Используй меня (ЛП)

Этот секрет рисковал вбить клин в то, что становилось идеальным.
— Итак, идём? — спросил Филиппо, завязывая ботинок.
Он выпрямил спину, поправляя рваные джинсы и лёгкую рубашку из хлопка.
Уже перевалило за полдень, и мы решили прогуляться. Оба оделись в удобную одежду; как и Филиппо, я выбрала джинсы, а сверху решила одеть топ без бретелек. На ноги — свои незаменимые балетки, которые предпочитала для долгих прогулок.
Слегка ему улыбнулась, довольная и в восхищении от этого мужчины. Филиппо выглядел прекрасно — и не то чтобы я раньше этого не замечала, скорее обратное. Просто теперь я это действительно понимала, потому что знала, какой он был: сильный, страстный и нежный мужчина. Горячий любовник, свободный и всегда полон внимания. Для меня.
— Конечно, — весело ответила я.
В последний раз проверила своё отражение в зеркале: сияя, на меня смотрела счастливая женщина. Яркие глаза, покрасневшие щёки. Мягкие, слегка приоткрытые губы — отражение множества поцелуев, которые он оставил.
Очень отличается от отражения Сары несколькими неделями ранее. Казалось, что с тех пор прошла вечность.
— Пойдём, ты прекрасна, и знаешь это.
Мой мужчина подошёл сзади и обнял меня за талию.
Я рассматривала его отражение и восхищалась тем, как хорошо мы смотрелись вместе.
Развернулась к нему и встала на цыпочки, чтобы нежно поцеловать Филиппо в губы.
— Ты гораздо лучше.
Он приподнял бровь, томно улыбаясь.
— Ну, спасибо, но позволь мне возразить.
Я рассмеялась, мы взяли друг друга за руки и, больше не говоря ни слова, вышли на неспешную прогулку в Сад.
Пока мы шли по мостовым, направляясь к «зелёным лёгким» нашего города, я подумала о его реакции, когда сказала, что он намного лучше меня.
И с горечью осознала, что в первый раз за эти дни вместе, произнесла ему комплимент. Он часто называл меня «любовь моя», «дорогая». Филиппо наполнял меня нежностью, постоянно говорил какой я была красивой и желанной.
Его сильные и мощные чувства затрагивали мою душу.
Но я ещё не могла определиться. Слишком много всего произошло до этого момента, слишком много сомнений, слишком много вопросов, на которые он до сих пор не ответил.
Мы шли по каменным тротуарам, пробираясь сквозь толпу, когда я услышала, как зазвонил его мобильный телефон. Он поспешил достать его из кармана, с любопытством читая имя на дисплее. И пока проводил большим пальцем по стеклу, чтобы ответить, улыбнулся мне.
— Привет, Патрик. — Он сжал мою ладонь, переплетая наши пальцы. — Да, я всё ещё жив, — засмеялся он, отвечая своему другу, — и извини, если не ответил тебе утром, но знаешь, как это… У меня были другие дела.
Я старалась не засмеяться, а Филиппо медленно провёл по моей руке и обнял за плечи. Он поцеловал меня в волосы, сладко и нежно.
— Нет, я не дам ей телефон, а только передам от тебя «привет» и постарайся довольствоваться этим. — Он на мгновение замолчал, а затем рассмеялся. — Не волнуйся, Сара в хороших руках. Я с тобой прощаюсь, береги себя. Увидимся завтра днём в салоне, хорошо?
Я засмеялась и от любопытства нахмурила лоб. Было очевидно, что Патрик знал о нас. Филиппо попрощался и сунул телефон в карман.
— Патрик уже знает о нас? — спросила в упор.
— Конечно, знает. Вчера утром, когда он пришёл в салон, то сразу понял. Ему было достаточно посмотреть на меня, — признался с улыбкой Филиппо.
— Ах, — пробормотала я в недоумении. — Значит, он знал о нас даже «раньше»?
— Ты хочешь сказать, знал ли он о том, что я чувствовал к тебе?
— Да.
— Конечно, он знал, Сара. Патрик мой лучший друг, и с ещё несколькими другими друзьями знает всё обо мне и моей жизни. Он замечательный человек и заслуживает доверия. Честный, искренний и верный, каких мало.
— И что он по этому поводу думает?
Я обняла его за талию и прижалась ближе. Мне было любопытно узнать побольше о жизни Филиппо, о том, каким он был человеком. Несмотря что, по сути, я уже смогла его понять. Но меня очень интриговало разузнать, что о нас думают его друзья.
 
— Сара, мне почти тридцать восемь лет, и мне всё равно, что другие люди думают о моей личной жизни… Но да, Патрик за меня рад. Очень счастлив. — Филиппо прочистил горло. — И за тебя тоже.
Я улыбнулась, довольная его ответом.
— А Виола? — внезапно спросил он.
— Что ты имеешь в виду? Сегодня утром мы обменялись сообщениями, а вчера я ей звонила. Она в порядке.
— Я хотел узнать, рассказала ли ты ей о нас.
— Нет, пока нет. — Я покачала головой, став серьёзной.
— А почему?
— Потому что хочу сказать ей при встрече. Учитывая недоразумение, которое возникло между всеми нами, я хотела бы чётко объяснить, что произошло, и мне не хочется делать это по телефону.
— Понятно, — Филиппо едва кивнул и нахмурился.
— Тебе жаль?
— Нет, — он прочистил горло, глядя на меня с улыбкой, — Виола твоя подруга, и правильно, что ты поступаешь, как считаешь нужным. Просто, пожалуйста, не сердись на неё. Она стала жертвой недоразумения, и я… позволил ей поверить.
— А почему? — с любопытством спросила я.
— Эмм, — пробормотал он и пожал плечами. — Правда, не знаю. Я был очень занят со своим бизнесом, когда её встретил. В тот период только что открыл салон, и некоторые клиентки уже намекали, насколько для меня доступны.
— Извини? — Я выгнула бровь и остановила его, удерживая за руку. — Ты имеешь в виду, что твои клиентки пытались приставать?
Филиппо снова пожал плечами.
— Это было давно, Сара. Знаешь, когда я полтора года назад покинул Болонью и вернулся в Парму, я выкупил салон. И некоторые меня вспомнили, каким я был, когда здесь жил и работал много лет назад. Прошла целая жизнь, и я сильно изменился… Тогда я был незрелым юношей, но когда вернулся в Парму, стал мужчиной: мастером своего дела и очень опытным. Меня смущало их поведение, которое они проявляли даже в присутствии других людей. И потом, я был так сосредоточен на своих мечтах и салоне, что у меня не оставалось времени ни для чего другого. Это начинало становиться проблемой. Приход Патрика всё решил.
— В каком смысле?
— Я нанял Патрика через два месяца после открытия, мы уже знали друг друга. Он учился со мной в академии в Болонье, и я знал, что он умеет. Мне нужен был такой специалист, как он, к тому же мы всегда ценили друг друга. Уже в академии мы стали настоящими друзьями, и между нами в совместной работе всё могло сложиться только хорошо. Патрик заметил, какая ситуация складывалась в салоне, поговорил со мной, и после нескольких шутливых приколов стало понятно, что таким образом он сможет удерживать некоторых, слишком назойливых клиенток. Именно так родилось недоразумение, и я этим воспользовался.
— Ты солгал им всем. Включая Виолу.
— Да, и не горжусь этим. Но поверь мне, ситуация становилась невыносимой, — покаялся он с удручённым выражением.
Несколько секунд я внимательно его разглядывала и осознала, что Филиппо так поступил просто для своей защиты. Возможно, тут и оказало влияние его прошлое с таинственной женщиной, которая заставила его сильно страдать и о которой он никогда со мной не говорил.
Но я была очень счастлива тем, что он открыл мне сердце, пусть даже немного. Сделал это для меня.
— А Виола? — шутливо спросила я, удаляясь от обсуждения острых и неприятных тем. — Расскажи мне о ней.
— Виола стала одной из моих первых клиенток, — Филиппо улыбнулся, словно вспоминая прошедшие, но приятные события. — Я отчаянно искал способного бухгалтера. Управление салоном отнимало много времени, и я не мог позаботиться обо всём. Патрика тогда ещё не было. Она предложила помочь, и как ты уже знаешь, я вверил ей свою бухгалтерию. Через несколько месяцев именно она мне сообщила, что освободилась квартира рядом с твоей.
 
— Да, я помню.
— И как только ступил в здание и увидел свою соседку, я решил, что это идеальный дом для меня, — пробормотал он мне в ухо.