Зажги красный (ЛП)

Мужчина средних лет, похожий на Трэвиса, только старше, оборачивается с огромной улыбкой на лице. Он откладывает в сторону щипцы и подходит к нам.
— Ты, должно быть, Лилиана. Мой сын не перестает говорить о тебе. А я Шон. Я так рад наконец-то с тобой познакомиться.
— Я тоже, — говорю я ему и чувствую, как румянец заливает мои щеки.
— Папа, не ставь меня в неловкое положение. Она все еще думает, что я крутой, — ворчит Трэвис.
  
Я смотрю на его отца и качаю головой.
— Я позволяю ему так думать, но я видела его коллекцию фигурок из «Звездных войн». Как только я их увидела, уровень твоей крутости сразу упал. — Я смеюсь.
— О, ты мне нравишься. Давай, присаживайся. Что я могу предложить тебе выпить? — спрашивает мистер О’Нил.
— У тебя действительно хорошие родители, — говорю я Трэвису по дороге домой. — Нормальные.
— В отличие от кого? — Он смеется. — Ты ожидала увидеть инопланетян или что-то в этом роде?
— Нет, но ты знаком с моей семьей. С некоторыми из них. И они точно ненормальные, — напоминаю я ему.
— У тебя прекрасная семья, — говорит он.
— Правда? — спрашиваю я, приподняв брови. — Ладно, давай сделаем это.
— Что сделаем?
— Поедем ко мне. В дом моих родителей, — говорю я. Я еще не приводила Трэвиса домой. Я не хотела его пугать. Он много раз высаживал меня у ворот. Но я никогда не приглашала его внутрь.
— Хорошо, — говорит он, похоже, совершенно не волнуясь.
— Просто предупреждаю, что бы ты ни увидел у меня дома, ты этого не видел. — Я достаю телефон и отправляю маме быстрое сообщение.
Я: Мам, мы с Трэвисом едем к вам. Сделай мне одолжение, отправь папу по делам или еще куда-нибудь.
Мама: Он уже ушел. Но ты же понимаешь, он узнает, что ты привела парня, как только ты въедешь в ворота.
Я: Мы можем хотя бы на час притвориться нормальными? Один час.
Мама: Мы и так нормальные, Лил.
Снова убираю телефон. Я не пытаюсь спорить с мамой. Она знает, что это не так. Несмотря на то что она из мафиозной семьи, она выросла иначе. Ее родители были из враждующих семей — этакие Ромео и Джульетта в реальной жизни. Они сбежали вместе и вырастили мою маму и тетю Лайлу под псевдонимами. Так что она вроде понимает, но не до конца. Но она старается изо всех сил.
Когда Трэвис подъезжает к воротам, я по-итальянски говорю охраннику пропустить нас и прошу его подождать пятнадцать минут, прежде чем звонить моему отцу. Я знаю, что он этого не сделает. Люди моего отца преданы ему безоговорочно. Как и должно быть.
— Ты можешь припарковаться вон там. — Я показываю на край подъездной дорожки, и Трэвис притормаживает на свободном месте.
— Ты сейчас нервничаешь больше, чем во время встречи с моими родителями.
— Я просто не хочу, чтобы ты меня бросил, — признаюсь я.
Он поворачивается на водительском сиденье и приподнимает мой подбородок, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Лили, я обещаю, что не брошу тебя.
— Хорошо... — Я вздыхаю. — Когда мы войдем, они тебя обыщут. Такие правила. Мне жаль.
— Все в порядке. Давай, покажи мне этот дворец, в котором ты выросла. Мне не терпится увидеть твои детские фотографии. Держу пари, у тебя даже не было неловкого подросткового периода. — Трэвис смеется.
Я беру его за руку, и мы входим через парадную дверь. Не успеваем мы сделать и двух шагов, как трое мужчин останавливают нас.
— Мисс Валентино. — Они кивают мне.
— Это мой друг, Трэвис, — говорю я, водя рукой между ними. — Трэвис, это Джон, Майкл и Крис.
— Хорошо играл прошлым вечером, — говорит Крис, и легкая улыбка касается его губ, прежде чем его профессионализм берет верх. — Нам нужно обыскать вас, мистер О’Нил. Пожалуйста, вытяните руки.
Трэвис делает то, что ему приказано, а Крис похлопывает его по плечам.
— Ладно, хватит. Он хоккеист, а не убийца, — говорю я, беру Трэвиса за руку и веду его через огромный холл. Не могу не задаться вопросом, каково это — смотреть на этот дом его глазами. Я выросла здесь и никогда не знала ничего другого.
Я останавливаюсь, когда мы подходим к одной из гостиных, и ругаюсь себе под нос. Я знала, что не нужно было говорить маме о нашем приезде.
— Мама? — спрашиваю я, осматривая комнату, полную людей. Не просто людей, а членов семьи. Все мои тети здесь. Бабушка тоже. — Что происходит?
— О, Боже! Неудивительно, что ты его прятала, — говорит моя тетя Савви, а затем присвистывает. — Черт, Лил, ты молодец.
— Убейте меня сейчас, — ворчу я, закрывая лицо руками.
— Прости, Лил, клянусь, я сказала только ей, — говорит мама, показывая в сторону моей тети. — Она уже была здесь.
— Трэвис, это моя мама, Мэдди. Мама, это Трэвис. — Я изо всех сил стараюсь справиться со смущением, пока представляю их друг другу.
— Приятно познакомиться с вами, миссис Валентино, — говорит Трэвис.
— Можешь звать меня Мэдди, — поправляет мама, заключая Трэвиса в объятия. Моя мама очень любит обниматься.
— Это моя бабушка, Холли, — объясняю я, а затем перехожу к тетям.
— Ты ведь останешься на ужин, Трэвис? Я уже сказала работникам кухни, чтобы они приготовили банкет, — больше утверждает, чем спрашивает мама.
— Мы не можем остаться, мама. У Трэвиса есть... дела. — Я пытаюсь быстро придумать оправдание и не справляюсь.
— Мы можем задержаться, детка, — вмешивается Трэвис. — Спасибо, миссис Валентино. Я с удовольствием останусь на ужин.
— Отлично! — Моя мать смотрит на меня с укором.
— Что за хрень здесь происходит?
При звуке голоса моего отца, доносящегося из дверного проема, все поворачиваются в его сторону. И я тут же заслоняю собой Трэвиса. Не думаю, что отец будет стрелять в него в комнате, полной женщин, но я бы также не исключила, что он может забыть о том, что у него есть зрители.
— Тео, не выражайся, — ругает его бабушка.
— Извини, ма, — отвечает папа, а затем поворачивается к моей матери. — Мэдди, ты не говорила мне, что у нас будет вечеринка.
— Я не знала, что мне нужно твое разрешение, — отвечает мама.
— Что мы празднуем? — Это говорит мой дядя Ромео, который стоит позади моего отца.
— У Лил появился парень, — говорит ему его жена, моя тетя Ливви.
— Да? — Он осматривает Трэвиса с ног до головы, вероятно, представляя себе все способы, которыми он и остальные мои дяди могли бы расчленить парня.
Все это время я не свожу глаз с отца. Я подхожу и обнимаю его за талию.
— Папа, пожалуйста, хоть раз будь милым. Ради меня, — шепчу я.
— Я всегда мил с тобой, Лилиана, — говорит он.
— С Трэвисом. Будь милым с Трэвисом, — пыхчу я.
— Он недостаточно хорош для тебя, — ворчит папа.
— Никто не будет достаточно хорош. Но мы можем притвориться, что твои стандарты не чрезмерны, хотя бы на один вечер? — Снова пытаюсь я. — Потому что он мне очень нравится. — Я опускаю руки и смотрю на папу своими лучшим взглядом щенка, а затем перехожу к приветствию дяди, как раз в тот момент, когда его близнец входит в комнату.
— Кто умер? — спрашивает мой дядя Лука, засунув руки в карманы и покачиваясь с носков на пятки.
— Никто. Пока, — говорит ему папа.
— Тео, на пару слов, — говорит мама тем беспрекословным тоном, который бывает у нее, когда она хочет сделать внушение. Я знаю, что она собирается устроить ему разнос и предупредить, чтобы он вел себя как можно лучше.
  
— Лил привела домой парня, Лука, — говорит дядя Ромео.
— Дерьмо. Правда? Черт, Лил. Почему ты так с нами поступаешь? Когда вы вообще начали встречаться? И кто, черт возьми, допустил, чтобы это произошло? — Дядя Лука с раздражением проводит рукой по волосам.
— Забавно. Ты же знаешь, что я уже взрослая, верно? Трэвис не первый мой парень, — говорю я ему.