14 недель (ЛП)

— Черт возьми, женщина, — сказал он, оценивающе оглядывая меня.
Я видела, как Риз смотрит на меня, взглядом, который я могла прочитать благодаря тому, что всю жизнь наблюдала за ней. Он говорил: «Это не твое обычное платье для первого свидания» и, возможно, даже «Я думаю, это может быть знаком».
Но затем Тиг придвинулся ко мне, заставив ее взгляд устремиться вдаль, возможно, немного смущаясь при виде любого вида привязанности между людьми, не имея возможности почувствовать это лично. Его рука потянулась к моей руке и протянула ее, приподняв бровь.
Он хотел, чтобы я покружилась.
И, чувствуя себя глупо, может быть, немного легкомысленно от того, как все это мило, я пошла вперед и сделала круг.
— Ну что, пойдем, заставим ревновать ресторан, полный мужчин? — спросил он, и снова возникло ощущение шлепка. Может быть, с моей стороны было непрогрессивно признавать это, но было бы ложью сказать, что я не наряжалась для него, что для меня ничего не значило, что он гордился тем, что я с ним. Так что тот факт, что он явно чувствовал это по отношению ко мне, казался правильным.
— Мне просто нужно заехать ко мне. Можешь даже подождать в машине. Это займет пять минут.
И это было так.
Пять минут.
Точно в срок.
Он остановился перед старым офисным зданием. Старое офисное здание было «его местом»? Это было одно из тех небольших зданий, в которых, возможно, когда-то размещалось максимум восемь офисов, но, очевидно, оно уже не функционировало как таковое. Он попросил меня нажать на замки, затем вылез и исчез внутри.
Когда он появился вновь, я вспомнила, как несправедливо легко мужчины полностью преображаются. Нарядите любого среднего Джо в идеально сшитый костюм, и он будет выглядеть как новый человек.
Однако у Тига было тело, предназначенное для костюма. Это были массивные плечи, длинное тело. Он выбрал серый цвет, настолько темный, что почти черный, черную рубашку и туфли. Все сидело идеально, что говорило о пошиве, потому что ни один костюм с вешалки так не сидел. Если мои глаза не ошиблись, а это обычно так, то и качество было хорошим.
Проще говоря, он выглядел хорошо.
Действительно, очень хорошо.
Или, как сказала бы Кас, отлично.
Он был чертовски хорош.
И он точно знал, что я так думаю, потому что ему пришлось постучать по окну, чтобы напомнить мне, отпереть двери, так как я была слишком отвлечена, любуясь им, чтобы вспомнить, как это сделать без поощрения.
Он забрался внутрь, пахнущий одеколоном, и послал мне ухмылку.
— Я тоже могу быть чистеньким.
И, поскольку я была собой и не стеснялась, я ухмыльнулась ему в ответ.
— Конечно, можешь.
С этим мы отправились в «Семейный».
Поскольку у меня был фетиш на красивую одежду, а в Навесинк Бэнк не так много мест, где требовалось одеваться в пух и прах, «Семейный» был моим любимым горячим местом. Даже если бы я просто шла одна выпить в бар, чтобы побаловать себя после тяжелого дня. Это также было место, где мы с семьей всегда отмечали дни рождения или успехи в бизнесе. И, ну, конечно, даты.
Все в «Семейном» было элегантным и стильным, начиная от укомплектованного бара, темного декора и заканчивая очень аккуратными и привлекательными сервизами. Хотя девчонка на подиуме могла бы пойти погулять, потому что она буравила взглядом Тига, хотя его рука была расположена у меня за спиной в недвусмысленном притязании.
Я ходила с ней в школу, и хотя я искренне верила в право женщины спать с тем, с кем она хочет, без стыда — это дерьмо не распространялось на женатых мужчин. К которым она всегда была неравнодушна.
— Смотри сюда, детка, — сказала я, когда она наклонилась над подиумом, отчего ее грудь разлетелась во все стороны. Могут ли татуировки быть выставлены напоказ без того, чтобы ты выглядела как шлюха? Безусловно. Могла ли она? Ни в коем случае. Но это было скорее из-за того, кем она была, а не из-за того, что на ней было надето. — Привет. Не смотри на моего мужчину, или я скажу Луке или Маттео, что ты одна виновата в горьком разводе их кузена Бобби. — Тиг негромко усмехнулся, когда его рука скользнула от середины моей спины к бедру, погрузилась внутрь и сжала меня с наслаждением.
 
— Теперь, когда мы все прояснили. Резерв для Тига.
Хотя она и вскочила, взяла меню и повела нас к столикам, возможно, потому что мы выросли вместе, она чувствовала, что имеет право сказать себе под нос:
— Ты не должна быть такой сукой, Кензи.
— Нет, — согласилась я, нормальным тоном, — мне не нужно быть такой сукой, но некоторые люди вызывают это во мне. Спасибо, но нам не нужно слышать особые подробности.
— Старая подруга? — спросила Тиг, поджав губы, когда она шла прочь, слишком сильно покачиваясь, так как внимание Тига было полностью сосредоточено на мне, где ему и место.
— Просто для ясности, меня не беспокоит, что мужчина со мной будет смотреть на другую женщину. Я думаю, мы уже выяснили, что я довольно практична. Черт, я могу даже указывать тебе на горячих женщин время от времени, но то, что она только что сделала, было неуважительно. И я не тот человек, который позволит этому дерьму проникнуть внутрь и разлагаться, заставляя меня набрасываться на тебя, когда это неуместно. Я бы предпочла разобраться в ситуации и избежать всей этой ерунды.
— Кенз, — сказал он, звуча почти серьезно. — Когда в последний раз мужчина говорил тебе, какая ты чертовски сексуальная?
Неподготовленная к такому вопросу, я замешкалась на долгую секунду, прежде чем прийти в себя.
— О, должно быть, не меньше часа или около того, — сказала я.
Он улыбнулся на это, отчего его карие глаза потеплели.
— Это чертовски долго. Мне придется поставить будильник на свой телефон, чтобы быть уверенным, что я не облажаюсь снова в будущем.
Я уже собиралась ответить на это, когда подошел официант и принял наши заказы на напитки. Я узнала, что Тиг, очевидно, не стал бы пить вино, даже если бы умирал от жажды, и что он вообще не любитель выпить, заказав одно виски со льдом, он пил его в течение всего ужина. Мне показалось, что меня это странно привлекает, поскольку я уже давно отучилась от потребности напиваться или даже пьянеть и обычно придерживаюсь одного бокала вина.
После того, как мы заказали еду, я оказалась в неудобной ситуации, чувствуя, что мне нужно искать темы для светской беседы. Обычно я просто плыла по течению, зная, что это всегда поверхностные вещи — школа, работа, общие знакомые. И хотя у нас с Тигом, возможно, было больше общих знакомых, чем когда-либо до этого, я не могла найти слов.
Я обнаружила, что совершенно невероятно для меня, я запугана им. Это не имело ничего общего с тем, что он был крутым частным детективом. Сойер и Брок были такими же, и я не раз затевала с ними шутки. Можно даже привести аргумент, что Сойер был гораздо более грозным человеком. Правда, он никогда не мог говорить о деталях, но все знали, что Сойера и Брока быстро завербовали для выполнения обычных военных заданий и направили в «черные» операции. Они вернулись более мрачными, чем были, с более острыми краями, более неосторожными языками.
Может быть, в этом все дело. Может быть, я могла смотреть на темноту Сойера и Брока сквозь пальцы, потому что я понимала ее, я знала, откуда она проистекает.
Тиг был полной загадкой.
Черт, я даже не знала его фамилии, не говоря уже о том, откуда он родом и что он сделал в своей жизни, чтобы привлечь внимание таких людей, как Сойер и Брок.
Он точно не мог быть каким-то бойскаутом, это уж точно.
Хотя это и не было характерно для меня, я обнаружила, что не хочу спрашивать. Если я чему и научилась, так это тому, что у меня были братья, которые в течение десяти или более лет были, если не сказать меньше, наркоторговцами и сутенерами, так это тому, что некоторые прошлые жизни были личными. Никто из нас не хвастался «карьерой» Пейна и Энзо. На самом деле, моя мать воротила нос от любых денег, которые они когда-либо пытались нам дать, и сама, с помощью моих тетушек и бабушки, сводила концы с концами, отказываясь участвовать в их грязных деньгах.