Профессор. Отличница для тирана (СИ)

Я закатила глаза к потолку. Попыталась высвободить запястья. Но хватка Марка была железной. Обжигающей. От его близости кровь превратилась в раскаленную лаву, нервы натянулись до предела.
— Хорошо, — безразлично выдохнула я, хотя внутри все кипело. — Значит будем сидеть здесь до победного.
Марк ощутимо напрягся, опаляя горячим дыханием макушку. Позвонил кому-то по громкой связи и приказал пробить мой банковский счет.
  
— Эй! — вскрикнула. — Я же сказала, что мне ничего от тебя не нужно! Что в моих словах ты не понял?
Развернулась к нему в пол оборота, утыкаясь взглядом в полные, приоткрытые губы.
Нервно сглотнула, ощущая желание поцеловать их. Провести кончиком языка по изгибу, вспомнить, какие они у него на вкус.
Ничего не ответив, Марк ссадил меня с коленей на соседнее место. Навалился на меня, вжимая спиной в спинку кресла.
Я забыла, как дышать. Сердце забилось с такой силой, что готово было выпрыгнуть из груди. Я ощутила жар и сталь его тела сквозь ткань рубашки, невольно облизнулась, когда его губы оказались в опасной близости от моих. Стоило лишь шелохнуться, и они соприкоснулись.
Меня бросало то в жар, то в холод, когда Марк пронзал меня потемневшим взглядом. Хотя на самом деле у него синие глаза. Большие, с зелеными крапинками на радужке. Очень красивые.
— Снежана, — его хриплое, мятное дыхание опалило кожу, — всё будет так, как я сказал.
Раздался щелчок ремня безопасности и, когда Марк резко отпрянул, я увидела, что он меня пристегнул.
Выдохнула.
Марк завел мотор и выехал на дорогу. Я с силой вцепилась в край ремня, когда он ударил по газам.
Я очень боялась скорость. Когда мне было шесть, угодила с тетей в серьезную аварию. Тогда она пыталась обогнать фуру. Но, что-то пошло не так и нашу машину выбросило в кювет. До сих пор помню, как нас несколько раз перевернуло. Я отделалась лишь испугом и парой синяков, а вот моя тетя…
Закусила щеку изнутри, чтобы не зареветь.
Бросив на меня напряженный взгляд, Марк сбавил скорость.
— Прости, — прозвучало искренне, мягко.
Я ничего не ответила. Уперлась взглядом с боковое окно и принялась безучастно наблюдать за проносящимся мимо городом.
Пять лет назад я рассказала Марку о той аварии. Он был единственным, кому я смогла открыться. В тринадцать, когда моего отца не стало, я закрылась в себе. Почти ни с кем не общалась, старалась держаться в стороне. Мама неоднократно водила меня к психологам, но… это было лишь пустой тратой денег и времени.
И лишь когда мне исполнилось восемнадцать и в моей жизни появился Марк, я начала оттаивать. Выбираться из своей скорлупы. Но, увы, уже через полгода мое сердце пронзили мириады ледяных осколков. И сейчас, когда Марк появился в моей жизни, оно снова начало кровоточить.
— Куда мы едем? — едва слышно спросила я, не решаясь посмотреть на Марка. Продолжая с силой сжимать ремень безопасности, ощущать, как в груди болезненно сжимается.
Мне так хотелось все ему рассказать. Во всем признаться. Но еще утром он дал мне понять, что ему плевать.
— К тебе домой, — он провернул руль, уводя машину под мост. — С этого дня ты больше не будешь работать. У тебя последний курс, Снежана. И ты должна полностью сконцентрироваться на учебе.
— Я не возьму твои деньги.
Марк ничего не ответил. Включил радио и оставшуюся часть дороги мы провели в молчании.
Я была уверена, что он остановится у дома моей подруги Алисы. Но, как оказалось, Марк знает, где я живу. Вплоть до квартиры. Ведь стоило мне выскочить из машины, как Марк направился за мной следом. И уже в лифте нажал нужный этаж.
— Я не стану приглашать тебя на чай, — я скрестила руки на груди, с вызовом посмотрев на него.
Но Марк лишь фыркнул и через пару минут мы уже стояли в коридоре моей скромной квартирки.
В кармане юбки завибрировал телефон.
Уйдя в ванную, я приняла вызов. Оказалось, что это хозяйка квартиры.
Она была той еще любительницей поболтать, поэтому начала издалека. Но уже по интонации я догадалась, к чему все ведет.
В итоге хозяйка сообщила, что через месяц я должна освободить квартиру.
  
Глава 8. Помощь
 
— Что-то случилось? — нахмурился Марк, когда я вышла из ванной.
Скрещивая руки на груди, он подпирал спиной стену. В его присутствии моя и без того крошечная квартирка казалось еще меньше. Честно говоря, мне стало стыдно, что Марк увидел условия, в которых я вынуждена жить.
— Нет, — я подошла к столу и включила чайник. Не решалась посмотреть на Марка.
Стол, стул, портативная электрическая плитка, раковина в углу и купленный с рук холодильник.
Укусила щеку изнутри, чтобы не разреветься. У меня был месяц, чтобы найти новую квартиру. Я так привыкла к этому месту, и такая новость… Еще из-за выходки Марка работу потеряла.
И как мне теперь быть? Маме не стану звонить из принципа. Она сделала свой выбор еще пять лет назад, когда поверила не мне, а своему новому мужу. Моральному уроду и манипулятору.
Значит, у меня осталось два пути: арендовать комнату или… Нет, в общежитие я не вернусь.
Цены на аренду давно выросли. Мне попросту повезло, что за все эти года хозяйка так и не решилась поднять цену. Так что комната — мой единственный выход.
— Снежана, — Марк подошел со спины, его горячее дыхание коснулось макушки. Он не касался меня, выдерживал дистанцию. Но даже этого было достаточно, чтобы ощутить, как в воздухе растет напряжение. — Если это из-за работы, то…
Я не выдержала. Резко развернулась и, бросив на него испепеляющий взгляд, сдержанно процедила:
— Уходи.
Меня затрясло от злости и сдерживаемых слез. Хотелось закричать, расплакаться, отвесить ему пощечину. Сказать, что я жалею о той зиме, когда он появился в моей жизни и…
Но, я этого не сделала.
Вместо этого попыталась обойти заслонившую проход гору мышц, но Марк меня остановил. Перехватил за талию и притянул к себе.
— Я не уйду, — он сжал мой подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. — Нам надо поговорить.
— Нам не о чем говорить, — уперлась кулачками в его стальную грудь. — Возвращайся к своей девушке и… — мой подбородок задрожал. Я больше была не в силах держаться, казаться сильной. Эмоции накрыли с головой, слезы потекли по щекам. — Увидимся в универси…
Не договорила. Марк с легкостью подхватил меня под бедрами и усадил на шаткий стол.
— Тшш, — успокаивающе протянул он, вытирая слезы на моих щекам. Его глаза стали привычно синими, во взгляде поселилась нежность. Та самая, с которой он смотрел на меня пять лет назад. В которой я грелась, ощущала себя в безопасности. — Снежана, работа на Александра это не…
— Нет, — всхлипнула, отворачиваясь от Марка. — Просто… я устала, — сжала ткань юбки до побелевших костяшек. — Уходи и, пожалуйста, больше никогда не…
Марк крепко обнял меня за плечи, прижимаясь губами к макушке. Я уткнулась лицом в его грудь и зарыдала навзрыд. Казалось, словно решила выплакать все слезы.
В груди болезненно сжалось. Я с силой схватилась за ворот его рубашки, вдыхая дурманящий аромат тела. Тот самый, по которому скучала все эти годы, который никогда не забывала, пыталась уловить в толпе прохожих. Я задыхалась без него.
— Кажется, нам нужно кое-что покрепче, чем чай, — усмехнулся Марк, поглаживая меня по голове. — Иначе придется доставать лодку и резиновые сапоги.
Я улыбнулась, чувствуя, как меня начинает отпускать.
— Те самые, что ты брал на рыбалку?
Марк ощутимо кивнул.
— Мне трудно расстаться с прошлым, Снежана, — выдохнул он. — Если меня что-то зацепило, запало в душу, то я не откажусь.
  
Я подняла на Марка глаза, пытаясь понять, что мне не показалось. Его слова прозвучали двусмысленно. Будто под снастями для рыбалки он подразумевал что-то другое. Точнее, кого-то.
— Кроме чая у меня ничего нет.
— В таком случае, — он пропустил мои пряди сквозь пальцы, продолжая ласкать взглядом, — заварим два пакетика.