90-е: Шоу должно продолжаться 7 (СИ)
— Ну давай уже, скажи мне, что я дура, и это из-за меня все так получилось! — Кристина резко так резко повернулась, что я почти на нее налетел.
— Так ничего же не случилось, о чем говорить? — пожал плечами я. — Пойдемте в зал, посмотрим кто тут еще выступает…
— Нет, подожди! — Кристина уперлась ладонью мне в грудь.
— Да что ж такое! — вздохнул я. Обнял Кристину, прижал к себе и погладил по растрепанным платиновым волосам. — Нормально все, я же сказал. Ничего не случилось. Все в порядке.
Посмотрел на Еву, которая весь этот, в сущности, незначительный инцидент молчала, выражая лицом одно только сплошное одобрение.
— Блин, я так испугалась… — всхлипнула Кристина. — Саша драться совершенно не умеет, а они как налетели…
— Ну-ну, — сказал я, продолжая гладить девушку по голове. И такая прямо нежность на меня накатила. К ним всем разом. Летние дети, право слово. Угораздило же меня посреди жестоких и беспощадных девяностых оказаться в кругу таких нежных цветочков, которых банальная, в общем-то, разборка с каким-то наглым доходягой выбивает из колеи. С одной стороны, им бы неплохо нарастить броню и научиться всякому быдлу по ушам выдавать. С другой… С другой, пусть такими и остаются как можно дольше. Наивными и простоватыми.
— А если там сейчас снова… — подняла голову Кристина. — Ну, этот Костян опять наедет или еще что…
— Это вряд ли, — сказал я. — Все, пойдемте музыку слушать, все будет хорошо.
Все-таки, когда заходишь в зал со стороны выхода на сцену, охрана относится к тебе совершенно наплевательски. Как к невидимкам. Обычных зрителей, которые пытались пристроиться возле этого бортика, безжалостно гоняли, а нам троим эту стратегическую позицию сдали без боя. Место меж двух миров — беснующейся толпой зрителей и музыкантами. Этакий островок покоя, как глаз бури. Смотреть можно как на сцену, вид сбоку. Так и на реакцию зала. Идеально.
«Аргетумы» уже допевали свою третью песню, но чтобы по-быстрому составить о них мнение, долго смотреть и не требовалось. Забавные ребята, жалко, что в самом начале. Их на сцене было четверо, выглядели они как «плохие ботаны» — сценические костюмы соорудили из стандартной синей школьной формы для парней. Оторвали рукава, нашили поверх каких-то нашлепок и бахромы и разрисовали красками. И каждый из четверки был в очках. Толстых таких, в роговой оправе. Но по-настоящему в них нуждался только один — в его очках были стекла. А вот в песню я вслушался не с самого начала. И зря, похоже, пели они что-то смешное и похабное, про секс с училкой. Этакий «Мальчишник» от рок-музыки.
«Надо будет кассету купить», — отметил про себя я. Не то, чтобы мне прямо от души понравилось их творчество. Просто мозг начал подмечать неплохие и стильные находки. Судя по тому, что я видел их впервые, знаменитыми они не стали в будущем. Ну или остались чисто местечковыми звездами.
Ботанов сменила следующая группа, ведущий сказал, как она называется, но то ли он и сам был не уверен, то ли просто с дикцией у него проблемы… В общем, на сцену вышла типичная такая провинциальная рок-группа «Бурпл». Или «Мурпл». Длинные волосы, обтягивающие джинсы, жилетки. Как же все-таки любят рок-музыканты обнажать свои субтильные бицепсы! Понятно, что вот конкретно эти парни косят под «Аэросмит». И в их идеальном мире выглядят героически. В реальности же… Вокал неуверенный, тексты невыразительные. Судя по тому, что пару раз в песнях встретилось упоминание города Томск, примерно ясно, откуда они прибыли.
Ага, а вот и та самая гитара в форме вил. Ну да, реально монструозная самоделка. На удивление, группа «Тарантас», фронтмену которой я двинул под дых, оказалась неплохой репликой «Сектора Газа» в стиле «сельский панк». Даже где-то поинтереснее, во всяком случае, гротеска побольше.
— А они прикольные, — сказала, а точнее, прокричала Ева мне на ухо.
— Ага, — кивнул я. — И шапка смешная.
Шапка и правда была огонь. Такое впечатление, что фронтмен Костян снял ее с большеголовой ростовой куклы, изображающей первого парня на деревне. И как-то приспособил на свою мелкую головенку. Смотрелось потешно. Как и ужимки, с которыми он скакал по сцене, изображая прожженого металлюгу. Еще одна галочка. Сейчас наши отстреляются, надо будет двинуть в фойе. Разложить свои кассеты и набрать остальных образцов. Для размышления и вдохновения, так сказать.
«Интересное дело, — подумал я, глядя, как на сцену вышли следующие ребята. В зеленых пиджачках и полосатых галстуках. „Изумрудный город“ из Рязани. — Талантливых ребят реально немало. Но кто-то становится Сэнсеем или, там Кинчевым, а кто-то остается ноунеймом из провинции. Вряд ли дело только в том, чтобы родиться в удачном месте…»
Я смотрел то на сцену, то на публику. На самом деле, народу еще было не очень много. То есть, много больше, чем на любом мероприятии в Новокиневске, но не очень много для этого конкретного спорткомплекса. Трибуны были полупустые, в основном народ предпочитал колбаситься на площадке перед сценой. В оригинале это хоккейная коробка, просто сейчас лед был закрыт настилом. И вот эта вся площадка была битком. В центре — активно колбасящаяся публика. А по краям — такая. Приходит, уходит.
— Холодно так, — поежилась Кристина, когда возникла заминка, и шестая по счету группа — «Шпионская курилка» — поспорила прямо на сцене о том, какую песню они будут петь второй.
— Так мы на льду стоим, — сказала Ева. — Кстати, знаешь что? Если бы Сэнсей вместо вот этого типа с бананом во рту отправил тебя вести этот концерт, всем было бы лучше. Ни хрена же непонятно, что он там бормочет!
— Сэнсей не всемогущий, — усмехнулся я. — Кроме того, он москвич, а тут всем заправляют питерцы.
— Но ты ведь правда лучше ведешь концерты! — сказала Кристина. И как раз в этот момент вокруг наступила тишина, так что слышно эту фразу было вообще практически всем. Охранники, концертные директоры и прочие менеджеры коллективов разом обернулись на нас.
— А я и правда хорош, — широко улыбнулся я и помахал всем разом рукой.
Тут, как будто в ответ на слова Кристины, со сцены раздался голос местного ведущего концерта. С нашей позиции его было практически не видно. Он предпочитал стоять на одном месте, и это конкретное место от нас загораживала колонка.
— Раз вы заранее не договорились, то освобождаейте сцену! — сказал ведущий. — Пусть выступают те, кто подготовился. «Ангелы С», город Новокиневск!
— Да нормально все у нас! — запротестовали музыканты. — Мы уже все решили! Дайте минуту!
— Так, я не понял, вам еще минуту нужно? — возмутился ведущий. У него и правда дефект дикции. Зачем его вообще на сцену пустили? Здесь в Питере что, не хватает чуваков с поставленной речью? Хотя может это персона знаковая какая-то, типа нашего Банкина, который все время ведет рок-концерты, хотя пригодность его для этого дела крайне сомнительна.
— Освобождайте сцену!
— У нас еще одна песня!
— Вы уже кучу времени тут мнетесь!
— Да это просто технические неполадки, что ты как неродной?
Та часть публики, которая стояла поближе к выходам, потянулась в фойе. По всей видимости, прикупить пивка или еще чего горячительного.
Блин. Такое себе.
— Встречайте группу «Ангелы С», город Новокиневск! — провозгласил ведущий. И я даже успел его увидеть на самом краю сцены. Сутулый, с длинными патлами и в длинном полосатом пиджаке.
Астарот медленно вышел на середину сцены, скрестил руки на груди и опустил голову так, что рога с его шлема смотрели в зал.
Я почувствовал, что мое сердце колотится быстрее. Волнуюсь за парней, что уж! Нашел руки Евы и Кристины и крепко сжал пальцы обеих девушек.
Глава 7
Сознание как будто разделилось надвое. Одна часть меня с почти детским восторгом смотрела на сцену. На то, как Астарот раскинул крылья, как из-под одного крыла выскользнула Надя. Как хорошо в целом держались мои «ангелочки». А другим глазом я в это время смотрел на зрителей. Да, была центральная часть, которая у самой сцены. Радостно голосящая, топающая и хлопающая. Но рассудочная часть понимала, что это не творчество «ангелочков» их так вдохновило. Они колбасятся, потому что любят колбаситься. Они сюда за этим пришли, и будут честно следовать заданному плану, подогревая себя алкоголем и чувством локтя. А остальные… Я напряженно вглядывался в лица, которые мне было видно. Кому-то нравилось. Кому-то было все равно. Собственно, не могу сказать, что от выступления на фестивале я реально ожидал какого-то прорыва… Нет, где-то там в глубине души мне, конечно, хотелось надеяться, что «ангелочки» запоют, и случится чудо. Что музыка захватит всех вообще, в зал сбегутся даже те, кто из фойе… И что второй припев все уже будут скандировать хором.