Наследник Хлада (СИ)

— Вертолет летел туда же? Известно, где он приземлился? — второй Советник сделал шаг в сторону двери, словно собираясь куда-то бежать, выяснять и наводить порядок. Где это видано, чтобы князь уходил до рассвета непонятно куда, и никто его не сопровождал.
— Где-то в районе озера, — кивнула женщина. — Он пробыл там меньше минуты, затем поднялся в воздух и двинулся в обратном направлении. Как мне сказали дежурные на станции гвардейцы, судя по скорости движения это был какой-то военный транспортник, который обычно используют для заброски десанта в глубокий тыл врага.
На секунду в комнате наступила тишина, присутствующие обдумывали услышанное.
— Так может это все-таки чей-то рейд? — неуверенно предположил второй Советник. — Другого клана или других глупцов, охотящихся за Конденсатом?
Первый наградил его яростным взглядом.
— А князь появился там именно в это же время случайно? — ядовито прошипел он.
Никто не нашелся с ответом. Ситуация выходила за рамки обычного происшествия. Особенно вызывало настороженность перемещение князя. Все целители до одного утверждали, что отрава на основе магической эссенции проникла глубоко в организм, буквально пропитав его и вызвав разрушительные последствия. И вдруг находящийся при смерти больной встает с постели, на которой провел последние дни, и спокойно уходит, отдав распоряжение не мешать ему.
— Где бастард? — резко спросил первый Советник.
— К нему отправилась Юлия, она должна была оценить его, — напомнила женщина.
Второй мужчина криво усмехнулся, ему никогда не нравилась эта затея. Она развязывала руки членам правящего рода, отодвигая Советников в сторону. Влияние которых и стало причиной заговора, приведшего к отравлению князя. Одаренные аристократы могли стерпеть над собой власть патриарха, но не простых людей.
Первый советник был прав, они доигрались, сами выкопали себе могилу, в которой их скоро и похоронят. Даже выбор нейтрального кандидата на место главы клана (пусть и формального, учитывая возраст) со стороны, вряд ли позволит удержаться на плаву.
— Срочно к озеру, — тихо сказал Первый Советник. — Пусть готовят машину.
Женщина кивнула.
— Уже. Я велела вывезти из гаража внедорожник, он ждет у крыльца.
Наружу выходили молча. Так же молча велели выйти водителю, за руль сел один из мужчин. Дорога до озера прошла в тишине, каждый напряженно думал о происходящем, пытаясь понять, что на уме у внезапно ожившего князя. То, что за прилетом неизвестного вертолета стоял именно он не вызывало сомнений, никто больше не смог бы передать личный код патриарха, зашифрованный сверхсложным ключом.
Когда подъехали, край горизонта уже алел. Восход был близко, что не слишком ощущалось на берегу в окружении покрытых белым саваном деревьев.
Дохнуло морозом. Советники, не сговариваясь шагнули вперед, оставляя позади черное пятно внедорожника.
И вздрогнули. По темной поверхности воды к берегу накатывал белесый туман. Настолько плотный, что за ним терялись очертания противоположного берега озера. Вместе с ним казалось понижалась температура. Стало холодно даже для этих мест.
Когда в белом мареве показалась нескладная мальчишеская фигура, Советники вздрогнули второй раз и не сговариваясь опустились на одно колено. Потому что мальчишка шел прямо по озеру, и перед ним змейкой струился серебристая лента, превращая темную воду в лед.
  
Глава 15
 
15.
Они сидели напротив, три фигуры, облаченные властью, и объясняли расклады, после смерти князя.
Да, князь умер. Его нашли с умиротворенной улыбкой на берегу озера, где я его оставил. Трудно сказать, что смерть биологического отца потрясла, он был чужой человек, но немного грусти все же возникло вместе с осознанием, что никогда уже не получится узнать его ближе.
И тем не менее это случилось, и следовало двигаться дальше, потому что прошлое в прошлом, и его нельзя изменить.
Странная мысль, нетипичная для прежнего Андрея Ковалевского, но вполне объяснимая для Андрея Бельского. Необратимые изменения, произошедшие на озере, давали о себе знать. Источник могущества клана Бельских повлиял на очередного, пусть и юного годами, но князя.
 
Я знал, что со мной происходит странное, но изменения зашли слишком далеко. Я будто повзрослел на пару десятков лет разом. Но больше всего страшило, что в глубине души появилась холодность и отстраненность. Словно Хлад передал часть своих свойств невзирая на мои желания.
Видимо причина в том, что я ступил на озеро неподготовленным. Наверняка претендентов обучали как противостоять такому влиянию, ломающему сознание на свой лад. Прежний князь сохранил свой характер, чересчур мягкий для властителя, судя по словам некоторых, но все равно свой, и не превратился в хладнокровное чудовище. Значит его заранее обучили, показали, как противостоять влиянию Хлада. Меня же бросили в воду и смотрели как выплыву.
Правда князь обещал вытащить в случае неудачи, но теперь в это не слишком верилось. У меня получилось, и я за успех я заплатил старой личностью. Не самая выгодная сделка, если подумать.
— Вы понимаете меня, ваша светлость? — не вовремя раздался голос мужчины в центре троицы напротив.
Как же они представились?
Яков Сигизмундович Радов — Советник правой руки. Глеб Павлович Скрябин — Советник левой руки. Екатерина Львовна Милорадская — Советник сердца.
Какие странные названия для должности. С первыми двумя все более или менее ясно, но что означает «советник сердца»? И почему просто не назвать по-современному, зачем эта вычурность? Из-за дурацких традиций? В кланах уважали консерватизм и стремились подчеркнуть древность рода.
— Таким образом сложилась чрезвычайно ситуация, от которой, не побоюсь этого слова, зависит существование не только клана Бельских, но и всего Северного Удела, — так и не дождавшись ответа, продолжил главный.
У меня не было громадного опыта за плечами в сфере интриг и манипуляций, я был как щенок, сидящий перед матерыми волками. И все равно, уверенность была на моей стороне. Когда я шел к берегу и вода под моими ногами превращалась в лед, это произвело на невольных зрителей впечатление. Передо мной преклонили колени, склонив головы, признавая верховенство.
Но впечатления померкли и сейчас они видели перед собой подростка. Чувствовалась с другой стороны стола некая снисходительность, вперемешку с опаской. Оболочка вокруг радужки глаз цвета живого металла не давала забыть, что сидящий напротив подросток не прост.
А еще была связь с Озером и обостренная чувствительность эмоционального фона. Это тоже не давало забыть, кто явился из плотной пелены накатывающего на берег тумана.
— Я знаю, что все завязано на Священном озере, — перебил я говорившего. — Без источника силы клан Бельских ослабнет. И физически, и экономически. Сколько дает Конденсат для княжеской казны?
Вопрос повис в воздухе. Не такого ожидали от шестнадцатилетнего пацана.
— Говоря о деньгах, — как и полагается, первым опомнился Советник правой руки. На стол легла черная карточка с серебристой окантовкой по краю. — Здесь неограниченный лимит на ваши личные нужды.
Кредитку подвинули, захотелось рассмеяться. Вроде и умные, но такие предсказуемые. Захотели купить огромным количеством денег. Впрочем, логика в этом присутствовала, любой другой на моем месте уже плясал бы от радости. Но я видел Хлад, впустил его внутрь себя, и теперь смотрел на вещи иначе.
Спорткары, ночные клубы, красивый девочки, шикарная жизнь — все тлен и труха. Всего лишь одна из возможностей открывшегося мира. Это не значит, что нужно вести жизнь аскета, но и бросаться на подачку нерационально. Да и наскучит такое существование прожигателя жизни.
— Спасибо, — я взял карточку и убрал в карман.
Равнодушный тон и спокойствие вызвали удивление, не на такую реакцию рассчитывали двое мужчин и женщина. Они чувствовали себя неуютно под взглядом обрамленных жидким серебром глаз, но старались этого не показывать.