Дорога Костей (ЛП)

— Почему бы не Рейкфьорд? Думаю, туда четыре дня ходьбы. Бера говорила, что там делают лучший пряный мёд во всем королевстве. Мы могли бы найти работу у медоваров и жить припеваючи.
Но её отец настаивал.
— Копа станет настоящим приключением.
Силла фыркнула. Приключения. Ей их хватило за последние десять лет.
— В самом деле, отец. Если тебе так нужны приключения, можем просто пойти в Искривленный Сосновый Лес. Это точно удовлетворит твою тягу к опасностям. Поохотимся на кровожадных лесных тварей, вроде оленей-вампиров или гримвольфов. — Она замолчала на мгновение. — Из всех мест в Исельдуре почему Копа?
  
Силла даже не была уверена, где это место на карте. Знала наверняка только то, что это на севере. Далеко на севере, хотя не настолько далеко, как земли Нордура, где, по её воспоминаниям, зимой солнце светит всего час в сутки. Никакая сила в этом мире не могла заставить её отправиться туда.
Отец повернулся к ней, его глаза были серьёзными.
— У меня есть вести, Силла. Там есть дома-щиты для тех, кто в нужде. Безопасное убежище, где мы могли бы перевести дух.
Силла застыла. Дом-щит. Неужели это правда?
Она осторожно подошла к этой теме:
— Предположим, мы решили отправиться в Копу. И, отец, пожалуйста, заметь, что я использую слово «предположим», нам придётся разбить путь на несколько этапов. Наши соласы закончатся задолго до того, как мы до туда доберёмся. Эта дорога… она ведь трудна для путешествий, так?
— Очень, — ответил он, с мечтательным взглядом. — Когда я был молодым, я путешествовал по этой дороге. Мы ехали от Копы до Суннавика целый месяц и еще половину… Но, Силла, она была красивее, чем ты можешь себе представить. Давно я слышу зов севера, и это послание всё решило. Судьба ведёт нас в Копу. К безопасности.
В его голосе звучала такая живость, что она невольно заразилась этим настроением.
Силла машинально дотронулась до флакона, висящего на кожаном шнурке на шее, поглаживая гладкий металл. Этот разговор о посланиях с севера появился будто из ниоткуда. Что он делал, отправляя соколов и кому он их отправлял?
— Что ж, — медленно сказала она, вдыхая запах сосен и можжевельника, пока лес поднимался с обеих сторон дороги, — если твоё сердце настроено на Копу, тогда давай для начала отправимся в Рейкфьорд. Обсудим это по дороге.
— Я уговорю тебя, Лунный Цветок, — с улыбкой сказал отец, крепко обняв ее за талию. Он был на полголовы выше и положил щеку на её волосы. — Мы должны уйти на рассвете. Ты забрала свою плату?
Она кивнула, похлопав по кожаному кошельку на поясе, внутри которого звякнули соласы и несколько крессенов.
— Хорошо.
Пока они шли по дороге, Силла размышляла, кем она будет в следующий раз. Она уже была Тордис, Ингунн, Гудрун, а теперь Катрин. Возможно, в новом месте она станет Аттой. Да, Атта звучит приятно.
Облака рассеялись, и солнечные лучи заиграли на влажных хвойных иголках и папоротниках, покрывающих лесной настил. Вдали раздался крик птицы, и Силла запрокинула голову, пытаясь её разглядеть. Щурясь, она заметила тёмные крылья, изогнутый жёлтый клюв и белую полосу на хвосте.
Чёрный ястреб, поняла она с ужасом.
Её рука невольно легла на предплечье отца, и вдруг её чувства обострились до предела. Ветки трещали где-то поблизости, заставляя волосы на её руках встать дыбом. Крик совы из-за деревьев заставил её вздрогнуть.
— Силла? — обеспокоенно позвал отец, но было слишком поздно.
Из теней, словно волки, выскользнули фигуры. В чёрных одеждах, ловкие и вооружённые стальными клинками, они окружили их прежде, чем Силла и её отец успели среагировать.
Сердце Силлы забилось, когда она оценила ситуацию: шестеро мужчин в чёрных кольчугах, вооружённых топорами и мечами. Их бороды были заплетены в двойные косы, как у короля Ивара и его Урканов.
Первой мыслью было, что это Клитенары. Ее время закончилось? До их ушей добрались слухи о проклятой девушке? Сказания о девушке, которая видит невидимое? В Скарстаде она была осторожна, но её разговор с той маленькой светловолосой девочкой на площади, мог стать роковым.
Но у этих мужчин не было кричащих медвежьих наплечников и татуировок на лицах.
— Чего вы хотите? — требовательно спросил её отец. — У нас всего пара монет, но они ваши.
Самый высокий из них сделал шаг вперёд. У него были растрёпанные, тёмно-каштановые волосы и чёрные, как ночь глаза.
— Нам не нужны ваши монеты, — он прищурился и скривил губы в злорадной улыбке. — Ты знаешь, зачем мы здесь, Томас.
Силла нахмурила брови, услышав незнакомое имя. Затем узел в её животе немного развязался. Они приняли её и её отца за кого-то другого. Но когда она бросила взгляд на отца, по её спине пробежал холод.
Его лицо стало белым, как у мертвеца, он закачался на ногах.
— Вы ошибаетесь; я Хафнар, не Томас. А это моя дочь, Катрин.
Мужчина холодно и безрадостно засмеялся. Он обошел их кругом, поглаживая бороду.
— Думаешь, я дурак? Мы искали тебя много долгих лет, Томас, и сегодня твоей удаче пришел конец. Бежать тебе некуда.
Пульс Силлы застучал в ушах. Ошибка. Это явно ошибка. Но почему её отец выглядел так, будто увидел призрака?
Напоминая себе о кинжале, спрятанном у её щиколотки, Силла собрала всю свою смелость.
— Он не Томас. Вы взяли не того.
— Томас, Томас, Томас, — цыкнул главарь. — Ты меня разочаровываешь. Ты ей ничего не рассказал? — Он усмехнулся и обратил свой чёрный взгляд на Силлу. — Забудь о своей преданности этому человеку. Он тебе даже не родня, у вас нет общей крови.
Взгляд Силлы метнулся от незнакомца к отцу. Их глаза встретились, и она увидела это — подтверждение, сожаление и, что было хуже всего, страх.
Мужчина кивнул, и двое воинов бросились вперёд, грубо схватив её. Её отец зарычал, бросившись на них, но его окружили ещё больше людей. Громкий хлопок раздался на дороге, когда один из воинов ударил его тыльной стороной руки, а другие скрутили ему руки за спину.
— Нет! — Силла вырывалась из рук воинов, которые держали её, пытаясь добраться до отца, но их хватка была железной.
Главарь приблизил к ней своё лицо, так близко, что она почувствовала его кислое дыхание. Она зажмурилась, пытаясь отстраниться, но кто-то сзади подтолкнул её вперёд.
— У неё есть шрам, — пробормотал он, проводя рукой в перчатке по крошечному полукруглому следу возле её левого глаза. — Это она.
Мужчина отпустил её, и Силла моргнула, жадно вдыхая воздух, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Что, во имя вечного пекла, происходило?
Глядя на Силлу, на губах главаря застыла жестокая улыбка.
— Королева Сигна искала тебя, девочка.
Она моргнула.
— Вы заберёте её только через мой труп, — выплюнул её отец.
— Это можно устроить, Томас. Твоя смерть давно назрела, — ответил черноглазый мужчина, поворачиваясь к нему.
Но её отец уже вырвался из рук захватчиков, выхватил хеврит и перекатился по земле. Он плавно и легко взмахнул клинком вверх, словно делал это тысячу раз. Главарь едва увернулся от свистящего лезвия, а её отец, быстрым и ловким движением, уже вскочил на ноги, направляя хеврит к шее нового противника. Воин извернулся, едва избежав удара.
Силла смотрела на человека, который её вырастил, в полном неверии. Его движения были ловкими, мощными, отточенными. Когда он размахивал хевритом в яростной атаке и с лёгкостью уклонялся от ударов противников, она не могла совместить этого нового человека с тем, кого знала, добрым великаном, работавшим в полях и приносившим ей камни в форме сердца.
Лес взорвался криками и хаотичными движениями. Её руку отпустили, когда один из захватчиков бросился на её отца. Силла рванула вперёд, ударив ногой по сапогу оставшегося охранника и вырвавшись из его хватки. Присев, она схватилась за кинжал у щиколотки и потянула, но безрезультатно. С разочарованным рыком она дёрнула снова, но упрямая рукоять не поддавалась.