Маяк во тьме (ЛП)

Но у меня еще были планы на сегодня, так что на чтение не было времени.
— Саки, — Сатору прошел в комнату через разбитую дверь.
— Эй, я нашла еще больше странных документов. Хочешь послушать о них?
Сатору хотел что-то сказать, но просто ответил:
— Давай.
— Похоже, это перевод с английского, документ связан с научным термином для бакэ-недзуми. Их предки, голые землекопы, назывались Heterocephalus glaber. Heterocephalus с греческого «странная голова», а glaber значит «лысый»…
— И? — Сатору вскинул бровь.
— Людей зовут Homo sapiens, да? Разве homo и hetero не имеют противоположное значение?
— Разве это не совпадение? Названия придумала древняя цивилизация.
— Да, но этот документ предлагает другое название, которое звучит как объединение двух — Homocephalus glaber. Разве это не странно?
Я думала, он фыркнет, но Сатору серьезно глядел на меня.
— Они использовали этот термин?
— Не знаю. Нужно проверить документы. И тут документ, что предлагает научный термин для бакэ-недзуми. Дату не удается разглядеть, но бумаге не меньше пары сотен лет.
— Видимо, это было, когда появились бакэ-недзуми.
Сатору оглядел мусор в комнате, нашел целый стул и опустился.
— Он ссылается на древний словарь кандзи насчет этимологии слова «бакэ». Кандзи напоминает «человека» и перевернутого «человека», и место это означает «перемену»… Я проверила один из наших словарей кандзи, но там этого нет. Оно было определено как «зловещее».
Он встал и стал расхаживать по комнате.
— Сатору… что такое?
— Ничего. Я не хотел тебе говорить, но…
— Что?
— Я посмотрел их гены. Бакэ-недзуми.
Я тоже встала.
— И что там?
— Я не мог перестать думать о словах Якомару… Сквилера на суде.
— И я…
Сквилер ответил Кимото, что бакэ-недзуми были людьми. Эти слова застряли в моей голове. Он ведь ненавидел людей? Почему звал себя человеком?
— Я тайно заморозил часть трупа бакэ-недзуми у фермы. Ты можешь не знать, но Кодекс этики запрещает изучать ДНК бакэ-недзуми. Хоть я до этого не знал, почему.
— И что там? — я затаила дыхание.
— Мне даже не пришлось восстанавливать ДНК, чтобы узнать. У бакэ-недзуми 23 пары хромосом, включая хромосомы пола, — сказал Сатору, тряхнув головой.
— И? Я не понимаю, что это значит, так что объясни.
— У голых землекопов, якобы их предков, 30 пар хромосом. Это другие организмы.
— То есть… бакэ-недзуми не связаны с землекопами, которых мы выращиваем?
— Не совсем. Думаю, возможное объяснение, что физические характеристики бакэ-недзуми получили от генов землекопов, внедренных в их геном. Но основной организм — что-то другое.
— Не может быть…
— У людей тоже 23 пары хромосом. Столько же, насколько я знаю, только у оливкового дерева. Но их же не могли создать из деревьев?
Когда я стала подозревать, что бакэ-недзуми могут быть людьми?
Я вдруг вспомнила вопрос Шуна ложному миноширо в летнем лагере.
— У простолюдинов империй-рабов и охотников не было проклятой силы… психокинеза, да? Куда они делись?
— За последнее время сохранилось мало надежных источников. К сожалению, я не могу ответить на ваш вопрос, — уклончиво сказал ложный миноширо.
Холодок пробежал по моей спине. Наши предки с проклятой силой превратили тех, у кого не было силы, в бакэ-недзуми?
— Но почему? Зачем они это сделали?
— Их цель легко понять, — мрачно сказал Сатору. — Люди с проклятой силой сделали историю еще более кровавой. Когда воцарился мир, они перепрограммировали свои гены, чтобы включить отдачу за смерть и реакцию на атаку. Но тогда проблемой стали люди без проклятой силой.
— Как это?
— До этого люди с проклятой силой были высшим классом. Элита с силой правила людьми без силы, делала все, чтобы оставаться у власти. Но с реакцией на атаку и отдачей за смерть положение могло измениться. Люди с проклятой силой не могли атаковать тех, кто был без силы, а наоборот это не работало. Их отношения были как у беса… ребенка Марии и бакэ-недзуми.
— Они не могли дать отдачу за смерть и реакцию на атаку людям без силы?
 
— Они не сделали это по двум причинам. Во-первых, пользователи проклятой силы не хотели лишаться абсолютной власти над теми, кто не мог использовать силу. Во-вторых, встроить такой механизм в людей без проклятой силы не удалось бы. Помнишь, как работает отдача? Сначала нужно понять, что ты атакуешь другого человека. Когда это происходит, психокинез подсознательно активируется и посылает большое выделение гормонов, от которых останавливается сердце.
Отдача за смерть была самоубийством с помощью проклятой силы. У кого ее не было, не было и отдачи.
— Они изменили людей, которые им мешали… сделав их зверьми?
Я поежилась, поняв, что общество, в котором я жила, было окутано грехом.
— Да. Системы каст не хватало. Они внедрили столько генов землекопов в ДНК людей без проклятой силы, что они уже не вызывали отдачу и реакцию на атаку… они сделали их рабами и заставили платить тем, кто с силой. И все это, чтобы удержать место на вершине.
А потом «люди» с проклятой силой превратили других людей в зверей и продолжили безжалостно убивать их.
— Но зачем превращать их в таких уродливых существ?
— Наверное, в том и причина. В уродливости.
Ответ Сатору не утешал.
— Их уродство помогало нам думать о них, как о другом виде, и подавляло сочувствие, чтобы мы могли убивать их… конечно, другой причиной может быть организация землекопов, необычная среди млекопитающих, которая делала их проще в управлении.
Я не знала, как не поняла этого раньше. Все было логично, если подумать. Бакэ-недзуми были в сотни раз больше землекопов. Даже с проклятой силой, ускоряющей эволюцию, они не могли так вырасти за короткий промежуток времени.
Было проще понять с собаками как аналогией. Хоть пород было очень много, по их зубам легко понять, что они одного вида. Те же зубы есть в челюсти крохи как чихуахуа и великана как сенбернар.
У бакэ-недзуми не было особых отличительных черт.
Нет, было кое-что основательнее.
Почему королева могла менять облик потомства? Способность управлять развитием зародыша была ограниченной формой проклятой силы? Проклятая сила сделала их зверями, так что следы могли остаться.
— Мы убивали их так просто. Конечно, не без повода, но все равно убивали.
Меня снова потрясли слова Сатору.
— Тогда мы должны были умереть от отдачи за смерть… Мы убивали людей, хоть они так не выглядели.
От одной мысли сердце забилось быстрее, холодный пот выступил на теле.
— Нет. Они не люди. У нас общие предки, но теперь они стали другим видом.
— Но ты сказал, что у них тоже 23 хромосомы…
Даже у шимпанзе было другое количество хромосом.
— Это не все. Нам нужно признать бакэ-недзуми как схожий вид. Лесные воины колонии Паука, взрывопсы, монстры с порошком… разве ты считаешь их нашим видом?
Вопрос Сатору долго звенел эхом в моей голове. Буду честной. Хоть во всем этом была логина, я не считала бакэ-недзуми или их мутантов-отпрысков людьми.
И я старалась не думать так о них.
Мои ладони были в крови. По большей части из-за самозащиты, когда я спасала себя и людей вокруг себя. Но в войне с ними я убила тысячи бакэ-недзуми. Теперь они зовут это убийством, и я не знаю, что должна делать. Отдача так и не активировалась, но я переживала, что она начнется, если думать об этом.
И еще одно. Я никогда не думала о них так из-за того, что должна была сделать сегодня.
Посреди Хейринга был новый парк. Он был посвящен всем, кого убили в войне с бакэ-недзуми.
В парке была клумба с памятником в честь душ павших. Прошел лишь месяц после войны, многие здания еще были разрушены, но парк построили в первую очередь.
Чтобы мы не забывали ужасы войны, в дальней части парка был мемориальный зал.