Афера (СИ)

 - Трахни меня, Том. Хочу тебя!
 Посрывав друг с друга одежду, парни целовались. Иногда агрессивно и страстно, а потом нежно, медленно. Бохнер достал откуда-то банку смазки, как я понял, и протянул партнёру.
 - Скорее.
 Том сел между широко разведённых ног брюнета, смазав пальцы, начал мять любовника. Билл стонал. На кухне стало жарко. Я даже чуть наклонил голову и подцепил футболку, тряхнув её. Родители на видео порочно двигались. Один извивался будто змея, а второй ритмично готовил любимого, нависая над ним, целуя в оголённую шею и грудь.
 - Ты меня скоро так убьёшь. Том, хочу твой член в себе. Ну же...
 - Не торопись ты так, нимфоман.
 Расставляю слегка ноги. Осознание того, что я возбуждаюсь, накрыло меня медным тазом. Дыхание сбилось, но я не посмел остановить видео.
 - Не перечь, трахаль хренов!
 Толлер укусил парня за нижнюю губу, остановившись.
 - Нет, нет, только не это...
 - Тогда веди себя спокойно.
 Билл пыхтел как паровоз, но молчал, прожигая партнёра своим ненавистным взглядом. Когда тот удовлетворился результатом своих трудов, то притянул любовника на себя и в один мощный толчок вошёл. У нас с Кваси вырвались какие-то нервные выдохи.
 - О да, да... сильнее, Том.
 - Угомонись, - Толлер приструнил мужа, взяв его за запястья и прижал к кровати.
 Он начал двигаться резко и постоянно целовал супруга, стараясь сделать всё как можно лучше.
 - Вот он втопил, - прошептал друг, когда на экране Том стал нещадно быстро двигаться.
 Билл стонал, царапал ему спину и плечи, говорил проклятья и признания в любви, но было видно по его раскрасневшемуся и потному лицу, что брюнет получает невообразимое удовольствие. Они меняли позы, постоянно целуясь и поглаживая друг друга. Отец старался глубоко входить в тело любимого, чтобы у того глаза закатывались.
 - Билл, когда же ты насытишься? – впопыхах шептал Толлер, уже уставая.
 - Ни черта ты не выносливый.
 Оседлав мужа, брюнет в позе наездника стал насаживаться на крепкий член, опираясь руками на колени партнёра.
 - Не надо резко, я тебя очень прошу.
 Но Бохнер не слушался. Он скакал на парне, как фурия, иногда нагибался, целовал его в губы и всё равно двигался. Нам предстала прекрасная картина его упругого зада с хуем в дырочке. Потом он вновь ровно садился и будто прыгал. Они задыхались, но темп не сбрасывали. Когда уже сам Билл устал, ведь поза была не совсем удобной, Том перевернул его и мощными рывками стал приносить обоим наслаждение. В итоге они кончили, громко застонав, улеглись.
 - Я тебя люблю, ублюдок, - стал хохотать режиссер.
 - Взаимно, сучка.
 И видео оборвалось.
 Мы сидели как два болвана с открытыми ртами. Не хватало ещё слюней на подбородке.
 - Я впервые видел такой секс.
 - И я.
 Ксави не спросив у меня разрешения, вновь поставил видео. Мы посмотрели его повторно, уже истекая смазкой. Я дико хотел кончить, потому что штаны жали.
 - Пери, - прошептал друг и поцеловал меня в ухо, - ты не думал о том...
 
 Я поворачиваюсь к нему и смотрю во все глаза.
 - Ты спятил.
 Встаю и пячусь назад. Ксави идёт за мной, потом хватает за футболку и валит на диван.
 - Не говори, что сын геев не думал о том, чтобы переспать с парнем.
 - Заткнись.
 - Ну, - он поцеловал меня в уголок губ, плотоядно шепча, прижимая своим телом. – Не поверю. Они твои родители... Слыхал о генах?
 - Уйди, извращенец, - пытаюсь выпутаться, но не выходит.
 Сосед давил на мой пах. Выдыхаю, распахнув глаза.
 - Это всего лишь секс, Вил. Всего лишь несколько движений членом, поцелуев и семяизвержение.
 - Нет, Ксави, нет... не надо, не принуждай меня...
 Но парень уже залез в мои боксеры и так ласково гладит пенис, что у меня тело реагирует незамедлительно, щёки горят, а руки сами хотят его обнять.
 - Когда ты трахал эту девку на нашем кухонном столе, то чуть у меня самого не встал. Ты такой сексуальный, Вил...
 - Не говори мне такого...
 - Ты мне нравишься, дебил.
 Друг поцеловал меня, сжав пальцы под головкой. Я охнул, а он этим воспользовался и просунул язык в мой рот. Я не хотел ничего, просто подрочить себе в душе и всё, но тело не слушалось. Бёдра уже подмахивали, а пенис стоял колом.
 - Вил, - задыхаясь, проговорил сосед, отстранившись, - возьми меня... – вновь поцеловав, Ксави лёг на меня, плотно соприкасаясь.
 - Нет... нет...
 Но действия противоречили словам. Я сжал его попу, рыкнув. Мне нравилось вот это резкое обладание кем-то. Я вспомнил родителей на видео. Как они любили друг друга, как трахались, что у нас с другом просто мозг переклинило. Наверное, у меня его закоротило, потому что я отвечал на поцелуи парня, сам залез в его трусы и стал готовить для себя. Партнёр целовал меня, сам подавался на мои пальцы и дышал на шею, прося быть побыстрее. В конце концов, Ксави лежал на диване, схватившись за его обивку, одна его нога была на моём плече, а вторая обхватывала талию, а я в это время двигался в его тело, судорожно дыша. Что происходило с нами? Почему мы решились на это безумство? Но когда я кончил, то все вопросы сами стёрлись, как будто кто-то поменял программу у меня в мозгу, отправив в мусорку всё ненужное.
 Проснувшись утром, мы отшатнулись друг от друга. Смотрели затравлено, с печалью и даже горестью.
 - Если ты захочешь переехать, то я пойму, - опустив голову, проговорил друг.
 - Нет. Это была всего лишь одна маленькая ошибка.
 Мы обнялись по-мужски и поняли, что такого больше не повторится.
 Шаги 
 Шаги 
 Инцидент с Ксави утих сам собой. Мы не ругались и даже не вспоминали о той ночи. Жили себе и всё. Время слишком быстро летело. Я не заметил, как прошёл февраль – погрузился в работу. Друг даже девушку себе нашёл. Присцилла. Она мне показалась такой доброй, что я постоянно смотрел на неё с нежной улыбкой. Всепрощающий ангел. Конечно, было смешно видеть их вместе – блондинка просто дышала в пупок Ксави, но их отношений эта мелочь не портила. К марту я уже не знал, как жить без заботы Прис. Она готовила и убиралась в доме, а потом, как-то незаметно, переехала к нам. Мы стали жить втроём, что меня нескончаемо радовало. Утром всегда был кофе с молоком, тосты и хлопья, а вечером вкусный ужин. Друг был без ума от неё. Он говорил, что блондинка просто его заворожила.