиллы. Затем пальцами пропихнул упирающейся твари его поглубже и наконец отпустил.
  
Чёрный, пошатываясь, встал. Половина его тела сгорела под воздействием сильной кислоты. А половина моего… Ну, она работала, но очень болезненно. На ногах я стоял только благодаря бешеному желанию эту тварь прикончить.
Просто эмо не люблю.
Вот только у этого гада всё опять начало заживать на глазах. Духовным зрением я видел, как в этой чёрной заразе прорастает серебристое семечко. Поэтому… начал от него убегать.