Рысюхин, вы в четырнадцать не шалили? (СИ)

  
Рысюхин, вы в четырнадцать не шалили?
   
Глава 1
 
Семьдесят с лишним вёрст от Минска мы трудами дружинника ехали два с половиной часа. И это ещё при том, что дорога от Смолевич была совсем недавно расчищена нашим дорожным грузовиком, и песочком посыпана, из карьерных отвалов. Зато хватило времени и испугаться, и успокоиться, и виды на дальнейшую жизнь определить. Даже прошлись с дедом по запланированным работам с точки зрения «а не собрались ли мы выдать нечто слишком уж особенное»? Дед даже готов был урезать требования к будущей малокалиберной пушке, ограничив желаемую скорость снаряда величиной пятьсот пятьдесят или шестьсот метров в секунду. Но очень уж при этом настильность и бронепробиваемость сильно падали, так что решили, что сделаем, сколько сможем: всё-таки свою страсть доводить всё до возможного предела прочности я уже не раз показывал, так что удивление вызовет, скорее, если я НЕ проведу укрепление казённой части всеми доступными мне средствами. А вот конструкцию затвора надо заимствовать одну из существующих, без особых изменений и улучшений. И от полуавтоматического режима придётся отказаться, во всяком случае — пока что. А жаль — увиденная в памяти деда пушка с большим барабаном мне понравилась.
  
Но все эксперименты — потом, потом. Единственное дело, запланированное в этом году — проконтролировать отправку новогодних подарков Императору. Бутылки с новыми этикетками и бочонки с новым клеймом, дополненным стилизованной короной и надписью, вызывающей зависть многих мануфактурщиков и торговцев: «Поставщик Двора Е. И. В.». Даже не многих, а, пожалуй, всех, кто права на такое вот клеймо не имеют.
Выполнить полу-просьбу наследника о том, чтобы подарок был скромнее не удалось: просто хотелось послать всего, что есть, и не отправишь же одну бутылку, правильно? Разве что обычную водку паковать почти не стал, только дюжину бутылок «Пшеничной», для порядка. А так: три вида «Рысюхи», по бочонку двадцать пять литров каждого и по литровой бутылке для пробы, четыре вида акавиты — по бочонку и ящику поллитровок, по две дюжины настоек — брусничной, клюквенной, а также голубичной, два вида из обычных ягод и один из изнаночных. Ну, и два вида джина из тех, что больше других понравилось, но этих чуть-чуть, только попробовать, по дюжине бутылок. Вроде как и понемногу каждого вида, а как сложили всё вместе… Погрузили в кузов пикапа, вместилось, а потом этот кузов переставили на железнодорожную платформу в Смолевичах. Я на сей раз воспользовался мастер-классом от Александра Петровича и отправил свой подарок «почтой», прицепив платформу к пассажирскому поезду — так она точно доедет за два дня, и не застрянет где-то случайно недельки на две.
Ну, ещё провёл инсценировку имитации бурной деятельности по строительству пожарного депо. Нет, оно мне самому надо, но проекта нормального ещё нет даже, не говоря уж о нехватке строительных материалов и не самом подходящем сезоне для заливки фундамента. Можно было, кстати говоря, и не стараться особо: никто проверять перечисленные в документах работы так и не приехал.
А в остальном я всё же исполнил своё план: посвятить остаток года семье и немножко — имению. Разве что отпраздновать исключительно по-домашнему, в кругу той самой семьи, не получилось, но я в такой исход изначально не верил: от взаимных поездок в гости с соседями никуда не денешься. Но вот того, что Маша примет приглашение на Новогодний бал в Смолевичах я не ожидал! Да и не баловали меня раньше такими приглашениями, сейчас же в ответ на моё удивление удивились и жёны, а после их наводящих вопросов и я вспомнил, что сейчас вхожу, по самым скромным подсчётам, в десятку самых важных людей района: и по чину, и по титулу, и по состоянию. Да, приходится прикладывать осознанное усилие, чтобы напомнить себе об изменившемся за последние пять лет социальном положении. И, разумеется, с учётом статуса просто приехать, потанцевать и уехать было невместно. Пришлось участвовать в спонсировании праздника, в частности — предоставить спиртное на столы, благо, выставляли не только мою продукцию. И, разумеется, пришлось принимать поздравления с получением звания поставщика Двора, сперва от самых внимательных, кто увидел дополнение на этикетках, а потом и от всех остальных.
Празднование в районе прошло тридцатого декабря с середины дня до позднего вечера, тридцать первого отоспались — и пора праздновать дома. И это только начало череды празднований! Хорошо, что я не увлекаюсь выпивкой, а то бы никакой печени не хватило. Вручил подарки, загодя припасённые в Минске. Кроме ювелирных украшений, которые для женщин всегда уместны и желанны, но столь же банальны, купил и подарки «со смыслом». Ульяне подарил немецкий аккордеон какой-то знаменитой марки, по которому она уже около года вздыхала, а Маше — новый студийный микрофон со стойкой и каким-то особым проводом. Причём маленький, чуть больше моего кулака, микрофон стоил в полтора раза дороже, чем большой и украшенный слоновой костью аккордеон. Ну, техника не на вес продаётся. Кроме этого вручил подарки слугам и вассалам. Со слугами всё просто: денежная премия и открытка для тех, кто служит давно, с Беляковыми чуть сложнее, кроме Егора Фомича с женой. Но и там управился, при помощи жён.
В новогоднюю ночь, как и в прошлом году, съездили «подышать воздухом и размяться» в Червень. Отличие от прошлого года в том, что дорога была расчищена, причём нашим вторым бульдозером только до моста, а от реки до Червеня уже тем, что они у нас купили. И второе отличие, что Ромка не спал всё время в фургоне, а погулял немного с нами, на руках, понятное дело, но быстро уснул на свежем воздухе. А первого января мои почувствовавшие вкус к приключениям жёны уговорили меня поехать в Минск, погулять по большому городу, посмотреть украшения. Для Ромки взяли с собой няньку с её детьми и санки. Причём с подачи деда вместо верёвочки приделал к ним ручку, что позволяла толкать «экипаж» перед собой и видеть ребёнка. Идея простейшая и по сути, и в реализации, но при этом вызвала большой интерес у встречных, которые просили разрешения посмотреть конструкцию. Уезжали из Минска в сумерках, и по дороге я заявил:
— Как хотите, но в следующие два дня я никуда не иду и не еду! Я — недвижимость!
— И не надо, завтра к нам Шипуновы и Клёновы приезжают! А третьего мы отсыпаемся перед тем, как ехать в гости к соседям.
Я хотел было удивиться, что к нам едут к первым, ведь обычно младшие едут к старшим по положению, но потом снова осознал, что с формальной точки зрения титулы у нас одинаковые, но чин у меня выше. Хоть у обоих соседей «стаж баронства» намного больше. Ну, или им просто так удобнее, не знаю.
В общем, сезон визитов растянулся почти на неделю. Кстати, насчёт соседей: глава рода Беляковых наконец заселился в новый дом в Рысюхино, так что справлял разом и Новый год, и новоселье. Так что и подарок сразу на два праздника: красивые шторы в гостиную, цвет и размеры которых женщины заранее согласовали, так что сюрпризом это было только для Егора Фомича. Ну, и от меня главе рода — полные набор спиртного в его коллекцию и приятная сумма «на хозяйство». Так можно, и даже одобряется, в отличие от дарения тех же денег просто на Новый год.
Сам дом Беляковы поставили довольно давно, но у них, как я понял, было много споров в семье об отделке и мебели. Егор Фомич выстроил своё новое гнездо в стиле, принятом среди местных обладателей поместий: первый этаж — из булыжника, второй и мансарда — бревенчатый сруб под крышей из крашеного в зелёный цвет железа. В отличие от баронских имений — без колоннады, только две тонких опоры для козырька над крыльцом. Между бутовой кладкой и внутренними стенами Беляковы проложили толстый слой утеплителя и пропитанную смолой плотную ткань в роли гидроизоляции, так что дом получился сухой и тёплый.
  
Василиса на Новый год уехала в Могилёв, Маша проспонсировала ей билет второго класса и передала подарки для родителей, а ещё «незаметно» деньги на подарок уже от имени самой Васи. Официально младшая Мурлыкина уехала праздновать к родителям, но уж больно мордашка у неё была мечтательная, так что Мурка задумчиво сказала: