На краю бездны (СИ)

Я застыла от шока, не отвечала на поцелуй. Артёма это, судя по всему, очень разозлило. В глазах горела ярость и дикая, будоражащая страсть. Его губы стали настойчивее. Покусывал, а потом толкнулся языком вглубь моего рта, сжимая пальцами мои волосы на затылке.
Дикий, грубоватый, сумасшедший, бесцеремонный… Кто из нас спятил? Я не знала, как быть. Голова соображала с трудом. Ответить или оттолкнуть? Хотя второе маловероятно, у меня сил не хватило бы сдвинуть с места этого крепкого мужчину.
Боже! Что нас ждет утром? Как мы в глаза будем смотреть друг другу? Но все эти вопросы вылетели из головы, потому что меня захлестнула неведомая ранее лавина. Я решила, что копаться в себе и мучиться угрызениями совести буду утром, а пока поддалась чарам безумия. Зарылась пальчиками в его волосы, нежно погладила затылок, заскользила по крепкой шее, спускаясь к широким плечам. Это не я! Это руки, они жили своей жизнью, разум по-прежнему пребывал в шоке.
Артем прижался ко мне настолько, что я уперлась пятой точкой в столешницу, и она буквально впилась в мое тело. Я ответила на поцелуй очень неуверенно, с опаской. Когда Артем приглушенно зарычал, руками сминая мои ребра и талию, у меня волна дрожи прошла по телу. То ли от страха, то ли от возбуждения. Я не понимала своих эмоций… Мне нравилось это безумство, я желала большего. Осознавала, что творим непоправимое, но остановиться не было сил ни у него, ни у меня.
Поцелуй стал дразнящим, одержимым и даже слегка болезненным, потому что Артем, как зверь, ранил меня зубами, прикусывал то слегка, то с силой. Я задыхалась от нехватки кислорода, сходила с ума от его горячего, тяжелого тела. Боже! Хоть бы утро не наступило! Как теперь жить с ним под одной крышей?
Артем обхватил мои щеки ладонями, разорвал поцелуй, уткнулся своим лбом в мой лоб. Нежно провел подушечками больших пальцев по скулам, по припухшим губам, смотрел мне в глаза, не моргая. Словно пытался проникнуть в глубь моего сознания.
— Я люблю тебя, — выдохнул он, обжигая мою кожу своим горячим дыханием.
У меня сердце замерло в груди, а потом свалилось в пятки. Что значит любит? Нет, он мне и раньше говорил эту фразу, но не так… Меня до мурашек пробрало.
Я правильно поняла? Любит как мужчина женщину? Ему явно нельзя пить!
Ошарашенно смотрела на Артёма. В моей голове стоял такой грохот, словно там индейцы били в барабаны. И меня будто молнией поразило, пришло четкое осознание. Я ведь тоже его люблю… Очень сильно люблю! Но ведь он мой троюродный брат. Кошмар!
Честно признаться, я его никогда братом не воспринимала. Я же его не помнила… Он для меня был такой же чужой человек, как и все остальные. Я познакомилась с ним в больнице, он мне понравился, но так как мне дали информацию, что это брат, у меня взгляд сместился под другой угол. Я старалась не воспринимать его, как мужчину, напоминала себе о том, что это мой брат, поэтому никогда не размышляла над тем, какая у меня к нему любовь? А любовь-то оказалась неправильная. Вот почему я его ревновала. Все это время я не хотела признаваться себе в тех чувствах, которые испытывала.
Если бы не тот факт, что мы с ним родственники, обратила бы я на Артема внимание именно как на мужчину? Ответ был очевиден. Естественно! Получается одно слово «брат» стало для меня барьером. Выходит, у Артема тоже есть эта преграда в голове. Мне было не понятно, как он ее сломал и когда перестал воспринимать меня как сестру? Что повлияло? А может, в прошлом мы так делали? Уже целовались? Страшно представить… Безумие! А с другой стороны ведь есть троюродные, которые заключают брак… Боже, о чем я вообще думаю? Это неправильно! Мы же родня!
Не дождавшись от меня ответа, Артем отстранился, тяжело вздохнул. Обхватил пальцами свою переносицу и зажмурился. Я воспользовалась свободой и поспешила в свою комнату. По дороге три раза споткнулась. Упала на кровать. Закрыла лицо ладонями и не шевелилась. Губы саднило от его поцелуев. Не хотелось об этом думать, но целовался он просто восхитительно, так, что дух захватывало, и кровь пульсировала. У меня все внутренности стянуло, а дыхание не приходило в норму. Мне казалось, что еще немного и сердце разорвется от переизбытка эмоций. Как теперь жить? Что мне делать с этой любовью?
 
Меня терзали разные противоречивые чувства, это вымотало окончательно, поэтому не заметила, как провалилась в сон.
Утром чувствовала себя разбитой. Сползла с кровати и, как зомби, поплелась на кухню. Мне казалось, что если не сделаю глоток воды, то умру. Оказавшись на кухне, я впала в ступор. Перед мысленным взором всплыла картина с поцелуем, и я не могла понять, мне это приснилось или же было на самом деле? В жар бросило, осознав, что мы с Артёмом на самом деле целовались. И что теперь делать?
Решила, что нужно просто дождаться Артема. Посмотрю на его реакцию, и уже потом разберемся вместе, как быть. Как обычно приготовила завтрак, сварила кофе, на аромат которого и пришел Романов. Вид у него был помятый. Держась за голову, со стоном сел на стул. Уперся локтями в столешницу и лбом уткнулся в сплетенные пальцы. На меня даже не смотрел.
— Я сейчас умру, — страдальческим тоном заявил Артем.
Я поставила перед ним чашку крепкого кофе. Чуть не разлила, так тряслись руки от волнения.
— Не надо умирать. Поешь, станет лучше, — постаралась ответить будничным тоном.
— Больше в жизни к спиртному не притронусь… Забыл уже, что утром приходит расплата. Боже! Как же голова раскалывается, все как в тумане, не понимаю, что было сном, а что реальностью… Докатился. Не помню, как мы гостей проводили… Я хоть помог тебе со стола убрать?
Меня накрыл истерический хохот. Артем поморщился от громкого звука, потер виски.
— Ничего смешного, — пробурчал он. — Тяжело ориентироваться, когда в голове кусками не хватает нескольких промежутков времени. Вот почему я спал, сидя на балконе? Как я там вообще оказался? Прошел мимо удобной кровати? Однозначно, мне нельзя пить.
— Добро пожаловать в «мой мир». Ты хотя бы крупицы вспомнить не можешь, а я целую жизни, теперь понимаешь, каково мне? — вскинув брови, вопросительно посмотрела на него.
— Ужас… Да теперь я могу себе представить, как ты живешь, — прошептал он, задумчиво смотря перед собой, перевел взгляд на часы. — Дьявол! Я на работу опаздываю.
Выпил кофе и пошел собираться, а я приступила к мытью посуды. Это утро ничем не отличалось от предыдущих, а значит… Он не помнил поцелуй или считал это сном. С одной стороны меня это огорчило, а с другой невероятно обрадовало. Так будет для нас лучше. Сердце болезненно сжалось, а разум протестовал, но я быстро взяла себя в руки. Мне не хотелось потерять Артёма, а я его наверняка лишусь, если он узнает о моей любви.
Проводила Артема на работу и осталась дома одна. Помыла полы и навела в квартире порядок. Позвонила Саше и, узнав, что он после работы сможет заехать за мной, побежала собираться. Мне хотелось как можно скорее забрать трудовую книжку у Виктора и познакомиться с новым коллективом и начальством. Громов, конечно, потрясающий мужчина, но мне хотелось держаться от него подальше, чтобы точно не возникло никаких соблазнов. В новой жизни я привыкла доверять Артему, а раз он ненавидел Виктора, то, значит, на это были причины.
Саша заехал за мной в пять вечера. Мы вместе отправились в автосервис Громова. Я немного нервничала. Щелкала костяшками на пальцах, искусала губу. Заметив, мое состояние, Саша протянул руку и сжал мою ладонь.
— Ты что так переживаешь? Тебе нечего опасаться, я от тебя ни на шаг не отойду, — пообещал Демидов, и я выдохнула.
— Я просто боюсь Виктора, он слишком хорошо меня знает. И это очень пугает, — призналась, отвела смущенно взгляд в сторону.
— Вот поэтому я пойду с тобой, — уверено ответил Саша. — Я знаю, что этот мужик не умеет проигрывать, поэтому одну тебя к нему не пущу.
— Спасибо, — искренне поблагодарила.
Мы подъехали к автосервису и вышли из машины. Я взяла под руку Сашу, и мы вошли внутрь. Машины подвешены под потолком. Стук, грохот и шум от болтовни мастеров эхом разносились по пространству. Мужчины ковырялись в двигателях. Воздух был пропитан бензином и машинным маслом. Цокая каблуками по бетонному полу, я с интересом осматривала мастерскую. Где находился кабинет Громова, понятия не имела.