Паразиты: Пророк (СИ)

— Ну, допустим, — кивнул первый. — И что ты хочешь этим сказать?
— Я хочу сказать, что Марсель — восемнадцатилетний парень в одиночку за два месяца создал фракцию, для борьбы с которой могущественные кланы и корпорации должны объединиться, — прямо высказал свою мысль наемник. — Да, их силы разбросаны по разным городам и лагерям, но факт остается фактом. Эти кланы набирали свою силу столетиями, и оказалось, что одного крупного филиала недостаточно для подавления новичка. У этого Марселя должны быть какие-то сильные способности. Скорее всего, он — гений. И дальнейший путь наш будет труден.
— Главное о чем я думаю, — начал вслух размышлять первый. — Это как бы нам не отбросить коньки раньше времени. Наше дело маленькое — слушать приказы начальства. Дезертира казнят на месте. У нас нет выбора, кроме как идти вперед.
— Я знаю… — согласился коллега. В душе, однако же, он уже принял для себя решение.
Следующей атаке колонна подверглась только километров через двадцать. Все эти двадцать километров машины двигались черепашьим ходом. Впереди шли саперы, проверяя дорогу на наличие мин. И они были вынуждены идти пешком. С такой же скоростью двигались машины. Но на этот раз атака была не из-под земли, а снова с воздуха. Уже был вечер, когда боевики услышали над собой странный гул. А затем они заметили большой реактивный дрон. Но на этот раз то был не камикадзе, а разведывательный дрон. Он был очень быстрым и имел средства радиоэлектронной борьбы. Боевики использовали глушилки связи и специальные импульсные ружья, но они оказались бесполезными. Точно также оказались бесполезными и зенитные пулеметы. Дрон, хотя и был крохотным по сравнению с истребителем, летал на довольно высокой скорости. Его так и не смогли сбить в первые минуты, а потом уже было поздно.
В полутора километрах от колонны в складке местности прятался грузовик. У него были улучшенные Давидом шасси и двигатель, но главное, что у него было — мощная воздушная пушка. Десятки баллонов со сжатым воздухом подавали давление в рабочую зону. Туда же попадали шарики из сверх-закаленного стекла, наполненные ароматной жидкостью. Сверх-закаленное стекло позволяло обращаться с этими особыми боеприпасами не шибко бережно. Они не боялись тряски и падений с небольшой высоты, разбиваясь только при столкновении на высокой скорости с твердыми объектами.
Воздушная пушка была не слишком дальнобойной. Всего около полутора километров. Однако, этого было более чем достаточно в текущих реалиях. Преимуществом же было то, что эта пушка была практически бесшумной. Она издавала звука не больше, чем двигатель грузовика. Уже наступил вечер, разведывательный дрон нарезал круги над противником. Прекрасное время! Десятки шариков взлетели в воздух в течении минуты. Они поднялись на несколько сотен метров вверх, а затем начали падать, почти не издавая звука. Боевики в колонне слышали свист ветра только в последний момент, когда было уже слишком поздно. Они уже готовились к ночлегу и совсем не ожидали нападения. Тем более, такими боеприпасами.
Уж лучше, если бы это был минометный обстрел, там было понятно, чего ждать и откуда. Стеклянные шарики же были практически бесшумными убийцами. Падая на машины, каски наемников или асфальт, они мгновенно разбивались, разбрасывая вокруг тучу вонючих капель. Разведывательные данные дрона, как и система наведения воздушной пушки, были довольно точными, вся колонна — от первой машины до последней была обстреляна. Конечно, не во все машины шарики попали, но их было не менее трети. Результат был почти таким же, как когда взорвались мины-ловушки. Вот только мины разбрасывали жижу вокруг себя во всех направлениях в виде мелкодисперсной пыли, а каждый упавший на машину шарик оставлял после себя небольшое влажное пятно, которое было сложнее отмыть.
Естественно, попадание в человека стеклянного шарика было не таким простым, как попадание капли жидкости. Шарик из закаленного стекла, упавший с высоты в несколько сотен метров, мог и убить, если наемник не был в шлеме. Здесь не было глупых людей, и никто не получил прямой удар в голову, но шарик, попавший в шлем, все еще вызывал легкое сотрясение мозга у обычных людей. А при попадании в тело сильные и болезненные ушибы, если не переломы. Импмэны переносили попадание куда легче, но и они оставались с синяками.
  
Самым неприятным было то, что во время взрыва мин-ловушек салоны машин были защищены стеклами, но сейчас стекла многих гражданских машин, двигавшихся в колонне, были разбиты, и жижа попала прямо в салон, откуда ее уже было не так просто вымыть. Бронированным авто было куда проще, но кое-где на металлической поверхности остались небольшие вмятины, а на стеклах выбоины или трещины.
Воздушная пушка прекратила стрелять, только когда давление в баллонах упало. Сразу после этого грузовик сорвался с места и устремился прочь по заранее спланированному маршруту. Дрон-разведчик также улетел, его так и не смогли сбить. Близилась ночь, и в таких условиях чистка машин и амуниции стала вдвойне сложнее. Так еще и были раненые. Экспедиция в очередной раз оказалась на грани краха. И все это при небольших усилиях со стороны противника. Боевики даже не увидели его лисий хвост, а уже пострадали. Чистка продолжалась до самого утра. Даже самые стойкие и сильные наемники выглядели слегка изможденными. Обычные люди уже валились с ног от усталости. В таком состоянии экспедиция не могла двигаться дальше, при всем желании. Членам экспедиции нужен был отдых. Колонна выдвинулась только ближе к полудню.
Зона патрулирования была значительно расширена. Но тут наемники столкнулись с новой проблемой. На дальних подступах появились бойцы Седьмого неба, и несколько патрулей экспедиции были взяты в плен. Противник вместе с пленными ретировался до прибытия больших сил. А некоторые из крупных отрядов помощи попали в минное поле или под обстрел снайперов. Враг еще не проявил хоть какую-то значимую силу, тогда как в экспедиции уже были потери: пленными, ранеными и убитыми. На этот раз бойцы Седьмого неба кружили возле колонны до самого вечера. Когда стемнело, снова появились дроны-разведчики, и опять по позициям экспедиции отработала воздушная пушка.
На этот раз экспедиция была готова. У многих машин появились тканевые или жестяные тенты, защитившие их от атаки сверху. Наемники также прятались в машинах или под тентами. Лишь небольшому количеству транспорта или людей не повезло нарваться на шарик. Тенты сменили, а машины отмыли всего через пару часов. Вместе с тем, ночь прошла довольно тревожно. На рассвете дроны и воздушка объявились вновь, и сразу после этого были атакованы патрули. За одно только утро экспедиция потеряла ранеными и пленными три десятка человек. Увеличенный в два или три раза патруль все еще не был способен достаточно хорошо защищаться до прибытия подкреплений, а при еще большем увеличении численности патруля зона под их контролем сокращалась.
Из Лютеции было вызвано дополнительное подкрепление. Вокруг колонны появились большие мобильные группы, отвечающие за поддержку ближайших к ним патрулей. Но и бойцы Седьмого неба стали жестче. Они атаковали патрули раз за разом, даже если им не удавалось никого ранить или захватить в плен. Ближе к вечеру одна из мобильных групп попала в тщательно организованную ловушку и понесла большие потери. Несмотря на то, что Макс все это время находился в Ипрюгге и воевал с зомби, он контролировал тактику и стратегию действий элитной бригады Седьмого неба, ввязавшейся в позиционную борьбу с экспедицией.
Лидеры экспедиции в полной мере на своей шкуре убедились, что атаковать в разы сложнее, чем защищаться. Судя по анализу данных, на другой стороне было всего около тысячи сепаратистов, но они успешно наносили урон почти трехтысячному контингенту экспедиции. В особенности они не знали, что вчера их атаковала другая бригада, а сегодняшняя была новой. Предыдущая же группа отправилась в Толосу, чтобы качнуть уровень. Все дороги в регионе были подконтрольны Седьмому небу. Колонна из Лютеции на пике преодолевала пять или десять километров в час, а в целом, с учетом ремонта, чистки и отдыха, за трое суток они проехали едва-едва двести километров. А бригада Седьмого неба вернулась в Леон, затем добралась до Толосы всего за двенадцать часов, большая часть которых была потрачена на сон, питание и отдых. Прибыв в город, они практически сразу же вступили в бой, не теряя времени даром.