90-е: Шоу должно продолжаться 7 (СИ)

— Блин, вы очкуете что ли? — возмущенно выкрикнул Бельфегор. — У вас есть сцена и зрители, а вы тут закрылись и сопли жуете? Фу, блин, а я-то думал…
— Вот те же самые мысли, Боря, — скривила высокомерную рожицу Кристина. — Я думала, что у нас одно сплошное болото…
— Ничего у нас не болото! — возмутился «ведьмак». — Просто сценарий пропал, а мы…
— Да пофиг на ваш сценарий! — перебил его я. — У нас есть коробка с семенами и какие-то музыканты, которые поверили вам и пришли.
— И три комплекта пододеяльников, — подсказала «валькирия».
— Точняк, важное дополнение, — заржал я. — Валяйте, просыпайтесь уже! Час, положенный местными правилами приличия, подходит к концу, пора выходить на сцену и раздавать награды.
— Но мы же… — начала брюнетка.
— Не очень понимаю, что ты предлагаешь, — проговорила «валькирия», и на ее лице наконец-то появилось хоть какое-то выражение, отличное от тупого равнодушия. — Просто выйти на сцену и гнать пургу?
— Чертовски верно подмечено, сударыня, — я отвесил галантно-шутовской поклон и поцеловал «валькирии» руку.
— А кто будет ведущим? — спросил «младенчик».
Вопрос повис в воздухе, инициативная группа как-то резко съежилась, будто каждый пытался спрятаться за спину другого.
— Так вас именно это пугает? — засмеялся я. — Что там у вас, коробка с семенами? Согласен поработать за десять пакетиков помидор.
— А ты что ли ведущий? — «ведьмак» шагнул вперед и расправил плечи.
— Вот вы тупые… — Бельфегор резко опустился на стул и обхватил голову. — Звукач среди вас кто?
— Я… — подал голос «младенчик».
— Велиал офигенный ведущий! — заявил Бегемот и почему-то треснул себя кулаком по груди. — Точно лучше того дурилки, который «Невские берега» вел.
— Так что решаете? — спросил я. — Пожертвуете девять пакетиков семян в пользу бедных новокиневских шоуменов?
Хрен знает, что меня подтолкнуло вообще вмешаться во всю эту затею. Народу здесь от силы человек сто пятьдесят, а ночью мы уедем из Питера, и в моих ближайших планах точно нет карьеры ведущего вечеринок в северной столице. Тогда зачем?
Хрен знает… Я мог просто молча послушать их скучную перепалку, посочувствовать, развернуться и уйти собирать вещи. Ах да, выпить по дороге с Сэнсеем и уточнить, когда он снова собирается в Новокиневск нагрянуть. Его там любят, концерты «Папоротника» собирать легко. Плюс, он меня вдохновляет как-то, что ли…
Нафига я влез?
Стало жалко симпатичных ребят, которые внезапно оказались крайними? Вспомнил себя в какой-то такой же ситуации? Или мне просто нераспроданные кассеты «Ангелов С» жгли карман? Так-то устроить задорную замуту на сцене — это как раз легкий способ их продать. Или раздать в нужные руки. Или…
— Вот твои десять пакетиков, — сказала «валькирия» и сунула мне в руку несколько картонных конвертиков. — А что вы на меня смотрите? Можно подумать, у кого-то есть другие предложения…
— Мы все еще можем все отменить… — проблеял «ведьмак».
— Вот и вали отсюда, раз боишься, — рыкнула «валькирия». — Наташ, ты с нами?
«Эх, была бы здесь Наташа, она бы с этими семенами точно придумала какую-нибудь сказочную бредятину…» — подумал я.
— И что расселись? — весело прикрикнул я. — Давайте работать!
Бегемот с Бельфегором сорвались с места первыми, подхватили под руки «младенчика» и потащили его вперед, по ходу дела забрасывая его всякими техническими вопросами. Мы с Евой двинулись следом, рядом со мной, ни на шаг не отставая, спешила «валькирия». Держа в руках большую картонную коробку.
— Скажите, а мне лучше как, сразу с вами на сцену выйти? — спросила она. — Я никогда не проводила ничего подобного, даже не знаю, что надо будет делать.
— Сколько на сцене микрофонов? — спросил я.
— Эээ… Три, кажется, — сказала она.
— Значит, я возьму один микрофон, а ты второй, — сказал я. — Ева, поддержишь?
— Я попробую, — Ева нашла мою руку и крепко ее сжала. — До Наташи мне, конечно, в деле несения пурги далековато, но я очень постараюсь.
— До какой Наташи? — спросила из-за спины брюнетка.
 
— До какой надо Наташи, — отмахнулся я. — Ты, кстати, на сцену пойдешь? Или страшно?
— А можно я потом? — нервно спросила она.
— Можно, — хохотнул я. — Нам теперь все можно.
— Вот сюда! — поспешила вперед «валькирия» показывая дорогу.
Да уж, можно считать, новая ачивка. Делаю мероприятие с командой, которую даже по именам не знаю. Профессионально расту, ничего не скажешь!
— А мне что делать? — растерянно спросил «ведьмак».
— Иди народ в зал загоняй, — отдал команду я. — Сейчас все начнется.
— Я попробую… — сказал он и покинул нашу компашку. И вместе с ним в сторону фойе двинул самый мелкий.
Я выглянул из-за кулис. Через входные двери к креслам потянулся народ. «Младенчик» сидел за пультом. С одной стороны над ним навис Бегемот, а в другое ухо что-то заяснял Бельфегор.
— У нас была коробка семян, три комплекта пододеяльников и пять тонн отборной пурги в голове, — пробормотал я. — Что вообще могло пойти не так?
  
Глава 13
 
«Не так уж и мало зрителей, кстати…» — отметил я, оглядывая публику. Пустых кресел было, конечно, достаточно, но ближайшая к сцене половина зала была вполне себе битком. И задние ряды тоже забиты, но с теми, кто на них сидел, все понятно. Это сложившиеся за час опоздания парочки торопятся насладиться общением друг с другом.
Ну что ж…
У нас имеется холодная аудитория со скептическими лицами. Частично подогретая от скуки спиртным. С этого и начнем.
— Короче, парни и девчонки, мы тут накатили с командой и решили, что все отменять — это как-то западло, — сказал я в микрофон. Краем глаза заметил, что местная Наташа, которая стояла за кулисами, побледнела и прикрыла рот рукой. Ну да, не та Наташа. Не та. Выражения лица Валькирии я не видел, она стояла у меня за спиной. Зато Ева держалась идеально — рассылала в публику воздушные поцелуи и лучезарно улыбалась.
— Вам же уже наверняка поведали эту зачудительную историю, да? — спросил я, сфокусировав взгляд на бородаче из первого ряда. — Хотя нет, давайте я не буду вас грузить нашими, как мы звездно облажались, лучше перейдем сразу к делу. Поднимите руки, у кого из вас есть дача?
Из зала раздались редкие смешки и перешептывания. Кто-то поднял руку.
— Раз, два, три… — сосчитал я, указывая на ответственных зрителей пальцем. — Ага, короче, мало у кого. Вот и отлично. Значит призы, которые мы вам выдадим, у большинства будут храниться до второго всемирного потопа, как и планировалось. А потом прорастут и обеспечат обновленную землю вкусной и полезной флорой.
— Что за ерунду ты городишь? — прошипела мне на ухо «валькирия» когда я чуть отодвинулся от микрофона.
— Не задумывайся, детка, — вполголоса сказал я. — Просто лови волну.
— Но они же… — начала «валькирия», но ойкнула.
— Заткнись, — сказала сквозь улыбку Ева и ткнула ее в бок локтем.
— Эй, там, на пульте! — громко сказал я. — Вы просили намекнуть, когда нужна будет музыкальная пауза, так вот, я намекаю. Самое время врубить какую-нибудь музыку, только коротко.
Бельфегор показал мне большой палец, и из колонок понеслись первые аккорды «Smells like teen spirit». Годится!
Я вдохнул-выдохнул, на секунду прикрыл глаза, пытаясь поймать за хвост подходящее настроение. И когда я снова посмотрел на зал, никаких сомнений в голове уже не осталось. Вот передо мной публика, которая честно целый час ждала, когда тут все начнется. А значит, надо работать. Жечь глаголом сердца или просто трепаться, не задумываясь о том, что могу как-то облажаться. Самые тупые провалы случаются именно из-за этого страха.
Так что я заткнул нос пальцами и прогнусавил в микрофон прямо сквозь поющего Курта Кобейна. На секунду успев подумать о том, что он все еще жив. И эта песня, которая в моей голове уже давно была классикой, вообще-то довольно новая.