Отличница и Десантник (СИ)
— Ну и че? Если она ему нравится, он мне сам сказал…
Я от удивления чуть батон не выронила из рук. Ничего себе реакция на происходящее… а еще десантник!
— А ты-то сам как на все это смотришь? Я-то думала, ты с Таней!
— Да у нас так только… на пару разов… она же сама на меня залезла, я и не хотел… почти. Че я, должен был даме отказать… если ей приспичило? А Темыч у нас тихий, девственник почти… ему такую и надо… чтоб сама… Ты же ему не дашь? А че? Мордой лица не вышел? Вроде ниче… Или ты у нас такая… типо недотрога? Отличница…
Последнее слово из Васькиных уст прозвучало почти как ругательство, да я еще и за подругу обиделась: — «Ах, же ты засранец! Вот я Таньке все расскажу!»
Хотя, девчонка, конечно, сама виновата, ведет себя как шлюха, то с одним, то с другим. Еще мою миленькую квартирку превращают в притон! А, может, я преувеличиваю? И вообще, чего я теряюсь…. Мне уже двадцать пять лет и почти никакой личной жизни. Три месяца нерегулярных встреч с начинающим биржевым брокером Константином меня и вовсе выбили из колеи.
Если все мужчины такие зануды и нытики, неспособные починить пылесос и прикрутить потуже выпадывающую из стены электророзетку, то лучше я буду жить с папой и мамой. Папа мой хотя бы с пятой попытки может полочку в ванной повесить… с маминой помощью, разумеется.
А, если честно, иногда мне очень даже хочется чего-то такого… в интимном смысле… но, не самой же себя удовлетворять, я читала, что к этому девушки быстро привыкают и мужики им тогда делаются совсем не нужны. А я в перспективе хочу семью и детей. Я маленьких очень люблю, кстати. Я много с племяшками водилась…
Так вот, расставшись с Костиком и погуляв по городу в компании двух брутальных парней, я вдруг поняла, что хочу… ну, просто хочу и даже, кажется, очень!
Может, зря я так вела себя с Артемкой, он милый, и мне очень нравится, но я же не могу первой его поцеловать, а других намеков он не понял, я и не очень старалась, если честно. И теперь после того, как он «щупал» Танюху, между нами, естественно, ничего быть не может.
А сейчас передо мной стоит Василий. В полосатой своей маечке, большой и загорелый… И меня вдруг дико начинает к нему тянуть… Просто, какое-то колдовство! Просто хочется кинуться на его широкую грудь и обхватить руками, все, что под руки попадется, а он пусть меня за попу подержит.
И еще целовать… захотелось целовать эти обветренные насмешливые губы с привкусом сигарет, эти скулы с маленьким шрамиком на правой и крепкую шею… Никогда бы не подумала, что меня может так возбудить курящий мужчина!
Думаю я сейчас обо всем об этом, стою и смотрю на Ваську… куда-то ниже его широкого армейского пояса…Да, я замечталась просто, я и не собиралась вовсе туда смотреть.
Только Васька вдруг подошел ближе, забрал из моих рук батон и, не глядя, кинул его на стол, а потом взял мою ладошку и прижал к своим штанам, прямо… туда. Я попыталась убрать руку и дернуться назад, но парень ухватил меня свободной ручищей за шею сзади и еще ближе к себе притянул.
Я сначала хотела Ваську оттолкнуть, но вместо этого вдруг неловко уткнулась лицом в его тельняшку и приобняла за голое плечо. А Вася как-то очень уж умело водил моей ладонью по своим штанам чуть-чуть вверх и вниз, одновременно сжимая своей пятерней сверху, так что я отлично ощущала всю его внушительную выпуклость… там… что-то большое и объемное.
Между ног у меня стало горячо и влажно… Да, плевать на все! И пусть он раньше с Аней был, я же с ним ничего серьезного заводить не собираюсь, разве только побаловаться немножко. Неужели нельзя? И мне захотелось, чтобы Васька тут же задрал мне платье и уложил животом на стол, прямо на это самый — кухонный.
Парень наклонил голову и одновременно дернул меня за волосы, чтобы я подняла свою. Наши губы встретились, это было так сладко, так сладко…
Губы у Васьки оказались жесткие, сухие, даже грубые, но что он ими вытворял… и еще языком… Я почти забыла как дышать, прижалась к нему всем телом.
Несколько минут мы отчаянно целовались, словно в самый последний раз, словно нас сейчас на расстрел поведут и дано время лишь для поцелуя, так пусть он длиться вечно! А потом я краем уха услышала, как в зале раздался недовольный Танькин голос и виноватое бормотание Артема: — Танечка, прости, я не нарочно… я все сейчас приберу.
Вася шагнул в сторону от дверного проема и жахнул кулаком по выключателю, так, что кухня немедленно погрузилась во мрак. Теперь мы просто стояли, тесно прижавшись друг к другу и слушали, как Таня, на чем свет стоит, ругает Артема за то, что он пролил пиво на ее новое платье, как парнишка извиняется и плетется вслед за Таней в ванную комнату, как там щелкает задвижка и вскоре оттуда раздается шум льющейся воды, Танин смех и приглушенный счастливый говор Артема.
— Должны справиться! - удовлетворенно изрек Васька, погладив меня ниже спины. - Ты мне свою постельку покажешь? Я умею делать массаж… внутренний…
После этой саморекламы парень схватил меня в охапку и потащил через зал в мою комнату.
— Пусти, дурак! - слабо протестовала я, чувствуя, как выпрыгивает из груди сердце.
Десантник бросил меня на мой диванчик и вернулся, чтобы плотнее прикрыть двери. Я отскочила к столику у окна и зажгла ночник, а потом повернулась к парню. Васька самым бесстыжим образом раздевался… он уже бросил в угол майку и сейчас, улыбаясь во все тридцать два зуба, расстегивал ремень и стаскивал брюки. Я прижалась задом к столу и туповато на все это дело глазела, тем более, что было на что поглазеть.
Почему-то при тусклом свете маленькой настольной лампы Василий выглядел еще больше и внушительней, а уж когда он совсем разделся… Мне даже страшновато стало чуть-чуть.
Стало почему-то казаться, что у него даже глаза сейчас отсвечивают каким-то диким звериным блеском, азартом охотничьим… будто свирепый Хищник наконец-то зажал в угол нежную Лань… то есть меня. Потому-то и улыбается так насмешливо — снисходительно, “теперь не убежишь… попалась!” И почему меня такие мысли лишь еще более возбуждают?
— Ну, что… Отличница… самому мне тебя раздеть?
— Ну, попробуй… Двоечник!
Васька тут же оказался возле меня и снова целоваться полез, в то время как его ручищи вовсю по мне шарили. Я его за плечи ухватила, чувствуя, что ноги меня уже не держат. Вскоре Вася поднял мое платье и стал вверх тянуть, а я подняла руки, помогая.
А когда я осталась в одном белье, парень даже присвистнул от восхищения. Дрожащие Васькины пальцы начали искать у меня на спине застежку бюстгальтера, но не нашли… Я даже захихикала… Без моей подсказки он точно не сообразит…
— Спереди попробуй! Так и знала, что ты неуч!
— Ого! Я таких еще не встречал.
Наконец, красная кружевная тряпочка легла на пол поверх платья. Несколько мгновений Васька, тяжело дыша лапал меня везде, а потом выдохнул: — П…..ц, как я тебя хочу!
— Не выражайся при детях!
— Каких… детях?
— В… яйцах пищат! - брякнула я, конечно, не от большого ума.
— А… точно! Счас сделаем…
Сграбастал меня и утащил на диван. Навалился сверху.
— Ну, че… ты как любишь?
— Уже как-нибудь…
Я вдруг немного застеснялась и попыталась от него отодвинуться.
— Ты куда щемишься-то, думаешь, отпущу? Не-е…
Васька хотел с меня трусики сорвать, но я воспротивилась.
— А, давай, прямо так!
И что на меня нашло… где-то я такое видела… Танька приносила пару фильмов на «флешке».
— Это как…? Зачем?
— Ну, уже догадайся, не маленький.
— Не-е, я — большой!
— Не протиснешься…
— Да уж, постараюсь! Ты мокренькая уже, дай-ка я проверю…
— У тебя хотя бы руки чистые?
Парень аж замер на пару секунд, кажется, раньше ему никто такой вопрос не задавал… в такой момент…
Я вертела задом, пытаясь ускользнуть от Васькиных проверок, но, только больше его распалила.
— Ну, я облизать могу…
Вася сунул себе два пальца в рот, а потом отодвинул эластичную тряпочку, что мое интимное местечко прикрывала и попытался реально проверить мою «боевую готовность».