Свидание в лифте

Несколько минут тупо пялился во двор, слушал веселье этажом ниже, а потом, не закрывая балконную дверь, вернулся в квартиру и завалился на диван. Подумал о том, что свет в прихожей не мешало бы выключить на ночь, но махнул на это рукой и уже через несколько минут вырубился в ворохе своих шмоток и пледа на диване.
Утром проснулся по будильнику. Нужно приехать в офис пораньше, иначе брат будет снова весь день выкручивать мне яйца из-за опоздания.
  
Пока заваривалась лапша, я принял душ. Обернул бёдра полотенцем и вышел на кухню, где налил себе чай. Щедро налил майонеза в ванночку с острым дошиком и тихо поржал, услышав крик сигнализации моей машины.
Как был – в полотенце и с кружкой горячего чая, вышел на балкон. Посмотрел вниз на парковку у дома и увидел там мамашку-кудряшку, которая, похоже, только что пнула колесо моей машины, а теперь с ненавистью смотрела на мой балкон.
Ну, доброе утро, малышка. Сейчас спущусь.
 
Глава 4. Юля
 
Да он издевается!
Едва выйдя из подъезда, я стиснула зубы и со свистом втянула прохладный октябрьский воздух.
– Я прибью его! – выругалась я мстительно себе под нос. Опустила взгляд на дочку, которую держала за ручку и подвела её к нашей машине. – Давай, я пока пристегну тебя, зайка.
– А потом с Лёшей будешь ругаться? Он опять на даёт нам поехать в садик?
– Ругаться я с ним не буду, но машину убрать попрошу. Забирайся.
Я пристегнула дочку к её креслу, завела машину и включила печку, чтобы Варя не замёрзла, пока я буду пинать машину одного идиота с седьмого этажа.
Вот в чём проблема встать на СВОЁ парковочное место? Да, оно находится подальше от подъезда, потому что он въехал в этот дом совсем недавно, но у него есть СВОЁ парковочное место. И, кстати, достаточно просторное для того, чтобы там встал его джип, не перекрывая мою машину и часть дороги.
Запрокинув голову на балкон этого белобрысого, я несколько секунд пыталась разглядеть там его. Наверняка, ржущего и глумящегося надо мной. Но никого не увидела.
Пнула по колесу раз. Машина не отреагировала. Пнула посильнее и подёргала за дверные ручки, и машина, наконец, впала в истерику на весь двор.
С лицом, на котором написано, что я думаю об этом засранце прямо сейчас – опаздывая в садик и на работу, я вновь уставилась на его балкон и, наконец, увидела, как этот нахал вальяжно вышел, держа в руках кружку с чем-то горячим. Голый по пояс.
Он несколько секунд смотрел на меня с ухмылкой, а затем салютовал кружкой.
Я развела руками, ожидая чего-то дельного и результативного, но увидела лишь то, как парень вновь скрылся в своей квартире, а затем с пульта выключил сигнализацию.
Я ждала, что он вновь выйдет на балкон с объяснениями, но этого не случилось.
Начиная закипать, я вновь пнула по колесу, не жалею недешевых осенних сапожек на устойчивом каблуке, я опять дёрнула за ручку. Машина, к моему удивлению, открылась, а меня по инерции, чуть не отбросило в собственную машину.
Он специально так сделал, чтобы его джип не визжал на весь двор? А мне что теперь делать? Такси? Если только при условии, что счёт оплатит этот удод.
Я с силой захлопнула дверь джипа, нырнула рукой в сумочку, чтобы в общедомовом чате найти номер этого парня и высказать ему всё, что у меня сейчас щипало кончик языка.
Краем уха я слышала, как открылась и закрылась подъездная дверь. Вряд ли этот… Алёша так быстро спустился.
Листая контакты, я почувствовала, как надо мной нависла тень. Вскинула подбородок и потеряла дар речи. Все оскорбления улетучились как облако пара, вырвавшегося изо рта в утреннюю осеннюю прохладу.
Передо мной стоял тот самый нахальный сосед. Голый по пояс. В одном, мать его полотенце, которое едва-едва держалось на бёдрах. Только силой чьей-то молитвы, оно не упало в ту же секунду, когда я уронила на него взгляд.
Я понимала, что нужно что-то сказать. Например, суть претензии. Но не пока не могла выдавить из себя ни звука, тупо пялясь на крепкий литой торс, полностью покрытый татуировками.
– Ты в курсе, что ты моя самая ярая фанатка? – хмыкнул парень.
И только его приятный голос заставил меня вновь вспыхнуть и вспомнить, что буквально несколько секунд назад я хотела свернуть его обладателю шею.
– Я не была бы такой ярой, если бы ты знал своё место, – выпалила я, всеми стараясь вновь не уронить взгляд на его торс. – Убери свой танк. Я опаздываю.
– Пять сек, – выронил он небрежно и отпил немного чая из кружки, с которой вышел. – Подержишь?
Он, вроде, спросил, но при этом уже успел всунуть мне в руку кружку.
И какого черта я её с готовностью приняла?
Так и осталась стоять перед ним с сумочкой в одной руке и с кружкой горячего чая в другой.
А парень тем временем вдруг сократил между нами расстояние и сделал контакт наших тел настолько непозволительно тесным, что мне пришлось отступить к его машине и вжаться в неё спиной. При этом, не сводя взгляда с лица самоуверенного засранца, кожа которого уже покрылась крупными мурашками от холода.
– Можно? – вкрадчиво спросил он, и я поняла, что его теплые ладони нырнули мне под распахнутое пальто и мягко обхватили талию.
Я рефлекторно кивнула, а затем сразу отрицательно покачала головой, совершенно не понимая, на что он спрашивает разрешения.
Меня окутало запахом его геля для душа с какими-то таёжными мотивами. Внезапно стало жарко, пульс начал шкалить.
И только тогда, когда он сдвинул меня в сторону от водительской двери своего джипа, до меня дошло.
Прочистив горло и, вспомнив, что раздражена, я отошла в сторону. Всё ещё держа кружку с его чаем, наблюдала за тем, как он завёл джип и отъехал на свободное парковочное место, наконец, освободив мне выезд.
– Неужели, – буркнула я ворчливо себе под нос и демонстративно отпила из кружки парня немного чая.
С бергамотом. Сладкий. Вкусный. Горячий.
Пока парень шёл от своей машины ко мне, я сделала ещё глоток. Лёша на это лениво усмехнулся и, теперь придерживая на бёдрах полотенце, подошёл ко мне.
– Можешь допить, – кивнул он на кружку.
– Слишком сладко, – поморщилась я и отдала ему кружку. Нарочито небрежно окинула его торс взглядом и заглянула в голубые, почти бесцветные, глаза. – Шёл бы ты домой, пока татуировки не отморозил.
– Заботишься? – повел он светлой бровью, нисколько не смутившись.
– Делать мне больше нечего, – фыркнула я и пошла к своей машине, бросив ему на ходу. – Ещё раз перекроешь мне выезд, проткну колеса.
– Я ж так и влюбиться в тебя могу, – услышала я насмешливое за спиной.
– Угу, конечно.
Я села в свою машину, бросила сумочку на переднее пассажирское и шумно выдохнула, вцепившись в руль.
«Угу, конечно»?! Это ответ взрослого человека? Что с моими мозгами? Где остроумие?
– Мама, а почему у Лёши такие же носки, как у меня? – спросила вдруг дочка?
– Носки? Какие носки?
– Ну, белые с желтыми уточками.
– Я… не знаю, – не нашлась с ответом. До носков мой взгляд не упал. Я как дура пялилась туда, куда пялиться не должна вообще.
– А почему он такой голенький? Может, подарим ему халатик, как у меня? Ну, такой, в котолом я после купания хожу дома. С капюшоном, пушистенький.
– Этот дядя сам себе подарит всё, что хочет, – выронила я, выруливая с парковки.
– Но если мы подалим, ему будет плиятно. Сильно-сильно.
– Нет, Варя. Он тогда задерёт нос. Сильно-сильно.
 
Глава 5. Юля
 
Широкие мужские ладони обхватывают мою талию так, будто в ней нет лишних сантиметров десять.
С колотящимся в груди сердцем я смотрю в голубые глаза парня. Хочу возмутиться, оттолкнуть его. Но лишь приоткрываю рот и беззвучно втягиваю наэлектризованный воздух между нами.
  
Пальцы парня сильно и уверенно сжимают мою талию. Это не больно. Это чертовски приятно и заводит. От него исходит власть, которой хочется подчиниться.