Академия Militas Dei. 2-й курс (СИ)

— И ты смогла пережить эти судороги? — удивилась Ангелина, — Не думала, что такое возможно.
— Я думала, что умру, но мне полегчало.
— И очень сильно. — удивился Андрей.
— К счастью, ты жива. Это главное. — заключила Кристина.
— Слава Богу, Нинель с мной была. — Алиса взглянула на подругу, но та лишь скромно отвела взгляд.
Затем Андрей сообщил, что годовой запас уже привезли, и все члены семьи уже подкрепились. Теперь очередь за Алисой. Поблагодарив Нинель, Свиридовы уехали домой, а Воронцова направилась в академию, радуясь тому, что всё хорошо закончилось.
  
Практика. Распределение
 
Май 2016 года.
Нинель уже давно перестала удивляться странным снам, в которых она плавала в Серате, хоть они в последнее время были не такими частыми. Каждый раз, попадая в этот осознанный сон, девушка просто плавала в субстанции, имеющей свой разум, и слушала её шёпот о единстве. Однако бывали сны и с более интересными деталями. Когда Нинель в очередном сне плавала в Серате, она услышала мужской шёпот, который было сложно разобрать на чёткие слова. Источник звука казался где-то вдалеке, поэтому Воронцова поплыла вперёд. Преодолев небольшой путь, девушка смогла ощутить интонацию: тихая и в тоже время ласковая, как будто сюсюкались с маленьким ребёнком. Когда же Нинель проплыла ещё пару метров, она смогла услышать: “Нинушка… Добро пожаловать в этот мир. Извини, что опоздал, зато у меня есть подарок для тебя.” Ведомая ещё большим любопытством, Нинель поплыла дальше, однако вместо ответов, она оказалась во мраке, после которого настало пробуждение.
Во время сборов и завтрака Воронцова казалась Алисе и Марии очень загруженной. Расспросы пошли уже тогда, когда все трое устроились в аудитории, где должно было пройти собрание по учебной практике. Нинель не стала скрытничать и рассказала подругам про свой сон.
— Хм, интересно. — немного призадумавшись, Алиса выдвинула свою версию, — Может это твои младенческие воспоминания?
— Чё? — удивилась Маша, — Разве могут быть такие дальние воспоминания?
— Я читала, что есть такая теория, будто все наши воспоминания мозг хранит в наших чертогах подсознания, и то, что мы не помним, в то числе и младенческие эпизоды, находится очень глубоко в разуме. — объяснила Свиридова.
— Ты это сейчас из сериала Шерлок взяла? — усмехнулась Рязанова.
— Я, кстати, не исключаю, что авторы сериала общаются с кем-то из ордена. — блондинка достала из своей сумочки зеркальце, дабы навести марафет.
— А я читала статью в MD об агенте из лондонского штаба, который якобы дружил с Конан Дойлем, и от него писатель и почерпнул всю эту фишку с дедукцией. — затем Нинель вернула разговор в первоначальное русло, — Алис, ты думаешь, это мои детские воспоминания?
— Возможно. Папа мне рассказывал, что у некоторых неофитов после инициации бывало такое, что Серат поднимал забытые воспоминания на поверхность… Правда это длилось всего пару месяцев.
— А тебя по ходу до сих пор не отпускает! — рассмеялась Маша, ткнув слегка Нинель кулаком в плечом, — Слышь, Нинка, а ты часом от нас в тайне Сератом не упарываешься каждодневно?
— Издеваешься? — поморщилась Воронцова, — Мне этой головной боли хватает на ментальной концентрации.
— Подтверждаю! Всё-таки я с Нинкой одну комнату делю. — Алиса приобнял подругу, — К тому же только больному наголову придёт мысль подпитываться каждодневно чистейшим Сератом.
— Чё? — удивилась Маша, — Мы и тут что ли химию жрём?
— Мда, Маша. И ты ещё удивляешься, почему Мирон тебе ставит три по ментальной концентрации. — затем Свиридова пояснила, — Дозу чистейшего Серата мы получаем только один раз: во время, так называемого, крещения, как в моём случае, или же во время инициации, как у вас. Дальше же мы подписываемся “коктейлем”, который на 90 % состоит из Серата.
— А что будет, если чистейший принимать? — спросила Нинель.
— Честно, не знаю. Хотя если некоторые дебилы умудряются подохнуть от передозировки смеси, то мне страшно представить, что случится от высокой концентрации.
 
— Да уж… — буркнула Маша, — Так невольно начнёшь себя чувствовать каким-то нариком.
Обсуждение подружек было прервано, когда в аудиторию пришёл Мирон, держа в руках коробку с мелкими бумажками. Собрание по учебной практике главный инструктор, в своей манере, начал с язвительного комментария, на который студенты лишь ухмыльнулись. Затем наступил более подробный разбор. Те студенты, которые собирались делать карьеру в дозоре или же в отделе контроля, должны были пройти недельную учебную практику в одном из городов или сел Ярославской области. Студенты собирались в группы и направлялись в населённый пункт, который определял жребий.
— Вопросы есть, макаки? — в глазах Мирона была надежда, что никто не откроет рот.
— Мирон Александрович, — руку поднял Чистяков, — А можно подробнее о снабженцах?
— Господи, для кого статьи в MD пишут? — закатил глаза Мирон, — В общем, были такие далёкие времена, когда российское отделение Militas Dei тесно сотрудничало с русской православной церковью и вместе с ней получало финансирование от государства. Сейчас от этого сотрудничества осталось немного традиции. Среди них помощь снабженца, которым является представителем белого духовенства. Сейчас эта традиция не повсеместна, но присутствует по большей части, как дань уважения к истории ордена. В нашей области только в трёх населённых пунктах есть снабженцы: в Угличе, в Тутаеве и в Григорьевском посёлке.
— И в чём их задача? — спросила Маша.
— О, ещё одна макака, которая не умеет читать. — усмехнулся Ардашников, — Если говорить утрированно, то у них всего две обязанности: предоставить смотрящему кров в своём доме и отпускать грехи местных пожирателей, которым давно перевалило за сто лет. Надеюсь, что остальные умеют буквы в предложения складывать.
Дальнейших вопросов не последовало. Настала очередь жеребьевки. Каждый студент взял из коробки бумажку с названием населённого пункта.
— Бл… — подавила в себе мат Маша, — Рыбинск. Какого хрена?
— Да ладно тебе, Маш. — сказала Нинель, — Я не думаю, что вашу группу в самое пекло бросят.
— Тем более мне Паша говорил, что ситуация с ковенами там стабилизировалась. — продолжила Алиса, — Вас там будет шестеро, так что с помощью по заданиям проблем не будет.
— Надеюсь. — буркнула Рязанова, — А что у вас?
Девушки открыли свои бумажки. Им двоим досталась практика в Тутаеве.
— Круто, мы вместе! — обрадовалась Алиса.
— В этой группе три человека должно быть. — затем Нинель обратилась ко всей аудитории, — У кого практика в Тутаеве?
Ответ пришёл быстро. Третьем человеком в группе оказалась Ульяна Бекутова, к несчастью для Алисы. Когда Ульяна поняла, что ей придётся делить практику со Свиридовой, на её лице появилась нервная гримаса.
“Рано радовалась” — Алиса потупила взгляд.
Нинель, сначала взглянув на подругу, а затем на Бекутову, быстро сделала, вывод, что практика будет очень трудной.
После распределения Мирон по очереди вызвал к себе каждую группу, выдавая им папки с заданием. Тутаевская группа была последней. Увидев её состав, Мирон даже не попытался подавить истерический смех.
— Не смешно, Мирон Александрович. — буркнула Нинель, стоявшая между Алисой и Ульяной, которые косо смотрели друг на друга.
— Это тебе так кажется. И знаешь, Воронцова, я даже не знаю, что больше, как любит ваше поколение выражаться, угарно: вы все вместе или то, что вам достался самый скучный в плане работы город? — затем голос Мирона стал более серьёзным, — Хотя, зная вас троих, я уверен, что вы и там сможете намусорить.
 
— Мирон Александрович, может вы нам уже дадите задание? — сквозь зубы процедила Ульяна.
— Как прикажите! — после этой саркастичной фразы, Ардашников отдал студенткам три папки, — Тут ваше задание. Элеоноре Максимовне и отцу Александру передайте от меня наилучшие пожелания. Да уж… Мне их даже жалко стало.