Приходи на Паддингтонскую ярмарку (ЛП)
– Я вернусь по первому вашему зову, мисс.
Остин заметил:
– Чертовски великодушно.
Лесли пожала плечами:
– Вы же знаете, я не люблю Пенни. Это лишь предлог избавиться от Мэгги.
– Чтобы мы смогли остаться наедине?
– Чтобы вы,– сухо ответила Лесли,– не выставляли себя дураком на людях.
– Лесли, я...
Она резко оборвала его:
– Майкл все-таки прибыл?
–Да.
– Мне показалось, что я слышала его голос. – Лесли снова нахмурилась. – Черт! Я оставила ему сообщение, но он не зашел ко мне.
– У него не было времени на пустяки,– нетерпеливо пояснил Остин. – И он не в лучшей форме.
– Вы подразумеваете, он снова пил?
– Да. Но сможет играть. Сейчас им занимается Бен Котол.
Лесли медленно покачала головой и тихо сказала:
– Бедный Майкл...
– Не берите его в голову,– довольно грубо остановил ее Остин. – Что относительно нас?
Повисла долгая тишина. Затем Лесли холодно попросила:
– Дайте закурить. – На туалетном столике лежала пачка. Остин достал одну сигарету и поместил между губами девушки.
– Теперь зажгите.
Дрожащими пальцами Остин зажег спичку. Лесли неторопливо и долго затягивалась, а затем выдохнула облако дыма.
Остин бросил сгоревшую спичку в корзину на полу.
– Лесли...
– Надеюсь, вы не станете меня утомлять, Джек?– нагло спросила девушка.
Помреж сжал зубы, и мышцы на лице у него напряглись.
– Я задал вопрос, Лесли.
– Да, задали. – Она неприятно улыбнулась. – И вот вам ответ. Между нами ничего нет, Джек. Никогда не было и никогда не будет!
Остин почувствовал, что его горло сжалось. С усилием он выдавил.
– Так не пойдет, Лесли. Вы заставили меня поверить...
Лесли не дала ему закончить:
– Никогда не нужно принимать улыбку за обещание.
Ненавидя себя за слабость, Остин начал умолять:
– Но, Лесли, я люблю вас!
– А я вас нет!– холодно ответила она. Его глупое лицо раздражало ее. От беспокойства и страха все у нее в голове смешалось. Бессильная игнорировать или устранить опасность, которая ей угрожала, она напала на единственного человека, которому могла безнаказанно причинить боль. Она наслаждалась словами, слетавшими с ее губ. – Вы мне даже не просто не нравитесь!
– Лесли!
Она послала ему улыбку, исполненную ядом:
– Вы вызываете у меня отвращение...
Остин вспыхнул. Его ноздри раздувались, а лицо пошло пятнами. Он качнулся на ногах и схватил ее запястье, раня нежную кожу.
– Хитрая лисица, я...
Лесли засмеялась. Держа тлеющую сигарету между пальцами, она прижала горящий конец к тыльной стороне руки Остина. Он с проклятием отдернул руку. Внезапная боль вызвала слезы. Но больше всего ранило презрение в ее голосе:
– Уйдите, глупый, жадный юнец!
Слова застряли в его горле. Но прежде, чем он смог пошевелиться, раздался стук в дверь. Молодой голос прокричал:
– Пять минут!
– Спасибо, Билли.
Лесли глянула на себя в зеркало. Дверь, приоткрывшись на несколько дюймов, вновь закрылась. Голос коридорного затихал вдали. Этой паузы оказалось достаточно, чтобы напомнить помрежу о его обязанностях. Через несколько минут он должен дать команду на подъем занавеса. Не глядя на девушку, которую он любил и ненавидел, Остин повернулся, открыл дверь и поспешил из комнаты.
Жестокая улыбка тут же исчезла с губ Лесли. Уставившись на фотографию на стене, она громко сказала:
– Помоги мне, Майкл. Помоги мне!– И прошептала: – Я боюсь...
***
Через Вестминстер-бридж медленно шел мужчина. Холодный ветер с реки проникал через потрепанную одежду и добавлял немного розовой краски его бледным щекам. Фигура его выглядела худощавой и странно безжизненной. Он пристально смотрел прямо перед собой, и взгляд его был столь же уныл, как сам тротуар. Когда он проходил в тени Биг-Бена, большие часы начали отбивать полчаса.
Мужчина поднял голову и улыбнулся:
– Я иду к тебе, Лесли, сказал он. – На руках у него были дешевые хлопчатобумажные перчатки, в кармане – автоматический пистолет, а в сердце – убийство.
Глава 5
Первый акт «Последнего трофея» закончился полным затемнением. Взрыв восторженных аплодисментов заглушил шуршание опускаемого невидимого занавеса. Затем освещение зрительного зала внезапно зажглось, показав аудиторию, отдельные представители которой начали волноваться и застенчиво улыбаться, словно стыдясь, что их видели довольными.
Сидя в первом ряду партера, старший инспектор Касл мрачно уставился на занавес.
– Идем в бар!– предложил он.
Олджи Лоуренс поглядел на наручные часы:
– Если бы мы находились в гадком, нецивилизованном иностранном государстве,– заметил он,– мы смогли бы купить выпивку в любое время, когда хотим. Но британцы никогда, никогда не будут рабами – разве только рабами своих цензоров и бюрократов. Мне напомнить вам о нашем законе о лицензировании?
Касл проклял их горячо, но не совсем профессионально.
– Все равно идем. Куплю вам лимонад.
– Вы просто дьявол. – Лоуренс последовал за своим другом к ближайшему выходу, преследуемый звоном чайных подносов. В почти пустом баре они купили два стакана лимонада и отнесли их к угловому столику.
С негодованием уставившись на лимонад, Касл внезапно спросил:
– Ну, и что вы об этом думаете?
– Игра? Не очень. Мне все еще жаль, что мы не пошли в «Мельницу».
Касл не мог сдержать нетерпения:
– Не болтайте, Олджи. Я имею в виду, кто послал нам эти билеты? И почему?
Лоуренс глубокомысленно рассматривал свой стакан:
– Не знаю, Стив. Похоже, театр не гонится за рекламой. Пьеса, кажется, дает хорошие сборы.
– Мы уже согласились,– проворчал старший инспектор,– что не являемся гостями дирекции. Но почему кто-то еще мог захотеть увидеть нас здесь сегодня?
– Понятия не имею. Ни намека,– добавил Олджи с гримасой,– где найти Паддингтонскую ярмарку.
– Неудивительно. Такого места не существует.
Лоуренс резко откинулся на стуле.
– Когда-то существовало. Название явно знакомое. Жаль, что не могу вспомнить... – Он устало замолчал.
– Просто тарабарщина какая-то!– фыркнул Касл и шумно выпил лимонад. Со стуком поставив стакан на стол, он раздраженно пробурчал: – Что-то здесь не так.
Его молодой друг кивнул.
– Ага. В воздухе висит какое-то напряжение. Не могу определить, где причина. Хотя, конечно,– он замялся,– исполнитель главной роли не совсем трезв.
– А?– Глаза инспектора широко раскрылись. – Откуда вы знаете?
– Небольшие признаки. – Олджи разжал ладонь и снова сжал ее в кулак. – Не могу сказать конкретней. Но уверен, он пил.
– Завидую ему,– вздохнул Касл. Он достал из кармана программку и стал просматривать исполнителей. – Как его зовут? Трент. Майкл Трент. Знаете что-нибудь о нем?
– Нет. – Лоуренс выглядел сонным. – Но у него талант к импровизации.
– Да?– Касл выглядел удивленным.
– Разве вы не заметили? Девушка, играющая Мэрилин...
– Лесли Кристофер.
– Да. Так вот, она пропустила свою реплику. Вообще.
– В самом деле? Я не заметил.
– Благодаря Майклу Тренту. Он сымпровизировал мастерски. Пьяный или трезвый, голову он не теряет.
– Я пропустил все это. Как вам удалось все заметить?
– У меня такой ум,– с сожалением признался Олджи. – Если использовать клише, я отношусь к своим удовольствиям серьезно.
– Возможно и так. Но сегодня вы, кажется, особенно внимательны.
– Кто-то хотел, чтобы вы увидели этот спектакль, и я хочу знать почему. – Лоуренс нащупал в кармане портсигар, но затем позволил ему выскользнуть вновь. Он тихо спросил: – Интересно, почему она пропустила свою реплику.
Касл пожал плечами:
– С актрисами такое случается.
Лоуренс кивнул:
– Вероятно, я делаю тайну из ничего. Но так совпало...
– Что именно?
– Мужчина вошел в ложу справа от нас в тот же самый момент. Он опоздал и вошел тихо. Мне показалось... – он сделал паузу.