Лучший друг моего парня 2 (СИ)

В моей голове только пошлые картинки, состоящие из воспоминаний нашего первого раза, вчерашней вечеринки на заднем сиденье его машины и моих развратных фантазий.
Жмурюсь от простреливающего низ живота удовольствия и громко стону.
Ещё немного… ещё чуть-чуть.
Уже знакомое тепло и напряжение скручивает мышцы, готовясь утянуть в свой сладкий водоворот.
— Смотри на меня, когда кончаешь, Ангелина. На меня, — приказывает Мирон. — Ты ведь хочешь кончить?
Поднимаю ресницы и затуманенным взглядом пытаюсь поймать в фокус лицо Гейдена. Он сосредоточен и даже зол. Между бровей залегла складка, по виску катится капля пота. Неожиданно мне хочется поймать её языком и слизать.
— Хочу, — шепчу, еле разлепляя пересохшие губы.
Зрачки Гейдена расширяются, почти полностью заполняя радужку. Он выглядит как безумец. С растрёпанными после сна волосами, отметкой от подушки на щеке и рукой у меня между ног.
Секс потрясающая вещь. Я раньше его недооценивала и не умела пользоваться удовольствием. Полученные наедине с собой, в ванной или в одинокой холодной постели, разрядки, после ласк Гейдена кажутся выдохшимся пшиком. Рядом с ним я расцветаю, таю и взлетаю.
Мирон умеет доставить удовольствие, знает, куда надавить, где погладить и как поцеловать. Он знает моё тело и умеет играть на нём, как на сложном музыкальном инструменте.
Трахает пальцами, посасывает кожу на шее, прикусывает до ощутимой боли, и тут же зализывает влажным и нежным языком.
Гейден порочен до мозга костей.
Я вся как оголенный провод. Одна сплошная эрогенная зона.
— Как ты хочешь кончить?
Ох, чёрт.
Не могу держать глаза открытыми, они закатываются от наслаждения и приближения оргазма.
— Я… — выдыхаю рвано, обвиваю Мирона за шею и притягиваю к себе ближе. — Я… хочу с тобой.
— Что ты хочешь? — прищуривается.
Его движения становятся более нетерпеливыми, подводя меня всё ближе и ближе к финальной точке, а затем неожиданно замедляются, лишая долгожданного финиша.
Не скрывая разочарования, громко стону. Приподнимаю бёдра, пытаясь поймать прежний ритм, и сама насаживаюсь на пальцы Гейдена, пока он окончательно их не вынимает из меня.
Приподнявшись на локтях, сердито взглядываю в ухмыляющееся лицо Мирон. Он возвышается, стоя на коленях, и больше не касается меня нигде.
Я слишком возбуждена, взвинчена и мечтаю о продолжении.
— Хочу тебя… в себя, — произношу дрожа. — Сейчас. Хочу, чтобы ты занялся со мной любовью.
Нужно было сказать «сексом», или «хочу, чтобы ты меня трахнул». Но как-то само вылетело про любовь, и на секунду я об этом жалею. Пугаюсь, что Мирон передумает и даст задний ход, несмотря на колом стоящий член. О да, он эпично возбуждён и рвётся наружу.
Я не готова обнажать свои истинные чувства. Они слишком хрупкие. Один неверный шаг, и сердце опять будет разбито.
Губы Гейдена дёргаются, и, мне кажется, он пытается спрятать улыбку.
— Снимай с себя этот балахон. — Показывает на толстовку и стягивает с себя футболку.
Следую его примеру. Белья на мне нет, и взгляд Мирона сразу упирается в грудь и зависает на пиках сосков.
Не переставая пялиться, приспускает резинку своих штанов.
Впиваюсь взглядом в налитый кровью член и сглатываю вязкую слюну, наполнившую рот.
Мирон сжимает себя у основания в кулак и ведёт рукой вверх по стволу. И на удивление это не триггерит меня, не отбрасывает во вчерашний вечер и жироподобного Руслана, которого я мечтаю забыть, стереть, вырезать из памяти.
Наверное, поэтому тяну вперёд руку и заворожённо наблюдаю, как моя собственная ладонь ложится поверх пальцев Мирона, сжимая его член. Он быстро меняет нас местами, уступая мне первенство, и вот я уже скольжу рукой по гладкой и горячей мужской плоти.
Сжимаю пальцы сильнее. Получаю в ответ тихое рычание Мирона и начинаю действовать уверенней. Двигаю рукой вверх-вниз, наслаждаюсь трепетанием ресниц Гейдена, его рваным учащённым дыханием и подёргивающимися мышцами пресса.
Вхожу в раж и взвизгиваю от неожиданности, когда Мир с нетерпеливым стоном прерывает меня. Резко дёргает на себя за ноги и вытряхивает из джинсов.
 
— Харе баловаться. Иди сюда, НеАнгел.
Расталкивает колени своими, достает презерватив из кармана, раскатывает по члену и приставляет его к моему входу.
— Была с кем-то? — спрашивает таким тоном, что я понимаю, как ему важно услышать ответ.
Шутки и издёвки здесь не прокатят.
— Нет, — отвечаю честно.
Мирон наклоняется и целует меня, одновременно совершая толчок.
Стонем синхронно друг другу в губы.
Чувство наполненности, натяжения и легкой боли кружит голову. Хватаюсь за плечи Мирона и сжимаю его внутри.
Глаза печёт.
— Расслабься. Блть. Я так кончу раньше тебя, — шепчет Мирон и, опустив голову, ловит ртом мой сосок.
Ласкает мою грудь, пока я не перестаю пытаться сломать ему член своей вагиной. Мышцы потихоньку начинают привыкать к большому вторжению, и я вновь чувствую нарастающее возбуждение. Приподнимаю бёдра, показывая, что готова к продолжению, и обнимаю Мирона.
— Нормально? — спрашивает Мирон.
— Да, — выдыхаю, покачиваясь от его толчков.
Гейден доводит меня до оргазма первой и спустя три секунды достигает пика сам. Валится сверху, продолжая удерживать свой вес на локтях. Я чувствую его пульсацию внутри и волны собственного утихающего удовольствия, омывающего моё тело теплом.
Ерошу пальцами влажный затылок Мирона, глажу его плечи и, повернув голову, слизываю выступившие капли на его висках.
Мирон лениво приподнимает голову и вздёргивает вверх брови. Он всё ещё находится во мне.
— Так… ты отвезёшь меня в универ? — интересуюсь, еле ворочая языком.
Гейден кивает. Прикрыв глаза, скатывается с меня и рывком поднимается на ноги.
  
Глава 19
 
— Исаева-Исаева, — сокрушённо качает головой Валентин Владимирович. — Удивили.
Опускаю глаза в пол, рассматривая носы жёлтых ботинок, которые любезно одолжила мне с утра Катя, выставив их в прихожую с запиской. Обувь мою Гейден почему-то не привёз. Он вообще ничего не привёз. Ни одной моей вещи, разве что ноутбук захватил. И на том спасибо.
Когда в машине я у него спросила «почему?», он ответил, что был немного занят. Некогда ему было заглянуть в шкаф, пока он чистил рожу Руслану. Поэтому у меня нет ни собственной обуви, ни верхней одежды, даже нижнего белья нет. Есть немного денег на карте, и сегодня меня ждёт поход по магазинам. Возвращаться в квартиру, даже зная, что там нет жирного озабоченного борова, для меня триггер. И я не уверена, что Марина туда меня впустит.
Она звонила прямо перед тем, как я подловила препода, зачёт которого нагло проспала. А вернее, протрахалась. Ему это знать необязательно. Зато знаю я и каждый раз, когда закрываю глаза, ловлю утренние флешбэки. Гейден на мне, во мне, вокруг меня.
Мы совсем не целовались, лишь удовлетворяли потребность друг в друге в животных инстинктах. Теперь мои губы печёт и покалывает. Я мечтаю о поцелуях, только понятия не имею, получу ли их.
Мирон привёз меня к универу, подъехав к самому крыльцу, наплевав на правила. Мы сухо попрощались и разошлись каждый по своим делам. Вернее, я побежала спасать свой зачёт, пока не успели сдать ведомости за сегодняшний день в деканат, а Гейден… он просто уехал. Конечно, не став докладывать, куда он и когда вернется. Увидимся мы сегодня, или он получил, что хотел, и больше на меня даже не взглянет?
— Исаева, вы решили потратить моё время впустую? Если готовы отвечать, тяните билет и пишите ответ. У вас есть десять минут, — напоминает о себе преподаватель строгим скрипучим голосом.
Встрепенувшись, выгоняю Мирона из головы вместе с его идеальным членом, порочными губами и грязным языком. Падаю на ближайший стул.
— Можно мне ручку? Я забыла сумку… дома, — запинаюсь на последнем слове.
— А голову вы не забыли, Исаева?