Афера (СИ)
- Почему хотя бы сейчас вы не сообщите родителям где живёте?
- Об этом могут узнать, и тогда мы лишимся всего. Нас жестоко накажут.
- Дедушка до сих пор живёт в беспокойстве, - смотрю на папу. – Мы встретились и поняли, что порабощены одной идеей – узнать, что с вами случилось.
- Как он? – тихо спросил Билл.
- Нормально. То дома сидит, то в Штольберг ездит.
- М-м-м, - оба родителя прикрыли глаза, а потом посмотрели лукаво друг на друга.
- Помнишь, да?
- О да... Ваш дом в Штольберге, мы одни...
- А я там был, - будто невзначай вставляю.
- Да, прости, мы тут кое-что вспомнили. Да, я хотел сообщить отцу, что жив, но...
- Это можно сделать и без телефона.
- Мы не можем приехать – нас узнают.
- Я поеду к нему в гости и возьму с собой лэптоп, а вы позвоните через интернет, хорошо? А то он переживает. Даже ваши поиски спонсировал. Я же ездил...
- Что, так настырно искал нас?
- Да, сыщика нанял, список имён получил и ездил.
- Во дела, - Том хлопнул себя по колену. – Бедный ты наш...
Мы отвлеклись от общей темы, стали просто пить чай с пирогом и болтать о моих школьных годах. Конечно, мне было до одури интересно всё остальное, но я не стал настаивать на дальнейшем разговоре. Вскоре родители утомились и решили уже отправляться спать. Билл показал мне комнату, которая была отведена мне с самого начала их переезда в этот дом. Они действительно надеялись, что я найду их. Пока Мира мыла посуду, а мужчины что-то там делали, я смотрел альбомы с фотографиями. На душе стало так тепло. Мне показалось, что я всю жизнь жил в этом доме, с этими людьми. Около 3-х альбомов было посвящено моим фотографиям. Как я стою рядом с ними, как сижу у Билла на руках, а он держит камеру, как смеюсь от щекотки Тома. А потом моему взору предстали фотографии с... сестрой? Как я могу называть любимую сестрой? Язык не поворачивается. Нас много фотографировали.
По дому я шлялся долго, даже когда родители уснули.
- Вил, - шепнула Миранда, настигнув меня в гостиной, - пойдём, прогуляемся?
Я улыбнулся, кивнув. Мы оделись потеплее и спустились к озеру.
- Тут очень красиво.
- Да.
Девушка сразу юркнула ко мне в объятия, когда мы сели на скамейку у самой воды. Тишина, шорох листвы и сердцебиение дорого человека – идиллия.
- Как так вышло, что мы познакомились?
- На самом деле я упаковывала вещи. Бабушка и дедушка переезжали.
- А ты искусная лгунья.
- Да иди ты, - шлёпает меня по руке. – У меня чуть сердце не остановилось, когда я поняла, что это ты. Они, - кивает на дом, - говорили мне, что нас должно быть четверо, что у меня есть брат. Показывали фотографии. Но когда я видела тебя, как ты папу защищал перед дедушкой в вечер памяти, моё сердце ёкнуло, и я поняла, что не признаюсь тебе в родстве. Прости, ладно?
- Не извиняйся. Слушай, - сжимаю её ладонь, - это ты мне видео с родителями прислала?
- Как догадался? – оборачивается. Я молчу. – Да, я подумала, что ты остынешь ко мне, ну, после его просмотра.
Знала бы ты, какую я ошибку тогда совершил...
- Мир, а как ты отнеслась к тому, что живёшь немного не в стандартной семье?
- Родители сделали всё, чтобы я чувствовала себя комфортно. Поэтому, знаешь, как-то и не задумывалась над этим. Плохо это или хорошо. Теперь всё изменится, - она выдохнула и улыбнулась. – Теперь ты с нами, со мной. Мы уговорим их... Я не смогу тебя вновь потерять.
- Не беспокойся, - поглаживаю девушку по кисти. – Всё будет хорошо, вот увидишь. Моя жизнь, наконец, обрела смысл. Мне не надо никуда бежать, ничего искать. Теперь я счастлив... и свободен. От всего... У меня есть ты, есть семья... Я перевернул страницу с прошлым.
- И твой взгляд направлен лишь на будущее?
- Да. Ты чертовски права.
Итог
Итог
На самом деле, меня беспокоило очень многое, но я предпочёл не развивать большинство тех мыслей. Миллионы вопросов сами собой испарились, когда я смотрел на улыбку родителей, слушал их рассказы о бурной молодости, сидя рядом с Мирой и попивая чай. Моё действительное счастье, которое я искал долгих 6 лет, оказалось не так уж далеко – посреди изумительной природы Баварии, на юге страны. И в момент показалось всё таким простым... таким нелогичным, но систематическим одновременно.
Но один факт, которому я до сих пор не могу дать ни одного объяснения, не выходил у меня из головы: как они смогли обмануть всю страну? Каким образом полмира поверило, что 2 столь одарённых и любящих человека могли покончить с собой из-за пары слов кого-то там? Гений, который снял революционный фильм, мог вот так вот просто уйти? В его голове витали ещё миллиард идей, и он погиб из-за одной реализованной? В это поверили? Рок, судьба, случай? Чушь...
Я подолгу сидел у камина, смотря на огонь и гладя свою жену по плечам, вдыхая сладкий аромат её тела, и думал, что столь восхитительно, чётко и точно проделанное дельце, как эта афера, не могла произойти так просто, как рассказали нам родители. Мира спрашивала меня, отчего я такой задумчивый. Мне надо было успокаивать супругу и врать, дабы не тревожить. А видя лукавые глаза мужчин, приходилось убеждаться, что не всё так... не стоит верить этой легенде.
Одно я понял точно: когда-нибудь поведаю миру рассказ о глобальной афере, которую замыслили 2 человека, чтобы сохранить свою любовь, чтобы очистить имя и добиться признания таланта. Аферы... которую наблюдало полмира и, самое главное, поверило, купилось на эту ложь. Но сейчас, обретя их, я решил забить на всю эту историю, дав себе слово, что вспомню о ней как-нибудь потом...
Das Ende ^____^