Приходи на Паддингтонскую ярмарку (ЛП)
– Это моя работа ради пользы обществу.
Дензил очень красиво выругался и заявил:
– Детективы-любители похожи на лигу защиты морали и цензурный комитет. Они приписывают себе самые достойные побуждения и утверждают, что работают на благо общества. Но в действительности это назойливые люди, которые любят совать нос в дела других людей.
Лоуренс усмехнулся:
– Возможно, вы правы. Но мой статус сыщика по крайней мере наполовину официален. Ваш нет.
Дензил сделал театральный жест, выражающий согласие:
– Не буду спорить. Если вы настаиваете, то скромно уйду. Но не думайте, что я действую из праздного любопытства. Я заинтересован в этом... э-э... странном деле.
– Как подозреваемый, возможно,– мягко подсказал Лоуренс.
Дензил рассмеялся:
– Что ж, я сам напросился. Но поройтесь в моем прошлом и не найдете оснований для подозрений. Я – один из немногих людей в этом театре, у которых не было никаких причин желать смерти Лесли.
Он говорил уверенным тоном.
Лоуренс пожал плечами:
– Это решать полиции.
– Разве мы не мелочимся?– вкрадчиво спросил Дензил. – У нескольких людей были мотивы, но лишь один человек убил ее. Именно его вы должны арестовать.
Лоуренс уставился на него:
– Вы имеете в виду...
– Майкла Трента.
–Но...
Дензил махнул рукой:
– Он прострелил ей сердце. Это все, что требовалось доказать. Вы должны арестовать его.
Глаза на молодо-старом лице вспыхнули злобой.
– Минуточку,– возразил Лоуренс. – Все не так просто. Трент убил ее, да. Но если мы не сможем доказать, что он знал, что в барабане боевые патроны, никакое жюри присяжных не назовет его убийцей.
–Но...
Настала очередь Лоуренса перебить:
– Ему, конечно, придется присутствовать на дознании. И коронер или присяжные могут предать его суду, выдвинув техническое обвинение. Но это будет лишь формальностью. И я не вижу, почему полиция станет возражать против залога. Нет, опасность Тренту не грозит.
– Понятно. – Глаза Дензила словно потухли. Он потер большим пальцем подбородок, вызвав раздражающий звук в тихой комнате. – А тем временем...
– Вам решать, помогать ли полиции,– вежливо закончил Лоуренс. – Мы возвращаемся в гардеробную?
Дензил неохотно кивнул:
– Похоже, моя короткая карьера детектива уже подошла к концу. О, какая боль! Однако...
Он замолчал и направился к двери. Лоуренс сделал шаг в сторону, позволив ему выйти.
– Вы здесь улик не найдете,– заметил Олджи. – Полиция уже обыскала эту уборную.
Дензил остановился:
– Вы так думаете?– Его губы изогнулись в насмешке. – Полиция не безупречна. И иногда улика слишком очевидна, чтобы ее заметили такие умные люди, как вы.
Он бросил взгляд на фотографию, висящую на стене уборной.
***
– Мистер Лоуренс!
Голос Пенни Валентайн дрожал, а в глубине ее лазурных глаз виднелась тревога.
Лоуренс дружески улыбнулся ей:
–Да?
Пенни через силу произнесла:
– Я хочу поговорить с вами... о Майкле Тренте.
– Конечно. Ммм... здесь достаточно уединенно?
Они стояли в коридоре около гардеробной. Лоуренс только что вернул Дензила под дружеский надзор констебля, от которого тот сбежал.
– Да,– ответила девушка на вопрос Олджи, а затем, после паузы, добавила: – Довольно трудно передать это словами.
Лоуренс предположил, что она спрашивает себя, насколько много ему удалось подслушать под дверью уборной Лесли. Он сочувственно заметил:
– Если это... имеет отношение к Дензилу, вы не должны волноваться. Я не принимаю всерьез ничего, что он говорит.
Ее губы чуть изогнулись в улыбке:
– Вы знаете, что мы поссорились. Это все очень по-детски и глупо. Я...ударила его.
Лоуренс тактично промолчал.
–Я спросила у констебля разрешения сходить в свою уборную за носовым платком. На обратном пути я увидела Дугласа в комнате Лесли. Казалось, его разозлило мое появление. Он не сказал мне, что там делал. Вместо этого начал насмехаться надо мной. Сказал, что Майкл в серьезной беде...
– Теперь смотрите,– твердо сказал Лоуренс. – Если Дензил считает, что Трент попадет в тюрьму, то или у него очень слабые представления о законе, или же он принимает желаемое за действительное.
Он повторил девушке то, что уже говорил Дензилу. Пенни слушала очень внимательно.
– Значит, Майкл в безопасности?– спросила она как ребенок, ожидающий подтверждения.
– Если мы не обнаружим новых улик.
Руки Пенни сжались в два маленьких кулачка. Она медленно разжала их.
– Не думаю, что найдете,– тихо сказала она.
Лоуренс печально улыбнулся:
– Теперь моя очередь задать вопрос.
–Да?
– Почему вы так волнуетесь из-за Майкла Трента?
Ее улыбка напоминала солнечный луч, пробившийся сквозь облака:
– Потому что я люблю его.
И она ушла. Лоуренс направился назад в актерское фойе с немного жалким выражением на приятном лице. Он забыл о проблеме, которую пытался решить.
Он думал о яркости голубых глаз Пенни и золоте ее светлых волос.
Глава 15
Возможно, романтичные успехи Трента сделали его человеком, которому все завидуют, но Лоуренс, вернувшись в актерское фойе, был рад, что не находится сейчас на месте актера. Незаметно проскользнув в свое кресло, он внимательно изучал красивое лицо допрашиваемого.
Казалось, Майкл Трент на грани срыва. Его щеки стали серыми, и он жадно затягивался сигаретой. Губы дрожали, дым вылетал вместе со словами:
– Ради Бога! Я выложил вам все, что знаю.
Касл глубокомысленно посмотрел на него:
– Вы не очень-то рассказали о своих отношениях с убитой.
Трент устало закрыл глаза:
– Я... у меня не было отношений с ней.
– Нет?– Голос старшего инспектора звучал тихо, почти ласково. – По меньшей мере один свидетель предположил, что мисс Кристофер была вашей любовницей.
Трент уронил руки на колени и поднял голову. На губах заиграла странная, кривая улыбка. Хриплым голосом он сказал:
– Уж конечно, она не была моей любовницей.
– Вы были всего лишь хорошими друзьями,– сардонически констатировал Касл. – Скажите мне, мистер Трент: сколько времени вы ее знали?
– Десять лет,– быстро и машинально ответил Трент. Затем он сжал челюсти, так что на щеках вздулись желваки.
Глаза Касла вспыхнули:
– Спасибо, мистер Трент. Это все. Пока...
Трент поднялся на ноги. Он поднял было руки, но вновь уронил их и вышел.
Касл посмотрел на Вимисса:
– Итак, что вы думаете?
– Я думаю,– осторожно ответил детектив-инспектор,– что мистер Трент знает гораздо больше, чем нам рассказал.
–А что именно он рассказал вам?– поинтересовался Лоуренс.
– То, что ожидалось, не больше и не меньше,– проворчал Касл. – Он не знал, что в револьвере боевые патроны, и чуть не сошел с ума, поняв, что его использовали для убийства девушки. – Старший инспектор махнул рукой в сторону стенографиста. – Когда запись расшифруют, вы сможете сами прочитать заявление Трента. Но суть я передал.
– И что в этом заявлении правда?
– На мой взгляд, немного,– ответил Касл с грубой откровенностью. – А вы, Вимисс, что скажете?
Детектив-инспектор бесстрастно ответил:
– Трент – конечно, самый очевидный подозреваемый. Он нажал на спусковой крючок и был единственным человеком, который наверняка мог сделать, чтобы пуля попала в сердце девушки.
От этих тихих слов Олджи Лоуренса пробила дрожь. Он подумал: «Бедная Пенни»,– и спросил себя, вполне ли он искренен.
– Вы удивляете меня,– заметил он. – Я думал, что Тренту арест не грозит.
– Так и есть,– проворчал Касл. – Можете не сомневаться. У нас нет никаких реальных доказательств его вины. Мы не можем даже предложить мотив.
Честность Олджи заставила его заговорить:
– Тут я могу вам помочь. Фрайерн сказал мне, что Майкл и Лесли были хорошими друзьями. Труди Энн высказалась более откровенно. Давайте в настоящий момент примем ее версию.