Академия тишины (СИ)
Магия жизни, магия смерти… В отличие от нас, магов, вершины эволюции, одарённых, великих и всё такое, в мире и природе жизнь и смерть слиты воедино и пребывают в гармонии.
Мы так не можем.
Я прочувствовала воздух, сгустившийся вокруг леди Сейкен, мельчайшие капельки влаги в этом воздухе, и в земле, и саму землю, хотя всё это были не мои родные стихии, но они тоже могли откликнуться. Я замерла, и люди передо мной, они все, увидев меня, наконец-то, тоже замерли. А потом я обратилась мысленно к каждой частичке окружающего мира, пространства, не пропитывая их своей магией и не заимствуя без обещания что-либо вернуть.
Становясь его неотъемлемой частью.
Подобно тому, как когда-то, тысячу лет назад, мы с Ларсом, Габом и Джейми претворяли в жизнь "пятую стихию", мой огонь в одиночку, не требуя помощи извне, сплетал все остальные стихии в цельный нерушимый магический кокон. Мне не хотелось убивать, не хотелось ничего разрушать, даже погружать в умертвляющий, словно слишком сладкий сон, стазис, только остановить, и я слышала, как леди, точно гусеница, не желающая становиться бабочкой, хрипит и бьется в новообразованном куполе-коконе из сплетённых вокруг нее благодаря стихийной магии материализовавшихся магических нитей. Тьма не рассеивалась, и я, внезапно перестав ориентироваться, потеряла равновесие, но чьи-то руки подхватили меня и прижали к себе, судорожно и резко. Я уткнулась носом в удерживающего меня человека, вдохнула запах, ухватилась за него руками, пробежалась пальцами по лицу, волосам. Медная пуговица вдавилась в мою щёку, но я только прижалась крепче и выдохнула в мягкую ткань его одежды
— Ты пришёл… Ты пришёл за мной, Габриэль.
***
— В смысле "ты пришел", в смысле "Габриэль", — голос братца раздаётся откуда-то со спины. — Я тоже, между прочим, пришёл! И вообще, сейчас опять будет как всегда, все лавры достанутся этому разноглазому, а у нас тут, попрошу заметить, маленькое, но всё же семейное мероприятие. Кстати, с учётом твоего бесценного вклада ты тоже отныне считаешься полноценной частью семьи, без учета того, помиритесь вы или нет!
— Ты тоже тут, кошмарище, — я слабо улыбаюсь, а Габриэль усаживает меня на скамейку и молча отступает куда-то в сторону, словно стыдясь проявленного порыва. Чьи-то руки ложатся мне на глаза, деловито ощупывают лицо. Помимо Габа и Джеймса здесь есть еще как минимум двое людей, но…
— Что с ней? — отстранённо подаёт голос Габриэль, так, словно меня здесь вовсе нет, а он трудится куратором на лабораторной работе первокурсников по вскрытию их первого трупа.
— Демонова тварь, — к этому довольно безобидному ругательству знакомый, но совершенно неожидаемый женский голос добавляет ещё парочку куда менее безобидных. — Сколько же ещё у неё секретов?
— Ты можешь это снять? — напряженный мужской голос. Тоже знакомый и тоже — неожиданный. Если бы я могла, ткнула бы Джеймса в бок.
— Попробовать могу, конечно, но, честно говоря, вряд ли. Надо везти её в столицу и искать специалистов, хотя… Лучше и быстрее, чем создатель, такое заклятие никто не снимет. Умная хитрая тварь.
— За исключением тебя, магов жизни надо было всех передушить ещё в колыбели.
— Энтони, не сходи с ума. Придушить надо только одну взрослую мразь, и лучше прямо сейчас, пока не сбежала или не сдохла лёгкой безболезненной и случайной смертью.
— Не сбежит, Джейма её надёжно упаковала, — неужели в голосе сэра Энтони Фокса проступили нотки гордости?! — А вообще, с удовольствием, дорогая. Ты сама, я или вместе?
— Какой сейчас год и месяц? — я останавливаю кровожадный и вместе с тем дружелюбный и даже слегка игривый диалог родителей Габриэля. В другом состоянии души и тела я была бы поражена от и до. Но сейчас как-то справляюсь, не падаю в обморок от изумления или что-то в этом роде. В целом логично, что в целях экономии времени и предотвращения утечки информации Габриэль — или Джейси — обратился за помощью к ним. И то, что ради меня они хоть как-то наладили общение между собой, не могло не радовать. Как минимум ту, прежнюю Джейму внутри меня, это, несомненно, радовало.
— Август, — с явным сочувствием говорит леди Маргарита Фокс. — Ты как, девочка? Прости, что мы так задержались. Тебя было трудно найти. Но всё закончилось, правда. Мы с Энтони увезём эту… — она осеклась и закончила вполне благопристойно и максимально неопределенно. — Мы её увезём. Она больше не потревожит тебя, и ей уже никто не поможет, теперь все доказательства налицо, тут, знаешь ли, даже превосходно оборудованное и вполне полноценное кладбище упокоенных жертв имеется буквально в десяти минутах ходьбы. Мне так жаль, что тебе пришлось всё это пережить. Все искали тебя, а ведь ты была совсем близко. Всё наладится, — она осторожно коснулась моего плеча. — Ты сильная девочка.
— Я ей помогала, — чуть подумав, сказала я. — Не хотела, но и не слишком сопротивлялась. Как во сне, но вряд ли теперь это имеет значение… Меня теперь тоже накажут?
— Ну что ты, — голос леди смягчился. — Твоей основной задачей было просто выжить, с чем ты и справилась, да ещё и на десять с плюсом. Всё в порядке.
— Академии Безмолвия больше не существует?
— Что? Какая глупость. Нет, с Академией всё в порядке, правда, там грядут определенные… — она вдруг замялась. — Кадровые перестановки, да и разные другие перемены. Но об этом можно и потом поговорить.
— Какой здесь ближайший город? — бездумно спросила я.
— Торон.
Действительно, мы недалеко.
Я слышала, как приезжают ещё какие-то люди, их очень много, слышу голоса и приглушённый топот копыт. Всё это время рядом со мной на удивление смирно сидел Джеймс, хотя сэр Энтони пару раз и пытался под благовидными предлогами его отогнать. Я знала, что Габриэль тоже где-то рядом, но не видела и не слышала его. А так хотелось к нему прикоснуться, вернуть зрение хотя бы на несколько мгновений, чтобы заглянуть ему в лицо, в глаза. Но я не могу, да он, судя по всему, и не позволит. Он пришёл сюда, но, похоже у него было время всё обдумать и осознать, сделать выводы. Своеобразный долг передо мной Габ выполнил, теперь его совесть чиста, наше дальнейшее общение вряд ли входило в его планы.
Август! С момента нашей прошлой встречи с Габриэлем прошло полгода — больше, чем целая вечность. А для меня тот последний день в Академии был словно вчера: наши с Габом поцелуи в каменном доме, подслушанный разговор сэра Элфанта и леди Сейкен, нарастающее ощущение подступающей трагедии, взгляд Габриэля, который видел, как Джордас обнимает и целует меня…
День явно клонится к вечеру, становилось прохладнее, окружающая суета стихала. Чья-то рука вновь легко коснулась моего плеча.
— Джейма… Сэм, прогуляйся-ка вон до того забора.
— Зачем? — братец явно собирался стеречь меня до бесконечности.
— Затем. Иди к матери, ты можешь ей понадобиться.
— Моя мать — это забор?!
— Не беси меня, сын. Мне нужно поговорить с Джеймой без твоих ушей, что ты к ней приклеился? Пошёл вон, быстро, куда угодно!
— Так бы сразу и сказал.
Сэр Энтони молчит пару минут, потом снова повторяет:
— Джейма…
— Она самая. Говорите всё, как есть, если мне нужно узнать ещё что-то страшное, пусть будет сразу.
— Страшное? Нет, о чём ты… Адриану Сейкен допросили и сейчас отправят в столицу. Она просит… она хочет поговорить с тобой. С учетом всех фактов, я думаю, это будет последний ваш разговор. Она… она отказалась говорить с нами по поводу твоего зрения, так что, может быть тебе удастся… но ты, конечно, вправе отказаться.
— Почему же, — я поднимаюсь. — Мне не трудно поговорить с ней.
И это на самом деле так. Я странный человек, наверное. Даже после того, как я узнала, что сэр Джордас убивал людей по приказу леди, даже после длительного заточения, разделившего мою жизнь на «до» и «после», я всё равно не чувствую ненависти ни к одному, ни к другой.