Академия Militas Dei. 2-й курс (СИ)
— Казанова? Конечно, знал! Но намного лучше его знали бабы нашего сообщества… И что они в нём находили? Знаешь, я не удивлюсь, если выяснится, что его баба замочила.
— Он умер?
— Ещё в конце прошлого года его кто-то прибил… Я даже не удивлён, брат. Уж очень скользким был.
— Его многие хотели убить?
— Ну-у… Бабы так точно. И даже догадываюсь, кто именно.
Арсений вопрошающе взглянул на хозяина, и тот привёл гостя на второй этаж. Находясь в шумной толпе, Зевс указал на Тату, которая курила в углу.
— Ходят слухи, что они виделись незадолго до смерти Казановы. Ранее они встречались.
Услышав эту информацию, Арсений отвёл соплеменника в коридор. Уже там энер тихо расспросил хозяина дома о хрустальных флаконах с чёрной жидкостью.
— Э-э, брат, я такое… Хотя подожди! Я кое-что помню про хрустальный флакон.
— И что же?
— Это было 2004 году. Тогда мой брат устраивал посиделки. На ней один малолетка… Ну, по нашим меркам. Так вот этот малолетка прыгал по всему дому с пустым хрустальным флаконом, крича, что скоро мы будем свободны. Думаю, его Ностальгический синдром сильно в голову ударил.
— А может у него бешенство начиналось?
— Нет! Он, конечно, был возбуждён, но агрессии не было… В общем, эту малолетку быстро вывели из дому пару ребят. — в этот момент Зевс призадумался, — Интересно.
— Что именно?
— Я ведь эту малолетку после этой истории больше не видел в Ярославле.
— Звучит жутко. — Арсений окинул взглядом комнату, — Вы представите меня Тате?
— О, сразу видно воспитание девятнадцатого века!
Хлопнув гостя по плечу, Зевс направил его к Тате. И пока девушка удивлённо глядела на незнакомца, Меликов обратил внимание на татуировку, выглядывавшую из-под рукава рубашки. Похожую энер видел на запястье Ольги.
— Э, красавица! — начал Зевс, — Ты всё ещё страдаешь от Ностальгического синдрома?
— Как видишь, Зевс. — затем Тата обратила внимание на бинты на руках Меликова, — Но уж лучше имитировать удовольствие от сигарет, чем страдать от стигмат.
— Таточка, повежливей! — затем хозяин дома указал на Арсения, — Этот гость из Москвы. Его там Пророком кличут.
— Пророк? — удивлённая пожирательница потушила сигарету.
— Мы знакомы? — Арсений был в не меньшем удивление.
Тата и Пророк не сговариваясь взглядом попросили Зевса оставить их вдвоём. Когда же это случилось, Арсений вопрошающе посмотрел на собеседницу.
— Вдова Брагинская. — когда Тата это сказала, взгляд гостя стал более грустным, — Значит, это точно ты.
— Ты её знала? — Меликов прижал пальцы к подбородку, — Тебе точно нету и ста лет. Я бы тебя тогда запомнил.
— Её знал мой дядя Юлий. Причём он расписывал её последними словами. — Тата более внимательно присмотрелась к собеседнику, — Ты выглядишь, как прилежный студент. Как же тебя с вдовой Брагинской угораздило связаться?
— Пути Господни неисповедимы. — спокойно ответил Арсений, хоть эта тема была для него не из приятных.
— Что верно, то верно. Хотя меня, наверное, Дьявол свёл с Казановой.
— Даже не знаю, что и сказать.
— Да брось, Пророк! Ты, наверняка, слышал слухи, дескать это я его убила.
— Земля слухами полниться, но глупо делать выводы только по ним.
— Хм, какой рассудительный. Прям как дядя Юлий. — затем Тата печально потупила взгляд, — Эх… А он видел этого козла насквозь самого начала, но я, дура наивная, не верила… Знаешь, мне сейчас очень не хватает наставлений дяди Юлия.
— Он тебе был очень дорог?
Тата расстегнула пуговицы на рубашке, и Арсений смог увидеть деревянный кулон, на котором была вырезана жар-птица.
— Красивый. — улыбнулся Меликов.
— Дядя Юлий его сделал своими руками… Когда меня обратили, мне было так страшно… Дядя Юлий мне помог привыкнуть к новой жизни и научил охотиться. — затем в глазах пожирательница блеснула злость, — До сих пор не понимаю, почему его убила эта милитавская тварь. Он ведь соблюдал закон!
— Его убил агент ордена? Ты в этом уверена?
— Сколько можно издеваться? — в порыве злости Тата раскрыла свою истинную сущность, а на руках появился электрический заряд, — Вы все спрашиваете одно и тоже!
Гнев пожирательница привлёк внимание других соплеменников, стоящих рядом. Арсений ничего не мог, кроме как тихо извиниться. И в этот момент зазвонил телефон. Тата, вернув себе человеческий облик, быстро одела на руки резиновые перчатки и выбежала в ванную комнату, дабы ответить на звонок.
Не смотря на трогательный рассказ про дядю, Меликову девушка показалась подозрительной. Взяв по пути пустой стакан, Арсений ушёл в туалет, чтобы через стенку подслушать Тату. И чутьё не обмануло подирателя.
***
Поздно вечером Нинель получила от Меликова сообщение о том, что на следующей день планируется отправка большой партии хрустальных флаконов с человеческим разумом из Ярославля. Конечный пункт он не смог выяснить, однако номера грузовика удалось запомнить. Пусть это было не то, на что изначально рассчитывала Воронцова, однако она прекрасно понимала, насколько дело серьёзно. Девушка тут же поспешила отправить всю информацию Павлу Гаврину.
Павел: Откуда ты это узнала?
Нинель: Я тоже умею находить информаторов.
Павел: Это не ответ!
Нинель: Я потом тебе всё объясню. Главное, не упустить это дело.
Павел: А если информация ложная?
Нинель: У меня тоже есть сомнения, но лучше это проверить. Паша, у меня есть ощущение, что в Ярославле орудуют безумные психи.
Павел: Хорошо. Завтра моя дозорная группа устроит перехват, и мы всё выясним.
Пламя для молчания
Перед тем, как приступить к делу, Тата заглянула в пустую и очень пыльную квартиру, которая когда-то принадлежала Юлию Сергеевичу. В этом помещении уже ничего не осталось. Яркая мастерская с вечным налётом старины теперь осталась жить только в памяти девушки. В разуме до сих пор был жив голос дяди Юлия, когда он с большим энтузиазмом объяснял, какую именно диковину он творил своими умелыми руками. Прошло двадцать лет, однако боль в душе за это время лишь стала чуть тише. И всё же Тата решилась зайти в ту самую комнату, хотя находясь в ней, она с трудом могла держать себя в руках. Когда пожирательница зашла туда, её руки из-за нахлынувших эмоции начали выделять разряд электричества.
Прошло почти двадцать лет, но Тата до сих пор помнила тот вечер так, как будто он был вчера. Девушка, почувствовав первые признаки бешенства, отправилась к дяде Юлию, дабы тот помог пережить непростой ежегодный период. Не успела Тата дойти до подъезда, как из него выскочил напуганный молодой человек. На начальном этапе бешенства обоняние становилось более чувствительным, поэтому девушка сразу опознала в нём агента из ордена. Его странное поведение сильно насторожило Тату, поэтому она поспешила к дяде Юлию. Однако девушка обнаружила лишь его прах. В этот момент пожирательницу охватила ярость. Не думая о конспирации, она выбежала на улицу, но было уже поздно. Агент ордена успел скрыться. Тата пыталась добиться справедливости по закону, однако орден не спешил расследовать этот случай. Злые языки говорили: “До наших смертей им и дела не будет!” И вскоре пожирательница пришла к выводу, что орден призван карать таких как она, а защита прав лишь на словах. А вскоре ей оказали честь: помочь создать новое царство, которое будет куда справедливо к таким как она…
От грустных мыслей Тату отвлёк звук сообщения. Кое-как успокоившись, пожирательница разблокировала телефон.
Плесень: Тата, ты где шляешься? Уже пора!
Нервно выдохнув, девушка направилась к выходу. И прежде, чем уйти, она снова окинула квартиру Юлия Сергеевича печальным взглядом.
Тем временем Павел Гаврин и его коллега из дозорной группы следили за пожирательницой. Девушка приехала до арендованного гаражного помещения, где её уже ждали Плесень и ещё двое пожирателей, один из которых уже сел в грузовик на водительское место.