Черноземье. Сатум (СИ)
— Эх, старина! Теперь и кости у тебя неудачно падают, и кое-что обратно чудом приросло, — негромко говорю я и продолжаю уже погромче. — Приходится службу тянуть, как самому молодому Носильщику! Даже не знаю, что с тобой делать? Не был бы ты так нужен старине Драгеру, взял бы тебя к себе! Теплая кровать и вкусно поесть три раза в день с всегда имеющимся пивом по расписанию — самое то старому и заслуженному Охотнику!
Заодно бужу таким образом все еще крепко спящих охранников, которые полностью доверяют гильдейцам в лесу и на выходах, поэтому дрыхнут без задних ног.
— Не такой уж я и старый! — тут же непритворно возмутился Крос. — Тридцать два года всего-то! В самый раз для правильной службы!
«Ну да, тридцать два местных, если по-нашему, уже почти сорок пять. Крос все такой же худой и тощий, не набрал жирка, как тот же Драгер при семейной жизни. Да, совсем в расцвете сил, особенно после моего постоянного лечения, старинный приятель. Пусть он даже не знает — насколько старинный, зато мне все подобное отлично известно», — улыбаюсь я.
Быстро собрались и отправились мимо сонного стада овец вниз. Собаки нас уже немного знают, да еще мы сами близко к ним не подходим. Уже обнюхали нас всех во время покупки баранов, так сурово больше не бросаются. Пастухи им что-то про нас сказали своими гортанными голосами, типа, что свои пока. Так что только провожают настороженными взглядами и негромко рычат.
— Пастухи говорят, овцы очень хорошо по весу прибавляют. Не нарадуются здешней траве и разнотравным лугам. Придется им отдельное место на рынке приготовить, — рассуждаю я вслух.
— Еще и отдельное место им! После того, что они здесь натворили! — снова совсем по-детски выступает один из молодых охранников.
Чего я, в принципе, и жду, ведь сильно негативное отношение к орде заслуженно сохраняется в Черноземье.
— Да, отдельное место, чтобы с нашими торговцами не мешались. У них будет много мяса и просто огромное количество шерсти, а у нас такого товара не хватает на рынке. Пока торговцы из степи побаиваются приезжать в Астор, что вполне понятно. И далеко, и на обиду нарваться опасаются понятным образом. Но теперь местные пастухи расторгуются своим товаром, скупят кучу городских вещей. Увезут в степь и на следующий год или даже этой зимой здесь появятся все остальные торговцы! Хорошая торговля сделает цены на мясо ниже в самом Асторе и еще степняки начнут вывозить наши товары к себе. Такие взаимные дела с торговлей очень полезны для города, ведь Астрии больше нет и не будет никогда, а продавать свою продукцию куда-то нужно все равно.
Тем более у меня самого такой отличной и недорогой по здешним ценам продукции будет видимо-невидимо.
Некоторое время я молчу, потом добавляю максимально убедительным голосом:
— Я все такое зачем вам говорю настолько подробно? Чтобы мои люди понимали правильно — нам со степью придется совместно жить еще долго. Никуда нам друг от друга не деться. Нашествие степи было и прошло, потому что я смог с ними договориться. Мне приходится с ними постоянно сотрудничать, еще очень непросто выполнять наши договоренности, зато нас не ждет новое нашествие. Что очень нужно ценить теперь, а не говорить всякие глупости!
— Поэтому мои люди должны понимать — никаких высказываний против степняков я не хочу слышать. Никаких вызывающих взглядов и гневных речей! Пусть говорят все остальные, а вы больше помалкивайте. Дропер, донеси мой приказ до всех наших людей.
Помощник, идущий рядом, кивает головой и исчезает за спиной, явно пошел доводить самым непонимающим приказ нанимателя. Есть и у меня люди, которые не хотят скрывать свое отношение к степнякам, как я понял в последнюю встречу. Поэтому придется провести определенную работу, чтобы подобное больше не повторилось.
«Я же не хочу, чтобы мои невероятные многомесячные усилия пошли прахом из-за пары глупых слов или даже жестов? Степняки и даже хорошо знакомый Бей полуфолы с удовольствием мне предъявят вызывающее поведение моих же людей. Он теперь главный здесь по отношению степи с Черноземьем, ее глаза и уши. Постоянно докладывает, как идет прокладка обещанной городом дороги. Пока дорога строится и Астор на нее тратит большие деньги, можно не опасаться возврата орды. Вот что мне всегда правильно понимать нужно».
В Сторожку больше не заходим, около трактира оказываемся перед обедом, но сам обед у Сохатого придется долго ждать. Ведь у него и так почти никто не перекусывает, кроме пары моих же людей, которые присматривают за нашими лошадьми.
Тогда можно не успеть в Астор до захода Ариала, а я уже очень мечтаю со всеми своими людьми добраться до хамама.
«Закрытые ворота — вообще не смертельно для отряда под командованием самого господина Капитана, но тоже лишние хлопоты!» — решаю я и командую ничего не ждать.
— В седлах перекусим, нету больше времени! — так что я очень разочаровал Сохатого, ведь пока сам исправно плачу за своих людей.
А не пользуюсь его щедрым обещанием, но не в этот раз его ждут наличные.
К вечеру добираемся до Речных ворот, рынок уже закрылся, а я напоминаю себе, что нужно поставить там два ангара именно из песчаника.
«Поменьше деревянных ларьков и прочих точек, лишние пожары на рынке мне не нужны», — напоминаю себе я.
Сам первым делом направляюсь в хамам, потому что за несколько ночевок в Храме и постоянные переходы на пределе возможностей теперь пахну, как натуральный дикий зверь.
Спутники отправляются по своим домам или греются рядом со мной, на мою охрану заступает свежая смена, она же привозит мне чистую одежду из дома.
— Второй хамам можно уже запускать, — первым делом говорит мне подскочивший управляющий. — Недоделки там небольшие, на работу парилок и купален не повлияют.
— Запускаем тогда. Как ты, живешь все с той же хорошенькой астрийкой? — вспоминаю я.
Такое вспоминаю, а вот имя ее уже забыл напрочь.
— Нет уже, — грустно отвечает мой человек.
— А что так? — удивляюсь я.
— Нашла себе помоложе, — так же грустно поясняет он.
— А, дело житейское.
Конечно, продуманная девка осмотрелась, побегала с подносом по буфету, поспала с самым тут главным мужиком, да и нашла себе парня для настоящей любви, и чтобы новую семью всерьез лепить.
«Я в ней, в общем-то, и не сомневался, — вспоминаю я симпатичную и видную девку. — Да еще не где-то в лавке сидела, где ее никто не видит, а в самом таком популярном месте, где толпы небедных мужиков ходят, оказалась».
«Эх, жалко, что сам ее не попробовал!» — вспоминаю я ее роскошную грудь. — Пока сам сижу на голодном пайке, Грите моей не до любви, последние дни ходит с большим животом'.
— Тогда набирай людей новых, пусть у нас сначала поучатся на месте работать. И потом с парой опытных работников налаживают работу в том хамаме. Там ведь особых услуг не будет, но так же раздевалка с бирками, два туалета над проточной водой, пока три парилки и два колодца с холодной водой. Думаю, такого уровня там вообще надолго хватит.
— Цену все же можно повыше поставить, не четыре дана, а пять хотя бы, — предлагает мне управляющий, хорошо уже вникнувший в сам процесс.
— Можно, правильно предлагаешь, — соглашаюсь я. — Все равно конкурентов никаких нет и даже не предвидится!
Дома меня ждет легкий ужин, а утром у Гриты, теперь спящей в отдельной комнате на первом этаже, начались схватки. Так что я мотаюсь по городу, а мои охранники постоянно заскакивают домой, чтобы узнать у местных повитух и той же Клои, как там с родами.
Мою милую я полностью подлечил перед родами уже в который раз, но все равно на душе тревожно.
«Она у меня тоже не молодая ведь, тем более давно не рожала, — понимаю я. — Какие уже много детей, тут бы еще одного родить!»
Молодой Ольг с закадычным теперь приятелем Кромом снова вернулись в гвардейские казармы через месяц домашних каникул после похода на Север. Парни так заметно вытянулись за лето, теперь уже ростом с рядового гвардейца вымахали. Стали в себе еще увереннее, хотя младший Кром и так с заметными командными навыками вырос. Вот мой Ольг при нежной матери и заботливой Клое был таким больше домашним мальчиком, но тоже принял службу нормально.