Ненавижу эту сделку (СИ)
— Но, другие девушки… — проговорила я, а он тем временем уже зашел в камеру, приближаясь. Я снова невольно задержала дыхание, когда он подошел ко мне слишком близко, рассматривая платье, а после поправляя.
— Они были для моей коллекции. Я очень тщательно подбирал себе игрушек… И я делился этим с миром, оставляя идеальных кукол для полиции, где и сам работал. Удобно заметать и путать следы, когда ты работаешь со своим же делом. — он замялся, улыбнувшись, когда убрал свои руки от меня и чуть отошел, осматривая. — Ты прекрасна, но это не твой образ. — он быстро развернулся и взял второй комплект, протягивая мне. — Попробуй это.
Я кротко улыбнулась и снова принялась переодеваться.
— Но тебя не ценили? — не могла не задать вопрос, потому что мы, кажется, нашли контакт.
— Ты права. — он снова замолчал, наблюдая за мной. Сердце все еще бешено кололось. Я старалась его понять, но мне не хватало обычных сухих фактов. Хотя, я итак получала очень много. Жаль, что не смогу ни с кем поделиться.
— Я считаю, что ты гениален. — я постаралась выдавить улыбку.
— Я знал, что ты другая. Я ценю твои слова, Элайза. Жаль, что не все такие. — мне даже показалось, что его сердце растаяло от моих слов. И я могу его понять, попробовать хотя бы. Когда ты делаешь нечто особенное ради признания, а после тебя отвергают, называя извращенцем — это ранит. А ему ведь просто нужно было, чтобы его труды оценили. Это искусство. Его извращенное и морально отвратительное, но искусство.
— Но что со Стоуном?… — задала я вопрос, когда закончила с одеждой. Это же был брючный костюм черного цвета с красивым поясом на талии. Но он снова покачал головой, протягивая мне последний вариант.
— Мы встретили ее в участке. Ее ограбили. Она была прекрасна и чиста, как цветок лотоса. Я сразу понял, что она будет изюминкой моей коллекции. Станет идеальным ее завершением. Но все обернулось против меня, ведь она выбрала ЕГО. — он прикрыл глаза на мгновение, прежде чем продолжить. — Но я даже рад, что все так вышло. Я получил алмаз моей коллекции и отодвинул в сторону детектива, который мне мешал. Он слишком близко подобрался, а мне это было не нужно. Но когда я увидел тебя во второй раз, то понял, что ошибся. Ты будешь самым ценным моим экземпляром. Лучшим. Все должно быть идеально. Мир оценит тебя, Элайза. — он подошел ближе, беря меня за руку и рассматривая со всех сторон, после того, как я надела это платье. Если бы не эти обстоятельство, то я бы обрадовалась такому шикарному наряду… длинное струящееся по фигуре платья глубокого бордового цвета, цвета крови… из нежного атласа, что повторял каждую линию моего тела. Оно идеально… идеально, чтобы найти мой труп в нем. Хотелось выть от боли, от всего, что я сейчас делала и слышала, но нужно держаться.
— Ты прекрасна. Спасибо. Я тебя оставлю. Нужно кое-что приготовить. Хочу тебе сделать подарок. — он чуть сжал мою ладонь, а после быстро ушел, оставив меня в этом шикарном платье, но с такой пустотой, что она могла поглотить меня полностью. Я осела на пол, прикрывая глаза. Тяжело. Больно.
Глава 17.5
Так легко, так просто… так тяжело, так больно. Сколько раз я еще буду это повторять? Я уже запуталась в числах, в словах, в своих мыслях. Снова и снова, снова и снова. Все, что я могу — это повторять, что мне больно, прижимая руку к груди. Хотелось раскрыть свои ребра, чтобы выпустить ту боль, что разрывала, ту пустоту, что уже не умещалась внутри. Я так устала. Снова проходят секунды, минуты… а может и часы. Я сижу, не двигаясь. Я жду. Жду своей смерти. Платье готово… дело за малым. Хочу лишь, чтобы больно не было. Я же могу его попросить о подобном? Мне же не выбраться. Правда. Это факт. Мы не в сказке, не в книжке — это гребанная жизнь. У меня нет плана. У меня даже шанса нет. Я просто сижу в клетке и жду своего часа… потому что, наверное, заслужила. Это либо подарок, либо кара. Не знаю. Все так перемешалось. Я узнала все и ничего. Он и правда гениален. Так тонко… но при этом я не узнала ни о его способах, ни о том, как он все проворачивал, узнавал… как? Боюсь, я уже никогда не узнаю этого. Тошно.
Сколько прошло времени? Секунды, минуты, а может часы?… Тик-так, тик-так. Я схожу с ума в этой клетке. Подорвалась с места, цепляясь тонкими пальцами в ледяные прутья. Хотелось сжать их до хруста, но, боюсь, хрустнуть могут лишь мои кости. Я прислонила голову к металлу, прикрывая глаза. Какой у меня может быть шанс на спасение? Какой? Что должно произойти?
Но мои мысли снова прервали, потому как я услышала звук открывающегося подвала. Мой убийца снова решил меня навестить. Я приподняла голову, но от решетки не отошла. Не хотелось, не было сил.
— Идем. — он открыл клетку и протянул мне руку. Я вздрогнула и сжалась от страха. Так скоро? Я же не готова…
— Еще не время. Я просто хочу сделать тебе подарок. Не бойся. — видимо, мои глаза выдали меня с потрохами, да и, думаю, вообще весь вид трясущегося щенка от каждого шороха. Подарок… какой еще это может быть подарок?
Я улыбнулась, а он протянул мне руку. Я приняла ее, и мы двинулись к… выходу? Он что, решил меня выпустить? Шутка была бы смешная, не будь она такой грустной.
Он поднялся наверх первый, а потом я следом за ним. Мы оказались в спальне… я увидела, что за окном уже стемнело, а это значило, что я здесь почти сутки. Почти двадцать четыре часа я нахожусь в заложниках у маньяка, который уже совсем скоро меня убьет. Как я себя чувствую? А как я могу себя чувствовать? к ни го ед . нет
Я замерла, глядя в окно… где был прекрасный лес, свет от луны, что так красиво расстилал свои лучи по верхушкам деревьев, которые медленно качал ветер, словно убаюкивая. Ощущение, что я не видела мир тысячу лет… Это тяжело… понимать, что скоро умрешь. Хочется схватиться за любую тонкую веточку, но их просто нет, а потому я продолжаю тонуть. У меня нет плана. У меня нет ничего. Это конец… так ведь?
— Спасибо. Мне этого не хватало. — произнесла я, не отводя взгляда от улицы. Если это его подарок, то я оценила жест. Хоть что-то в нем было человеческое, если это можно так назвать. Может, это та же конфетка, просто в виде поступка. Горечь во рту.
— Нет, Элайза. Это не все. — он снова взял меня за руку и повел к выходу из спальни, где была тяжелая дверь с кучей замков. Что… он делает? Я ничего не понимала…
— Я хочу пригласить тебя на ужин. Хочу, чтобы ты в комфорте поела перед смертью. — так легко звучит это из его уст, что я не могу перестать думать, что мы обсуждаем обычные вещи. Так просто же, все так делают — обсуждают свою смерть, планируют, когда убьют кого-то, жертвам ужины последние устраивают. Я застрелюсь, если он меня еще в лоб потом поцелует перед тем, как зарезать, или как он меня убьет вообще?
Когда дверь открылась, то я увидела накрытый стол со свечами. Мне нужно радоваться? Или плакать? Что обычно делают в таких ситуациях? Не думала, конечно, что буду ужинать со своей убийцей.
— Ты меня отравишь? — вырвалось, когда я посмотрела в его сторону, не решаясь сделать и шага.
— Нет, я введу тебе препарат, и ты уснешь. Не беспокойся. Это самый гуманный способ. Ты даже не почувствуешь. — снова улыбка, снова как ни в чем не бывало обсуждаем насущные вещи…
Его рука коснулась моей талии, отчего я вздрогнула. Он подтолкнул меня вперед, пропуская. Мне было некомфортно. Словно я не в том месте и не в то время… все не так. Я не понимала… Но делала, как он хотел, потому что стоило мне сделать шаг, а потом другой, разум пришел в себя, давая мне все сигналы о том, что это мой шанс. Шанс на спасение. Мне нужно лишь обезвредить его и сбежать через дверь… Так просто. Так легко. Но самая маленькая ошибка — и я умру в муках. На кону стоит все…
Я прошла вперед, присаживаясь на диван, около которого стоял небольшой кофейный столик с кружевной скатертью, на которой стаяли тарелки, вилки, ножи, еда… Это были стейки, закуски в виде салата и еще овощей на пару, и даже вино. Но меня, конечно, привлек нож… Он настолько мне доверяет или просто настолько верит в себя? Старалась не смотреть в одну точку, особенно на нож, иначе меня бы сразу раскрыли, а после… не хочу думать. Надо строить план отхода… Черт, очень сложно.