Кофе в постель, пожалуйста! (СИ)
Нервно постучав пальцами по подлокотнику кресла, съела раздобытую в недрах стола конфетку с коньяком как альтернативу бутылке спиртного, которая сейчас пришлась бы весьма кстати. Так, Тамара, отставить панику! Все мужики любят оружие, подарки, драки и разврат. К тому же тут как в научной работе: пока источник информации не перепроверен, верить ему нельзя.
Убедив истерику немного подождать с визитом, я разблокировала телефон и задумчиво уставилась на свой диалог с подозреваемым. Неужели Игорь может быть… вот таким? И я что, все это время находила утешение в человеке, от которого не первый год бегала как от огня? Предпочту об этом пока не думать.
Проведя пальцем по своему вопросу про боди-арт и шибари, скопировала сообщение и добавила к нему подпись: «Ну что, определился с выбором?» Пока ждала ответа, предприняла попытку вернуться к работе, но взгляд то и дело падал на телефон, и в конце концов я отложила бумаги, поняв, что ничего дельного сегодня не состряпаю. Не в таком состоянии.
Спустя пять минут бесконечных заглядываний в экран раздалось долгожданное «вжиг!» и под моим сообщением появилась новая строчка: «Прости, киса, небольшие проблемы на работе. Продолжим завтра?»
— Это ничего не значит, — постаралась я убедить саму себя, отправляя ответное «ОК».
И тут же вздрогнула от неожиданности, когда телефон завибрировал в моих руках, пугая надписью «МАМА» на экране. Черт, к такому я не была готова!
— Привет, мам, — напряженно произнесла я в трубку, приняв вызов. — Что-то случилось?
— Это ты мне скажи, дочь, — раздался на другом конце строгий голос моей родительницы. — Почему Андрюша звонит мне и спрашивает, все ли у тебя в порядке?
Я досадливо поморщилась, подумав, что мой второй супруг, как всегда, устроил шумиху на пустом месте. Вот сколько говорила ему не задействовать маму в нашем общении, так нет же!
— Я просто несколько раз не ответила на его звонки, — объяснила я панику Андрея, слегка приуменьшив количество его попыток связаться со мной. — Все нормально, не переживай.
— Переживаю не я, а Андрюша, — внесла ясность мама, даже не пытаясь имитировать беспокойство. — Так что, будь добра, перестань игнорировать своего мужа.
— Бывшего мужа, мам.
— Ты меня поняла.
Мама сама сбросила звонок, оставив меня в полном раздрае. Я посмотрела на затихший телефон, на свои ногти с пошлым маникюром, от которого так и не нашла времени избавиться, вспомнила, как вела себя ночью, когда его делала, и поняла, что разговор с Андреем неизбежен. Но не сейчас, когда я слишком зла на него за сговор с мамой. Возможно, вечером?
Закрыла глаза и некоторое время просто сидела, прислушиваясь к себе и своему дыханию. Вдох… и выдох… вдох… Главное, не забыть выдохнуть…
— Кофе хочу, — произнесла я в пространство, поделившись с пустым кабинетом результатом своего экспресс-самоанализа.
* * *
«Мой дьявол слишком долго изнывал в темнице, и наружу он вырвался с ревом», — прочла я, прямо на ходу открывая выхваченную со стеллажа книгу и шагая к своему столику. Давно мне Стивенсон не попадался, кстати: все же маловато в любимой кофейне художественной литературы.
— Разрешите угостить вас кофе, Тамара, — раздалось рядом, как только я устроилась на привычном месте. — Вы позволите?
— Пожалуйста… — пролепетала я, даже не пытаясь скрыть охватившую меня растерянность.
С момента моего фиаско на поприще соблазнения прошла целая неделя. С тех пор мы с Константином даже ни разу не виделись, и его откровенный подкат стал для меня большим сюрпризом.
Убедившись в том, что я не против его компании, мужчина перебрался за мой столик и подозвал бармена. Кирилл, до этого сидевший за барной стойкой, уткнувшись в огромную книгу, тут же подошел и застыл перед нами, заложив руки за спину. Ни дать ни взять Темный дворецкий.
— Один американо и… — Константин сделал паузу, вопросительно посмотрев на меня.
Я в такой же растерянности посмотрела на Кирилла.
— Кофе по-лейпцигски? — предложил он, придя мне на выручку.
— Да, пожалуйста. И десерт на ваш выбор.
Бармен кивнул и удалился выполнять заказ, оставив меня наедине с Константином, который смотрел на мое лицо с легкой улыбкой. Что это с ним сегодня? Неужели мои женские чары таки достигли холодного журналистского сердца и смогли его растопить?
— Как вы себя чувствуете? — вежливо поинтересовался мужчина, не отводя взгляда. — Надеюсь, все обошлось без последствий?
— Эм, да, все в порядке…
Если не считать последствиями мой внеплановый визит к соседу и парочку новых фобий, связанных с темными подъездами и холодным оружием. Так, стоп! А Константин-то почему вдруг спросил об этом? Откуда он вообще знает о нападении?
— Радостно это слышать. Впрочем, вам все равно следует быть осторожнее. — Журналист чуть нахмурился, показывая свое беспокойство. — Старые травмы имеют свойство напоминать о себе в самые неожиданные моменты.
— Травмы? — В недоумении уставилась на мужчину, пытаясь понять, о каких травмах он говорит. Психологических, что ли? — Я бы не стала это так называть.
Кто, черт возьми, ему мог обо все рассказать? Неужели…
— Не стоит халатно относиться к своему здоровью, Тамара, даже если речь идет о небольшом растяжении, — настойчиво заметил Константин, и в моей голове наконец щелкнуло.
Нога. Он беспокоится о моей подвернутой ноге. Божечки, а я уж тут надумала! Все-таки под аватаром гепарда может скрываться кто угодно, но только не Константин! Пора бы мне смириться с этой мыслью.
— Кажется, вы волнуетесь обо мне больше, чем я сама, — не без кокетства сказала я и, приняв кофе из рук вернувшегося Кирилла, мимоходом поблагодарила бармена: — Спасибо. Вы поранились?
Кирилл поставил рядом со мной блюдце с кусочком воздушного тирамису и поспешно отдернул руку, пряча разбитые костяшки пальцев. И зачем спросила? Только поставила человека в неловкое положение.
— У нас с новой кофемолкой возникли некоторые разногласия, — отозвался бармен, подавая Константину его традиционный американо. — Что-нибудь еще?
— Нет, благодарю, — покачал головой мужчина, делая глоток из маленькой чашки.
— Вы все время пьете один и тот же вид кофе, — заметила я из-под полуопущенных ресниц, после того как Кирилл кивнул и отошел за барную стойку. — Неужели не хочется попробовать что-то новое? Здесь богатый ассортимент, а местный бариста — настоящий мастер своего дела.
— Скажите, Тамара, вы когда-нибудь изменяли своему мужу?
Я закашлялась. Константин, привстав со своего места, аккуратно похлопал меня по спине. Но прикосновения горячей ладони ни капельки не помогло: я покраснела до корней волос то ли от нехватки воздуха, то ли от охватившего меня смущения.
— Вы же… кхе-кхе… знаете, что я в разводе! — напомнила я мужчине, с трудом пытаясь справиться с приступом.
— Это сейчас. А в прошлом, когда состояли в браке? Изменяли?
— Кхе-кхе-кхе! — вновь зашлась я кашлем и, только выпив стакан воды, поданный внезапно оказавшимся рядом барменом, смогла наконец глубоко вздохнуть. — Спасибо, Кирилл.
Молодой человек с привычным кивком забрал пустой стакан. Затем бросил на Константина странный прищуренный взгляд, будто тот намеренно покусился на жизнь любимого клиента, и удалился, позволив мне ответить на провокационный вопрос.
— Я никогда не изменяла своему мужу, — твердо произнесла я и зачем-то добавила: — Ни одному из трех своих мужей.
— А хотели?
Ой, вот так сразу? Я вроде бы и готовилась, и настраивалась, а все равно неожиданно. Неловко-то как…
— Нет, не хотела, — со вздохом призналась я. — Отношения на стороне меня не интересовали.
— Видите, — Константин тонко улыбнулся, явно довольный моим ответом, — когда в жизни есть что-то хорошее, искать лучшее не всегда правильно. Поэтому я довольствуюсь американо, не изменяя ему с капучино и латте. И уж тем более с кофе по-лейпцигски.
Я посмотрела на мужчину напротив, силясь понять, как следует трактовать его поведение и слова. Это он меня так соблазняет или, наоборот, завуалированно отшивает? Я запуталась!