Зажги красный (ЛП)

— Бл*дь, Трэвис! Не останавливайся! — Руки Лили обхватывают мою голову, притягивая ближе. Если я задохнусь, вылизывая ее киску, то умру чертовски счастливым человеком. Ее бедра сжимаются вокруг меня, а тело замирает, когда оргазм уносит ее.
Это самое прекрасное, что я когда-либо видел. Лили кончает подо мной. Благодаря мне.
Я лижу ее клитор до тех пор, пока ее мышцы не расслабляются, и только тогда двигаюсь вверх. Я дотягиваюсь до ленты презервативов и отрываю один. Раскатываю его по своему члену, прежде чем прижаться к ее входу.
  
Всегда есть что-то в первом мгновении, когда я вхожу в нее. Ощущение дома, завершенности охватывает меня.
— Ты моя половинка, Лилиана Валентино. — Шепчу я ей на ухо, входя полностью.
Я не уверен, вздохнула ли она в ответ на мои слова или от того, что я заполнил ее. Я согласен и на то и на другое.
Я подхватываю ее рукой под колено и прижимаю ее ногу к груди. Ее правая нога обнимает мою талию, и я теряюсь в ощущениях, двигаясь в ней. Ничто не доставляет мне такого удовольствия, как она. Раньше я думал, что забить гол — это лучший кайф, который я когда-либо испытывал.
Я ошибался. Быть внутри Лили — это следующий, бл*дь, уровень.
Мои толчки становятся все более резкими, а ногти Лили впиваются в мою спину, и ее бедра приподнимаются навстречу моему ритму.
— Мне нужно, чтобы ты снова кончила для меня, детка. Мне нужно почувствовать, как твоя киска выжимает все из моего члена, — говорю я ей.
— О, Боже! — восклицает она. — Трэвис.
Ее киска спазмирует, дрожа от приближающегося взрыва. Я двигаю бедрами и задеваю ее клитор при каждом толчке, одновременно проникая глубоко внутрь ее. Я чувствую, как нарастает мой собственный оргазм.
— Сейчас, Лили. Кончи для меня, — прошу я.
Ногти Лили впиваются в мою спину. Я не удивлюсь, если она пустит мне кровь.
— Черт. Черт, — шипит она, напрягаясь всем телом, и я подхожу к краю следом за ней.
Мои толчки становятся неконтролируемыми, когда я кончаю в презерватив внутри нее.
— Трахни меня, — выдыхаю я, падая рядом с ней на матрас.
— Кажется, именно это ты только что со мной и сделал. — Лили смеется.
Обняв ее, я притягиваю ее ближе к себе.
— И я планирую сделать это снова... после короткого, пятиминутного перерыва.
Глава семнадцатая
Лилиана
— Эй, Лили, твой телефон не перестает звонить, детка, — доносится голос Трэвиса через дверь ванной.
— Можешь принести его сюда? — спрашиваю я, выключая душ. Честно говоря, я удивлена, что он не присоединился ко мне. Наверное, все бывает в первый раз.
Трэвис заходит в ванную с моим телефоном в руке и очень раздраженным выражением лица.
— Какого хрена тебе звонит Грейсон Монро? — спрашивает он сквозь стиснутые зубы.
Я улыбаюсь, вырывая свой телефон из его рук. Звонок прекращается, прежде чем я успеваю ответить.
— Он друг, — говорю я Трэвису.
— Друг, да? Какой именно друг?
— Ты ревнуешь? — Я смеюсь. — У тебя нет причин для ревности, Трэвис. Семья Грея... дружит с моей. Я знаю его практически всю свою жизнь. Я также дружу с его сестрой, но, полагаю, это тебя не так сильно беспокоит. — Телефон снова звонит у меня в руке, и на экране снова высвечивается имя Грея. Я нажимаю на зеленую кнопку, чтобы принять звонок, но не успеваю поднести телефон к уху, как Трэвис выхватывает его у меня из рук. — Какого черта? — кричу я, наблюдая, как он сбрасывает звонок.
— Ты не будешь разговаривать с этим ублюдком голая, Лили, — ворчит Трэвис.
Я опускаю взгляд, потом снова поднимаю.
— Это телефонный звонок. Он меня не увидит. — Я закатываю глаза, хватаю полотенце и оборачиваю его вокруг своего тела, а затем выхватываю телефон из рук Трэвиса, намереваясь перезвонить Грейсону. Мой рингтон эхом разносится по ванной, прежде чем у меня появляется такая возможность. — Грей, с какой стати ты взрываешь мой телефон? — отвечаю я, не сводя глаз с Трэвиса.
— До меня дошли тревожные слухи, Лил, и я решил обратиться прямо к источнику, — говорит Грей.
— Да? И что же это за слухи? — спрашиваю я его. Учитывая мою фамилию, это может быть все что угодно. Только некоторые из них правдивы.
— Люди говорят, что ты встречаешься с Трэвисом О’Нилом. Скажи мне, что ты не встречаешься с хоккеистом, Лил.
— Я очень даже встречаюсь с Трэвисом. — Я усмехаюсь в трубку. Затем быстро отнимаю телефон от уха под натиском проклятий, доносящихся с другого конца линии. — Ладно, Грей, приятно было поболтать, но мне пора.
— Лил, будь осторожна, — говорит он. — Я не хочу, чтобы ты пострадала.
— Он мне очень нравится, Грейсон. И он хорошо ко мне относится. — Мой взгляд все еще прикован к Трэвису.
— Можешь сказать этому ублюдку, что если он причинит тебе боль, я вырву его сердце из груди, — ворчит Грей.
— Для этого тебе придется записаться в очередь. — Я смеюсь.
— Скоро увидимся, Лил.
— Почему ты никогда не упоминала о своей дружбе с Монро? — спрашивает Трэвис, как только Грей завершает звонок.
— У меня много друзей. — Я пожимаю плечами. — Тебе нужен список?
— Если в этот список входит семья, владеющая командой, в которую меня хотят обменять, то да, нужен.
— Я...
Что я должна была сказать? Что я намеренно не сказала Трэвису, что знаю Монро? Что я не хотела, чтобы он попросил меня потянуть за ниточки, чтобы помочь ему подписать контракт с «Рыцарями»? Не то чтобы он произвел на меня такое впечатление. Но, судя по моему опыту, все меня для чего-то используют. И я просто не хотела, чтобы Трэвис попал в эту категорию. Не сейчас. Я хотела еще немного насладиться блаженным неведением.
— Лили? Что случилось? — Трэвис придвигается ко мне ближе и заключает в свои объятия.
— Не то чтобы я думаю, что ты такой, но я не сказал тебе, потому что ты упомянул, как сильно хочешь поехать в Ванкувер, и я...
— Ты думала, что я попрошу тебя об одолжении или что-то в этом роде? — Трэвис крепче прижал меня к себе.
— Я не хотела давать тебе возможность просить, — признаюсь я.
Я чувствую, как глубоко он вздыхает, как его грудь поднимается и опускается у моего лица.
— Детка, посмотри на меня. — Трэвис обхватывает ладонями мое лицо, заставляя встретиться с ним взглядом. — Я никогда — и я имею в виду никогда — не попрошу тебя сделать для меня что-то подобное, — говорит он. — Я люблю тебя, Лили. Я люблю все, что связано с тобой. Я с тобой, потому что ты дорога мне, а не потому, что у тебя есть какие-то гребаные связи.
— Я тоже тебя люблю. — Я улыбаюсь. — Мне жаль.
— Тебе не о чем сожалеть. — Губы Трэвиса касаются моих в легком, как перышко, поцелуе. Затем он улыбается мне в губы. — Я люблю тебя, — повторяет он.
— Я тоже тебя люблю.
— Я бы хотел, чтобы тебе не нужно было уезжать.
— Я тоже, — стону я, вспомнив об этом. Целый месяц в Италии без Трэвиса будет сущим адом. Слезы снова начинают катиться по моим щекам.
— Я буду скучать по тебе так чертовски сильно, — говорит он.
— И вполовину не так сильно, как я буду скучать по тебе.
Трэвис вытирает слезы с моих щек.
— Пожалуйста, не плачь. Это разбивает мне сердце, Лили.
— Мне жаль. Я делаю огромный вдох. — Обещай звонить мне каждый день.
— Не меньше пяти раз, — подтверждает он.
  
Моя мама садится на свободное кресло рядом со мной.
— Мне неприятно видеть тебя в таком состоянии, — говорит она.
— Каком? — спрашиваю я, продолжая смотреть в окно. Необъятное ночное небо кажется бесконечным.
— Как будто ты несчастна.
— Это не так, — отвечаю я, наконец обращая на нее внимание. — Просто месяц — это очень долго.