Ревизор: возвращение в СССР 31 (СИ)

– Здравствуйте, Герман Владленович, – проворковала Регина. – У меня есть для вас кое-что очень и очень интересное. Вам обязательно надо это увидеть.
– Что ещё?
– Очень важная информация, – с придыханием ответила она.
– Как в прошлый раз с таксопарками?
– Нет, – тут же осеклась Регина.
– Ладно, приходи. Посмотрим, что у тебя там за важная информация такая…
* * *
Москва. Камвольно-отделочная фабрика.
Сколько капитан Орехов ни наблюдал за Анной, заметить что-либо конкретное он не смог. Прошла уже неделя со дня той злосчастной поломки, а линия так и не заработала. Более того, не ясна была и причина этого.
Заметив, как Сашка Озеров в чём-то настойчиво убеждает Анну, а она с растерянным видом стоит перед ним, опустив глаза, Орехов решил, что Озеров поймал её с поличным и убеждает признаться.
Когда Анна с опаской взглянула на него, капитан сделал вид, что смотрит в другую сторону, а сам продолжил наблюдение.
Вдруг, Анна, тяжело вздохнув, кивнула согласно Озерову, и направилась прямиком к нему. Капитан от неожиданности перестал шифроваться и уставился на приближающуюся к нему Юрченко.
– Михаил Николаевич, можно с вами поговорить? – испуганно спросила она.
– Конечно. Слушаю тебя, – постарался он ответить как можно спокойнее, чтобы не спугнуть её в желании признаться.
Неосознанная это ошибка или злонамеренная диверсия, вот что интересно? Капитан мысленно ставил на второе. Ну и, авось, удастся понять, что с линией и починить её как можно скорее. Это ему тоже в плюс пойдет. А что делать потом с Юрченко, решат компетентные органы. Но Анна сумела его ошарашить, заведя речь совсем о другом.
– Михаил Николаевич… Я не хочу возвращаться в США, – проговорила она.
– Что? – не поверил он собственным ушам.
Тут же рядом оказался Озеров.
– Михаил Николаевич, Аня хочет остаться в СССР, – заявил он. – Она же может попросить у нас убежище?
Капитан оказался не готов к такому повороту событий, он даже не думал в этом направлении. Хотя, оглядываясь назад, он на многие моменты взглянул сейчас иначе…
* * *
Концерт во Дворце культуры ЗИЛа начался с торжественной части, куда же без неё? Потом была физкультурно-поэтическая композиция на стихи Юлии Друниной…
Ребята очень старались, стихи читали девчонки по очереди. Сопровождалось действие акробатическими этюдами, символизирующими войну, борьбу и долгожданную победу…
Но я смотрел на всё это как в тумане. Помню, как рыдала моя мать, когда Юлия Друнина покончила с собой в девяносто первом. Поэтесса не смогла пережить развала страны, ради свободы которой она прошла почти до конца всю войну. Сколько раз ранена была, сколько наград было у этой потрясающей женщины… А сколько она, как депутат Верховного Совета, боролось за права армии, ветеранов Великой Отечественной Войны и воинов-интернационалистов…
Вот о ком надо песню написать! – думал я, вслушиваясь в слова стихотворений. – Молодцы наши, что выбрали именно её стихи.
Тут поэтическое представление закончилось и Белый пригласил автора стихов на сцену!..
Блин! Она же ещё жива! Еще вполне цветущая женщина поднялась с первого ряда и прошла мимо меня на сцену. Белый ей руку ещё подал, когда она по ступенькам поднималась… Не помню, какого она года рождения, но ей же сейчас ещё лет пятьдесят, не больше. До той трагедии ещё полно времени… Надо мне будет обязательно что-то предпринять! Всех я не спасу, вместе с СССР погибли под его обломками миллионы… Но хоть кого-то да обязан…
Она выступила с коротким приветствием и прочла замечательные стихи:
 
 
«Я принесла домой с фронтов России
 
Веселое презрение к тряпью -
 
Как норковую шубку, я носила
 
Шинельку обгоревшую свою.
 
 
 
Пусть на локтях топорщились заплаты,
 
Пусть сапоги протерлись – не беда!
 
Такой нарядной и такой богатой
 
Я позже не бывала никогда…»
 
 
– Будьте счастливы ради тех, кто оставил свою жизнь, свою молодость, свои мечты и надежды там, на войне, – говорила она с тёплой улыбкой. – Нам, оставшимся в живых, видевших смерть в лицо не раз, очень важно, чтобы молодые ценили жизнь свою, а в ней каждый день и каждый час.
  
Её провожали со сцены бурными овациями. Белый подарил ей шикарный букет и помог спуститься со сцены.
Ну, тут уж я свой шанс не упустил, и принял её у Серёги внизу у лестницы. Представившись корреспондентом газеты «Труд», выпросил у неё домашний телефон с намерением обязательно взять у неё интервью и написать про неё целую статью. Вот та личность, масштаб которой нужно обязательно показывать молодежи… Вот та героиня, которую нужно делать идолом, вместо попсы…
Проводил поэтессу к свободному креслу в центре первого ряда с начальством рядом и вернулся на своё место.
К этому времени уже началось выступление «Ночных асов». Бугай Горыныч оказался ударником, а Чапай – бас-гитаристом. Красивая лирическая мелодия, красивый голос Ромки Малинина сменились жёстким ритмом и довольно экстремальным вокалом Витьки в припеве. Там ему ещё и Чапай подвывал. Народ в зале обалдел и никак не отреагировал. После второго куплета в исполнении Малины, у него опять принял эстафету Еловенко и ему уже скромно помогали из зала. Третий раз припев пели уже довольно дружно, а ближе к концу парни умудрились так раскачать зал, что четвёртый припев зал пропел грозным массовым хором:
 
 
"Война! Это боль, это ярость сердец,
 
В душе только холод и пепел.
 
Слезы превратились в сталь и свинец,
 
Для врага – только смерть, только трепет!"
 
 
В конце парни, вдохновившись, повторили припев несколько раз подряд и, в итоге, сорвали бурные овации. Народу их выступление крепко зашло… И начальство, кстати, тоже было очень довольно, видя такое единение музыкального коллектива с народом при исполнении идеологически правильной песни.
Белый, спрыгнув прямо со сцены, подбежал к помощнику секретаря комитета комсомола, что-то уточнил у Варданяна и, как я понял, кивнув головой «Ночным асам», передал им разрешение на исполнение второй своей композиции.
Когда послышался знакомый проигрыш «Жёлтой реки», я, признаться, сильно напрягся. Но Витька отчудил, так отчудил, переписал немного стих про Мишку косолапого, чтобы тот попадал в мелодию знаменитого хита Христи. Малина и Чапай старательно подпевали ему и все трое с серьёзными лицами покачивались с ноги на ногу, изображая переваливающихся при ходьбе медведей. Прямо, как дети, которых под этот стих учат ходить.
Народ от смеха чуть под кресла не попадал. Пародия, с музыкальной точки зрения, получилась очень достойная. Что касается идеологической составляющей, то, возможно, наше партийно-комсомольское начальство решило, что не помешает высмеять содержание западной популярной музыки. В любом случае, выступить «Ночным асам» с зарубежным хитом позволили, а это уже большой прорыв для наших идеологов. Тем более, что ухохотались все до слёз и долго аплодировали…
На этом сегодняшний концерт завершился. Расходились все с улыбками на лицах. Это был успех для всех выступавших, причём, безоговорочный. С чем я и поспешил поздравить вновь созданную группу.
– Вы прекрасно сегодня выступили, – искренне похвалил музыкантов я, поднявшись к ним на сцену. – Я, конечно, не музыкант, но мне уровень вашего сегодняшнего выступления показался очень высоким. Вам надо обязательно продолжать работать в этом составе. Ваша универсальность, как вокалистов, – посмотрел я на Романа с Виктором, – сделает вашу группу очень востребованной на разного рода мероприятиях, как официальных, так и частных. На свадьбах и юбилеях очень неплохо можно зарабатывать.