Владелица замка «Темные пески»

Я вздохнула, потирая виски, где уже начинала пульсировать знакомая боль. Вчера – нечисть, сегодня – бесконечные хозяйственные проблемы. В замковом саду за окном запел соловей, такой беззаботный в сравнении с моей жизнью, полной проблем, его трели казались насмешкой.
– По порядку, – сказала я, доставая из кармана маленький блокнот в кожаном переплете и заточенный карандаш. – Сначала мельница. Потом кузнец. Потом…
  
И так – до бесконечности. Графская корона оказалась куда тяжелее, чем я могла предположить, ее вес давил на виски, а не на голову.
Наш разговор затянулся до полудня. Солнечные пятна, ложившиеся на ковер утром, уже сместились к противоположной стене, когда мы закончили разбирать все насущные вопросы. Каждая проблема требовала внимания – мельничные жернова нужно было заказывать у столичного мастера, что означало недели ожидания и немалые деньги; сломанная нога кузнеца требовала не только лечения, но и поиска временной замены; нехватка кормов грозила падежом скота; испуганные крестьяне нуждались в уверенности и защите, которую я должна была им обеспечить.
Я сидела, обхватив руками фарфоровую чашку с уже остывшим чаем, и мысленно подсчитывала расходы. Хрупкий фарфор с позолотой по краю казался насмешкой над моим бедственным положением. Новые жернова – двадцать золотых. Лекарь для кузнеца – еще пять. Корма на зиму – минимум сорок. А в моей казне едва набиралось тридцать, и то если не платить слугам жалованье в этом месяце.
Стив стоял передо мной, переминаясь с ноги на ногу, его грубые пальцы нервно теребили потрепанный край кафтана из грубой шерсти. Он прекрасно понимал, что большинство решений упирается в одно – пустую графскую казну, и его молчаливое сочувствие читалось в потупленном взгляде.
– Хорошо, – наконец сказала я, отставляя чашку с тихим стуком о серебряное подносное блюдце. – Займитесь тем, что можно исправить без денег. Пусть староста успокоит народ. Мельник пусть пока обходится тем, что есть. А кузнеца… – я вздохнула, чувствуя, как усталость давит на плечи, – отправьте к моему замковому лекарю. Пусть посмотрит, что можно сделать.
Когда управляющий поклонился и вышел, его тяжелые шаги затихли в коридоре, я осталась одна в тишине гостиной. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь витраж с изображением фамильного герба, рисовал на столе цветные пятна – синие, красные, зеленые. Где-то на кухне звенела посуда, за окном щебетали птицы – обычная жизнь замка шла своим чередом, не обращая внимания на мои тревоги.
Я откинулась на спинку кресла с высоким резным изголовьем, закрыв глаза. «Тяжела ты, жизнь аристократки», думала я. В книгах – балы, интриги, красивые платья. А на деле – вечная нехватка денег, испуганные крестьяне, сломанные жернова. И никого, кто бы мог помочь. Ни советчика, ни союзника, ни просто плеча, на которое можно было бы опереться.
Из кармана платья я достала маленький мешочек с солью – вчерашний трофей, сшитый из грубого полотна. Пересыпала зерна из ладони в ладонь, чувствуя, как мелкие кристаллы скользят между пальцев. Хоть какая-то защита в этом странном мире, где реальность оказалась куда сложнее книжных сюжетов.
Остальное… Остальное придется решать самой. Как всегда.
 
Глава 8
 
Экономка, найра 2 Марта, невысокая плотная шатенка средних лет, тоже «порадовала».
Она сидела напротив меня, аккуратно сложив пухлые руки на коленях. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь кружевные занавески, играл на ее гладко зачесанных каштановых волосах, собранных в тугой узел. Ее карие глаза внимательно изучали мое лицо, пока она размеренно излагала проблемы, слегка поджав губы, что делало ее и без того строгое выражение лица еще более суровым.
– Ваша светлость, со служанками совсем беда, – начала она, слегка наклоняясь вперед, и складки ее темного шерстяного платья мягко зашуршали. – После последнего приема девочки едва на ногах стояли. Двух бы обученных взять – на кухню и в прачечную. А то и вовсе деревенских девок набрать, мы их здесь быстро всему научим. – Она вздохнула, поправляя белоснежный фартук с крошечной, почти незаметной вышивкой у кармашка. – Да и в кладовых пусто – масло на исходе, муки осталось на неделю, сахар и соль вообще по крохам считаем.
Я машинально провела пальцем по краю стола, собирая несуществующие пылинки, чувствуя подушечками пальцев прохладу полированного дерева.
Марта продолжала, ее голос звучал ровно, но в нем слышались нотки беспокойства:
– Ярмарка в Ласске только через месяц, а ждать нельзя. У мельника кое-что взять можно, но… – она сделала многозначительную паузу, слегка прищурившись. – Знаете, какой он ценник сейчас выставил? Прямо наглеет с каждым днем. В прошлый раз за муку высшего сорта брал по три серебряных за мешок, а теперь требует пять.
Экономка достала из кармана аккуратно сложенный лист бумаги, пожелтевший по краям.
– Вот список самого необходимого. Лучше бы Стива в город отправить – он цены знает. Да не одного, а с двумя-тремя слугами. Чтобы сразу все закупить и побыстрее вернуться. – Она многозначительно подняла бровь, и на лбу у нее обозначилась мелкая морщинка. – А то в последний раз один кучер ездил – половину припасов в трактире пропил. Привезли нам вместо качественной муки какую-то отсыревшую смесь с жучками.
Я вздохнула, принимая список. Бумага оказалась испещрена ровными строчками – мука, масло, сахар, соль, сухофрукты, специи… Каждая позиция с указанием количества и примерной цены. Марта явно готовилась к этому разговору основательно, ее почерк был аккуратным и четким, с маленькими, экономными буквами.
– И еще, ваша светлость, – добавила она уже мягче, понизив голос, – к новым служанкам присмотритесь сами. А то в прошлый раз мы с Мэри девку взяли, а она…
Экономка сделала выразительный жест рукой, явно намекая на какую-то неприятную историю, о которой я не знала или не помнила. Ее пальцы сложились в фигуру, напоминающую клюв, а затем резко разжались, будто выпуская что-то невидимое. Да и, если честно, знать особо не желала. И без того голова была проблемами забита.
За окном пролетела стайка воробьев, их тени мелькнули на стене, скользнув по портрету какого-то сурового предка в золоченой раме. Обычный деловой разговор в необычном для меня мире, где каждая мелочь требовала внимания хозяйки замка.
После окончания разговора я поднялась в книгохранилище, выбрала книгу о местных традициях и уселась в кресло там же – читать, просвещаться. Это местным аристократам все знания вкладывались в головы с рождения. А я, например, понятия не имела, почему в день солнцеворота нельзя прясть, а на зимних игрищах – подходить к водоемам.
Так что сидела, читала, чтобы не ляпнуть глупость в светском разговоре.
Я устроилась в глубоком кресле у камина, кутаясь в шерстяной плед с выцветшим узором. Старинный фолиант "Обычаи и поверья Драгорашской империи" лежал у меня на коленях, испещренный закладками из шелковых лент разного цвета. Страницы пахли пылью и временем, а буквы местами стерлись от множества прикосновений, некоторые слова приходилось разбирать чуть ли не с лупой.
Вот оно, оказывается, почему нельзя прясть в солнцеворот – пряха может невольно спрясть свою судьбу с нитью. А водоемы в зимние праздники – это врата в иной мир, куда может утянуть нечисть. Я задумчиво покусывала губу, делая пометки в блокноте – сколько всего нужно запомнить, чтобы не опозориться перед местной знатью.
 
Конец ознакомительного фрагмента.
  
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком,  купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.