На краю бездны (СИ)

— Яна, — прошептал он так нежно, что у меня мурашки забегали по коже.
— Не надо, — покачала я головой, испугано смотря на Артема.
Мне хотелось убежать, скрыться и спрятаться от этого змея искусителя. А он продолжал целовать мои губы, вызывая дрожь в теле.
— Чего ты боишься? — прорычал он, гипнотизируя. — Или я ошибся? Ты меня не любишь? В этом все дело?
— Люблю, Тёма, очень люблю! Но это не правильно! Я так не могу. Ничего не изменит тот факт, что мы идем против природы. Прости… Как бы сильно я тебя не любила, не могу сломать внутренний барьер, — призналась, прикусывая нижнюю губу, чтобы хоть как-то удержать рыдания.
— Я понял… Зря надеялся, что узнав правду, ты ответишь взаимностью, — ответил он с горечью, а у меня сердце защемило.
Артем вскочил и отошел от меня. Достал из кармана сигареты и закурил. Я видела, как дрожали его руки.
— Когда вернемся, я съеду, оставайся жить в моей квартире, а я вернусь к родителям. Не смогу больше находиться с тобой под одной крышей, смотреть, как ты начнешь встречаться с другими мужчинами. Извини, это выше моих сил. Однако на мою помощь можешь всегда рассчитывать, как и раньше.
Меня окутало что-то мерзкое, вязкое, словно щупальца прикоснулись к душе. Я поняла, что навсегда потеряла Артема, уже никогда не вернуть нам те отношения, которые у нас были. Разрыдалась, захлебывалась слезами. Впервые в жизни мне было невыносимо больно и плохо. Обхватила лицо ладонями и не могла успокоиться. Казалось, что я упала с высоты и разбилась, ныло все тело, душа вопила о несправедливости. Как будто оторвали увесистый кусок от меня. Что мне делать с этой любовью? Как поступить?
— Тёма, — захлебываясь слезами, проговорила я, а он обнял меня и прижал к себе.
— Прости, Яна… Но я не мог больше держать все это в себе. Теперь ты знаешь, что я люблю тебя. Если передумаешь, переступишь через барьер, позволишь мне сделать тебя счастливой, я буду твоим до последнего своего вздоха. Если я тебе не нужен то, живи своей жизнью и будь счастлива.
Я вцепилась в его футболку пальцами и сжала кулаки. Зажмурилась, надеялась проснуться. Так не честно! Я не хотела его терять, но понимала, что он только что поставил меня перед выбором. Он уже все решил для себя, его не страшили осуждения людей, хотел наплевать на правила и просто любить. А я боялась, что если шагну ему навстречу, полечу вниз, снова провалюсь в бездну и сойду с ума.
Успокоившись, отстранилась от него и, всхлипывая, проговорила:
— Поехали домой.
В отель мы вернулись молча, каждый был погружен в свои мысли. Артем прошел мимо меня в свою комнату и закрылся там, не показываясь до утра. Я села на пол у панорамного окна и смотрела на красоту этого мира.
— Яна, что случилось? Вы поссорились? — спросил Саша, устроившись рядом, а я вздрогнула от неожиданности.
Смотрела на него, не моргая. Вот как ответить на его вопрос? Мы ведь не ссорились и в то же время, только что стали далекими и чужими. От этого душу выворачивало наизнанку. Я привыкла к тому, что Артем всегда был рядом, как теперь без него? Стало тоскливо и одиноко, а ведь он еще даже не съехал.
— Нет, мы не ссорились, просто возникло недопонимание в одном вопросе, — ответила я, тяжело вздохнув.
— У него характер не сахар, остынет и все наладится, — подбодрил меня Саша, а я подумала, как бы он отреагировал, если бы узнал, что Артём меня поцеловал? Я не могла ему рассказать правду. Стыдно.
Хорошо, что Демидов не пытался залезть в душу, ничего не выпытывал, просто сидел рядом. Он самый лучший друг на свете!
Оставшиеся дни отпуска прошли в напряжении. От Артема так и веяло раскаленной энергетикой, казалось одно лишнее движение и произойдет извержение вулкана. Он со мной практически не разговаривал, избегал взгляда и переключился на общение с Соней. Если мы с Сашей собирались на экскурсию, то он с нами не ходил, оставался один или же с Соней отправлялся на пляж. У меня из-за этого сердце кровью обливалось.
Когда вернулись домой, Артем первым делом покидал вещи в сумку и, бросив скупое: «Если что звони», вышел из квартиры. Я осталась одна и стены как никогда давили на меня, а сердце готово было лопнуть от напряжения. Тетя Наташа оставалась со мной каждую ночь, а днем я была одна. Артем звонил каждый день, но разговор между нами не клеился. Я не могла понять, что с нами произошло? Ведь раньше мы свободно шутили, бесились, общались на разные темы, а в какой-то момент все рухнуло, и мы двух слов друг с другом связать не могли. Это угнетало, причиняло боль.
 
Проходили дни, пролетали недели, а я так и не смогла свыкнуться с отсутствием Артема. С его уходом я ощутила холод и пустоту. Готовить не хотелось. Ради чего? Мне и йогурта достаточно. У меня создалось такое впечатление, что я осталась одна во всем мире, брошенная и никому не нужная. Глупо, конечно, стоило только ему позвонить, попросить вернуться, и он бы примчался. Но я не могла пересилить себя, вот и мучилась. Умирала день изо дня. Вскоре вышла на работу и будни скрасились. Я уходила с головой в цифры и бумаги. Удивительно, но работать у меня получалось, вспоминались все нюансы профессии, а что-то подсказывала интуиция. Завела себе котенка, как и планировала. Маленькая пушистая серенькая Шэри. Она скрашивала мое одиночество, ластилась и урчала. Я надеялась, что смогу вернуть себе душевный покой и равновесие. Однако избавиться от любви не просто. Я каждую минуту думала про Артёма, искала в толпе его взгляд, и безумно скучала.
  
ГЛАВА 21
 
Так в душевных терзаниях я провела чуть больше месяца. Все это время Романов не попадался мне на глаза, но звонил каждый день. Зато тетя Наташа, Соня и Саша всегда были рядом, поддерживали меня и не оставляли одну. Виктор прохода не давал. Присылал цветы, приглашал на свидания, караулил меня с работы, предлагая подвезти до дома. А на меня напала какая-то апатия. Мне ничего не хотелось. Я не жила, а просто существовала. Чего-то не хватало. Вернее кого-то. Без Артема жизнь потеряла краски, и чем больше проходило времени, тем сильнее я скучала. Тетя Наташа догадывалась, что между нами что-то произошло, но не могла понять что, а я боялась ей рассказать. Мне было стыдно, что мы с Артемом увлеклись друг другом вопреки законам здравого смысла. Пыталась перебороть себя и не думать о нем, но ничего не получалось. Он был в мыслях постоянно, въелся под кожу. Я переживала, а от этого появлялись головные боли.
Приближался день рождения Артема, а я не знала, что ему подарить. Еще даже не решила: отправлюсь на праздник или нет? Романов меня пригласил, а я была в сомнениях.
Когда вышла из офиса, как обычно, заметила Виктора. Он стоял около машины и курил. Девчонки с работы охали и ахали, говоря, что я ненормальная, раз отказываюсь от ухаживаний такого мужчины. Я лишь улыбалась в ответ. Как объяснить людям, что он опасный? Что красивая обертка еще не гарантирует сладкий вкус.
— Яна, — окликнул меня Громов, а я с досадой цокнула языком.
Так надеялась, что удастся незаметно проскочить мимо него. Подошла к Громову и натянуто улыбнулась.
— Витя, тебе не надоело? Каждый день караулишь меня около работы, а потом еще и за автобусом едешь до остановки. Тебе заняться нечем? — возмутилась я, сложив руки на груди.
— Яна, садись в машину, — спокойно сказал он, не сводя с меня взгляда.
На улице было пасмурно, дул холодный осенний ветер. Я поежилась, пряча руки в карманы куртки. Раздался гром, и дождь полил как из ведра так неожиданно, что я испугалась.
— Живо в машину, — рявкнул Виктор, открыв передо мной дверь.
Я послушно запрыгнула на сиденье. Громов сел за руль. Черный костюм успел промокнуть, а с волос капала вода.
— Ну и погодка, — выдохнул Виктор, включив обогрев в машине.
Надавил на педаль газа, и мы тронулись с места. Я с тоской смотрела на проезжую часть, на крупные капли, падающие с неба на асфальт.