Используй меня (ЛП)

Внезапно у меня возникло ужасное подозрение: Филиппо перестал скрываться после того, как я сказала ему, что встречалась с коллегой… подозревал ли он в тот момент, что это Себастьяно?
Если поэтому стал со мной встречаться? Для чего? Может, чтобы получить информацию по делу?
Я ощутила, как из глубины души поднимается беспрецедентная ярость, сжигая мой разум и сердце.
Он… использовал меня.
Термин верный, Кристина права.
Всё это было выдумкой, хорошо просчитанной… Это была ложь.
Рано или поздно я встречусь и с Филиппо, но теперь передо мной стоял гораздо более важный и серьёзный вопрос для решения: адвокат Себастьяно Ринальди. Несколько дней назад он меня унизил, теперь ударил в лицо горькой реальностью, нарочно причиняя боль.
Кроме того, в его руках находилась моя карьера и будущее. Поскольку я состояла в отношениях с противостоящей стороной по важному делу (что могло мне стоить также лишения лицензии), то существовала вероятность подвергнуться шантажу с его стороны. Мне необходимо что-то сделать: я была полна решимости обезоружить Себастьяно, решив, что ему это не может сойти с рук безнаказанно.
Больше нет.
— Адвокат Феррари? — голос секретаря верхних этажей вернул меня к реальности.
Я подняла взгляд и твёрдо посмотрела на неё.
— Да.
— Пожалуйста, адвокат Ринальди ждёт вас, — объявила она с фальшивой улыбкой, указывая на тяжёлую вишнёвую дверь.
— Хорошо. — Я встала, переполняемая гневом и гордостью.
Вошла и с силой закрыла дверь. Широкими шагами подошла к внушительному столу, который стоял посреди большого кабинета. За ним на меня самодовольно смотрел Себастьяно, и это ещё больше усилило моё раздражение.
Мужчина злорадствовал, наслаждаясь своей местью — коварной и великой. Как только я подошла к столу, он улыбнулся прилизанной улыбкой.
— Доброе утро, Сара, — поприветствовал он томным голосом.
«Ублюдок!»
Театральным жестом я положила увесистую папку на стол, затем облокотилась ладонями о край и, не ответив на приветствие, наклонилась к нему.
— Мне жаль, я должна отказаться от дела — конфликт интересов. Но ты это уже знал, не так ли?
Довольный, он засмеялся.
— Конечно, я догадывался, что ты это сделаешь.
— И почему ты это сделал? Для чего?
— Потому что я видел тебя с ним, помнишь? С таким влюблённым взглядом, и это после того, как мне отказала с отвращением. — В его глазах вспыхнула искра злости, которая почти сразу угасла. — А так не пойдёт, Сара.
— Что, не пойдёт? Не согласиться на секс с тобой ради карьеры? Именно это нехорошо?
Он не ответил, только нахмурился.
— Себастьяно, знаешь, что не так? Эта фирма для меня не подходит.
— Что ты хочешь сказать?
— Я имею в виду, что мне противна атмосфера, которой мы здесь дышим… Я изучала право, потому что люблю закон и хочу, чтобы к нему относились с уважением, не потому, что хочу получить партнёрство в важной фирме. Не хочу заботиться о том, от кого защищаться или что за люди мои коллеги.
— Как ты смеешь так со мной говорить? — прошипел он, вставая и с яростью глядя мне в лицо. — Ты не представляешь, как тебе повезло, и какой шанс упустила! Знаешь, сколько женщин заплатили бы, чтобы оказаться на твоём месте?
— Тогда пусть заплатят, Себастьяно! — сердито выкрикнула я. — Как смеешь ты, говорить со мной подобным образом! После того, что случилось и того, как ты себя вёл, как ты смеешь! Ты попытался принудить меня заняться с тобой сексом, давая понять, что таким образом здесь будет легче сделать карьеру, и тот факт, что я отказалась, разозлил тебя, не так ли?
Он внимательно на меня посмотрел, его глаза уменьшились до двух щелей, всё на лице выражало гнев, обиду и мелочность. Я с отвращением покачала головой. Посмотрев ему в глаза, я уже не находила его таким очаровательным, как в вечер нашей встречи.
Сейчас я хорошо видела мужчину напротив — склизкий и подлый. Я упрекала себя за то, что поддалась его ухаживаниям и только подумала, даже если и на мгновение, что он мог быть моим мистером Дарком.
 
— Ты мне противен… — прошипела ему, стиснув зубы, — и я ухожу, не собираюсь рисковать карьерой ради тебя и твоей идиотской мстительности. Найду другую фирму, где смогу реализоваться в профессии гораздо более честно, чем здесь. И где меритократия действительно имеет значение (Прим. пер: Меритократия — принцип управления, согласно которому руководящие посты должны занимать наиболее способные люди, независимо от их социального происхождения и финансового достатка).
— Что? — воскликнул он, и от души рассмеялся. — Меритократия? Ты не что иное, как глупая и обманчивая фанатичка, ничего не значащая для нас! Ты должна быть немного более непредубеждённой, моя дорогая… и тогда сделала б карьеру.
— Правда? — иронично спросила я, поднимая бровь. — Ты прав, Себастьяно, может, мне следовало бы переспать с тобой, и возможно, стала бы партнёром через несколько месяцев, верно? Это ты хочешь мне сказать? — Он улыбнулся, не ответив. — Это то, что ты намеривался сделать, адвокат Ринальди?
Я наклонилась к нему ближе и посмотрела с вызовом.
— Думал, что я подчинюсь твоим играм, робея от твоего положения в фирме и в восторге от места, которое пообещал мне дать взамен? — спросила я его с отвращением. Я покачала головой, с жалостью глядя на него. — Извини, Себастьяно, но я не заинтересована в такой карьере.
Он подавил саркастический смех.
— Хуже для тебя, Сара. Благодаря мне у тебя была б прекрасная возможность, но ты оказалась действительно глупой.
— А ты грёбаный мудак! — Больше не говоря ни слова, я повернулась к нему спиной и направилась к двери.
— Ты не сделаешь это, Сара! Знай, я устрою тебе войну!
Мрачный тон его голоса заставил меня немедленно остановиться. Я снова повернулась к нему и вернулась, чеканя шаги, не разрывая зрительного контакта, пока он сыпал своими угрозами. — Каждая фирма, куда бы ты ни отправилась или отправила резюме, никогда тебя не наймёт!
— Напротив, я так не думаю, понимаешь?
Я ему улыбнулась и осторожно вынула из кармана брючного костюма свой мобильный телефон. Показала ему дисплей: там мигал зелёный огонёк — свидетельство того, что абоненты находятся в процессе разговора, и слова «Магри — Ринальди — Рицци» безжалостно указывали, кто находился на другой стороне.
Я поднесла телефон к уху.
— Вы слышали?
— Да, адвокат Феррари, — ответил властный голос с другой стороны линии, — мы подойдём немедленно.
Проходили секунды, которые казались вечными, и в течение которых я смотрела в зелёные глаза Себастьяно. Я видела, как сейчас, перед его взглядом пробегает вся его жизнь и ужас, который он испытывал в этот момент. Я глубоко вздохнула, безжалостно счастливая, что смогла нанести удар и, главное, попала в цель.
Звук двери, открывшейся за моей спиной, свидетельствовал о прибытии двух других партнёров. Я обернулась и встретила их тревожные взгляды.
— Нам очень жаль, адвокат. — Один из них подошёл ко мне, другой прошёл мимо и присоединился к Себастьяно. — Мы огорчены, мы понятия не имели что…
— Я знаю, спасибо, — ответила серьёзно, — но теперь, извините, я бы хотела отсюда уйти как можно скорее.
— Конечно, и… — он вопросительно посмотрел на меня, ожидая подтверждения того, о чём договорились несколько часов назад в его кабинете.
— Да, вы можете быть спокойны. Я записала звонок, и не буду подавать жалобу, но сделаю это, если адвокат Ринальди не выполнит то, о чём у вас просила.
— Он выполнит ваши просьбы, адвокат, поверьте мне.
Мужчина посмотрел на меня и уверенно кивнул, в то время как другой партнёр что-то быстро говорил Себастьяно, который ослабил узел галстука, возможно чтобы легче дышалось и нервно проводил руками по волосам.
 
— Очень хорошо, — ответила ему, довольная услышанным.
Я улыбнулась, открыла дверь этого проклятого кабинета и вышла, осознавая, что сказала и поступила правильно.