Вечер (ЛП)

Он чертыхается, затем переворачивается на другой бок.
Я опускаю колено прямо ему между лопаток, заламываю ему одну руку за спину и прижимаю ее своим весом. Я быстро хватаю его за другую руку, затем связываю их вместе. Я опускаюсь на колени над ним, близко к его уху.
— Ты мне кое-что расскажешь, — говорю я почти шепотом, сосредотачиваюсь, мысленно представляя, что могу заставить этого придурка делать все, что захочу, без сопротивления. — И ты сделаешь это тихо. Теперь перевернись и не двигайся.
Он поворачивается и остается совершенно неподвижным. Ничего не говорит. Не двигается. Но его глаза не отрываются от моих.
— Хороший мальчик. А теперь скажи мне, где мы находимся, — приказываю я.
— Исследовательский центр, — бормочет он. — Лаборатория.
— Какие тут исследования?
— Эксперименты, — говорит он. — С кровью.
— Чьей?
— Нашей, — бормочет он. — С твоей. Моей. Таких, как мы.
Картинка стала более четкой.
— Вампиров.
Он пожимает плечами.
— Где Валериан Аркос? — спрашиваю я.
Охранник молчит. Я мысленно толкаю его, даже не осознавая, как это делаю. Видимо, не очень приятно, когда тебе давят на мозги.
Он кричит.
Я быстро отпускаю.
— Я никогда его не видел, — говорит он, всхлипывая. — Он разговаривает со мной только в моем воображении. Говорит мне, что делать, чью кровь собирать.
— Сколько еще здесь людей?
— Не уверен, — отвечает он. — Может быть, две дюжины, а может, и одна. Они приходят и уходят.
Так быстро, я устала играть в эту игру. Мне нужны ответы.
— Где лаборатория?
— Выйдешь и налево.
Я натягиваю рубашку и бросаюсь бежать, толкая единственную дверь, которая ведет из комнаты в коридор. Здесь царит атмосфера старой средней школы, построенной в пятидесятые годы, с длинными коридорами и комнатами по обе стороны. Двери закрыты, и горит только верхний свет. Распахивая дверь за дверью, я ничего не нахожу. Никого. Будто здание заброшено.
Меня ударили сзади.
Не такое уж оно и заброшенное.
Я лечу… не в буквальном смысле, но тело отрывается от земли и ударяется о стену. Я падаю, перекатываюсь и вскакиваю. Рукой нащупываю на поясе клинок. Кладу его в ладонь и смотрю.
Четверо молодых вампиров. Трое мужчин и одна женщина.
Все четверо прыгают на меня одновременно.
Двумя быстрыми рывками я бросаю клинки в двух ближайших ко мне вампиров. Я могу сказать, что далеко мне не уйти… они быстры и почти настигли меня. И я бегу.
Я знаю, им будет трудно меня поймать.
Я бегу по коридору. Там темно, почти как в кромешной тьме. Я вижу дверь на лестничную клетку, врываюсь в нее и взлетаю по ступенькам. Через несколько секунд я уже на площадке третьего этажа, ударяюсь о металлическую решетку и открываю дверь.
Там в ожидании стоят еще шестеро молодых вампиров.
— Ты никуда не уйдешь, По, — говорит тот, что впереди, мужчина со светлыми волосами торчком. — Он позвал тебя сюда не просто так. — Он делает шаг ко мне. — Ты останешься ненадолго, дорогая.
С меня хватит. Валериан Аркос — опасность, которую я больше не хочу видеть в своей жизни. Он смог увести Эстель прямо у нас из-под носа.
Он способен на все.
Его нужно остановить.
Я прыгаю на вожака. Его челюсти раскрываются, и выходят зубы. Остальные следуют за мной. Я не обращаю на них внимания. Я вонзаю серебряный клинок ему в грудь, прежде чем мои ноги соскальзывают с его плеча. Когда я приземляюсь позади группы, они поворачиваются и набрасываются на меня. Одним движением я приседаю, делаю выпад одной ногой и опускаю следующую. Лезвие, которое я держу в руке, погружается в плоть новообращенной. Она кричит и падает вместе с остальными.
Осталось еще трое.
«Используй свои другие способности, Райли. Тебе не нужно так сильно сопротивляться».
Голос Викториана эхом отдается у меня в голове. На секунду сбивает меня с толку. Еще один новообращенный подходит близко… почти слишком близко. Рефлексы быстры, и я отбиваю его, приземляясь на корточки. Я не жду.
Я убиваю их всех.
Их крики, когда тела ломаются, преследуют меня по коридору, когда я начинаю хлопать дверями в поисках Валериана.
  
«Я знаю, что ты здесь, Аркос! С таким же успехом ты мог бы выйти!» мысленно кричу я Валериану. Меня охватывает паника… отчаянное желание найти его, наказать, отправить его задницу прямиком в ад. Но каждая комната, которую я осматриваю, представляет собой пустую оболочку с облупившимися стенами и сломанной металлической мебелью. Это напоминает мне противотуберкулезные санатории, которые были на рубеже двадцатого века, вплоть до сороковых и пятидесятых годов. Пока я пробираюсь по коридорам, меня охватывает тревожное чувство. Я одинока, расстроена, обезумела. В этом месте погибли невинные люди; я чувствую это. Чувствую запах.
Пробую на вкус.
Двигаясь, я едва замечаю скорость, с которой лечу по коридорам. Я слышу жутковатое эхо своих шагов в пустоте, но мне трудно осознать, что это я издаю звуки. Я так чертовски быстра, что стены и двери проносятся мимо меня как в тумане. У меня много способностей, и, по-видимому, они настолько близки к вампирским, насколько это возможно у человека.
В следующую секунду не меньше дюжины новообращенных выбегают из лестничного колодца. Они окружают меня, и я понимаю, что побеждена. Я никак не могу сосредоточиться достаточно долго и упорно, чтобы манипулировать их умами; точно так же, как я не могу бороться со всеми ними. Они надвигаются на меня.
Я позволяю им.
Один хватает меня за руку и тянет за собой. Мы покидаем третий этаж, спускаемся по лестнице на второй этаж. В конце коридора открытая дверь. Меня вталкивают внутрь, и, хотя я спотыкаюсь, мне удается удержаться на ногах.
Дверь захлопывается. В комнате темно. Ни один огонек не горит.
Я сразу же ощущаю его присутствие.
— Мне кое-что нужно от тебя, Райли, — доносится из тени голос Валериана. — У тебя есть то, чего нет даже у меня. На самом деле, я уверен, что ни одна живая душа — или неживая — не обладает этим. В этом ты… уникальна. Очень желанна.
Я вглядываюсь в темноту, пока неподвижная, как камень, фигура в углу не начинает двигаться. Я сжимаю рукой клинок, спрятанный в ножнах чуть ниже пояса брюк-карго, сзади.
— Все это серебро тебе со мной не поможет, — говорит Валериан.
— Что тебе от меня нужно? — спрашиваю я, все еще держа пальцы на лезвии.
Валериан слегка смеется.
— Ах, это так освежает — видеть человека со способностями, который все еще так… наивен.
Его голос теперь ближе ко мне, хотя тень не сдвинулась с места. Он будто у меня в голове, говорит прямо в барабанные перепонки. Я медленно продвигаюсь к дальней стене, касаясь кончиками пальцев ножен. Уверенность переполняет меня.
— Почему бы тебе не выйти из тени и не посмотреть, какая я наивная? — говорю я. Он меня не пугает.
Я хочу надрать ему задницу.
Или прикончить его.
И снова его низкий смех отзывается во мне.
— О, я обязательно выйду из тени, — говорит Валериан. — Я слишком долго ждал этого.
Тени смещаются, и, когда я моргаю и опускаю ресницы, он стоит передо мной.
Он поразительно похож на Викториана.
Темные волнистые волосы падают на воротник черной шелковой рубашки, застегнутой на все пуговицы, свободно заправленной в такие же темные брюки. Глаза цвета эспрессо смотрят на меня оценивающе. Полные губы и безупречная кожа делают его похожим на Бога. Он ухмыляется.
Я вынимаю клинок из ножен.
— Тсс, тсс, — говорит он и тычет в меня пальцем. — Веди себя хорошо. Я здесь не для того, чтобы убить тебя, и мы оба знаем, как легко я мог бы это сделать, если бы захотел.
Я не спускаю с него глаз. Ожидаю.
— Мой брат всегда был одержим тобой, — продолжает он. — Я всегда ненавидел его за это. Ты ведь понимаешь, да? Наш род должен оставаться с… нашим родом. Объединяться со смертным просто невозможно.
— Почему? — спрашиваю я. Я настороже, каждое нервное окончание напряжено.