Тот, кто умер вчера
— Убить Цесаренко и Харлая? Не слишком ли сложная комбинация?
— Сложная, зато верная. Правда, наши старшие братья из СБУ предполагают, что Довгаль мог руководствоваться некими личными мотивами. Не забывай, Довгаль хорошо знаком с Подольским. А некоторые факты их биографии… — Шевченко, сделав паузу, достал из пачки сигарету и закурил.
— Какие факты, Владимир Степанович?
А факты были следующими. Василий Родионович Довгаль в охране служил столько, сколько, наверное, себя помнил. В восемнадцать лет он был призван на срочную службу и попал во внутренние войска. Первыми клиентами, которых он охранял, чтобы не разбежались, были зеки Н-ского исправительного учреждения в Хабаровском крае. Сразу по окончании службы он поступил в училище Комитета государственной безопасности и стал охранять Советский Союз и его граждан. Чтобы тоже не разбежались. Когда Союза не стало, Василий Родионович принялся за охрану Украины. Надо сказать, довольно успешно, потому что в девяносто восьмом году он был назначен командиром спецподразделения «Бета». Стабильное, без рывков, но все-таки успешное восхождение по карьерной лестнице кончилось для полковника Довгаля неожиданным увольнением в отставку.
— А ведь совсем немного до генеральских лампасов не дотянул, — рассказывал Шевченко. — И что интересно, именно те люди, которые продвигали Довгаля, его же с позором выгнали. Только не спрашивай меня, кто они. Я все равно не знаю.
— Значит, надежд не оправдал, — кивнула я. — А что это за «Бета» такая? Никогда о ней не слышала.
— Секретное спецподразделение по борьбе с терроризмом и организованной преступностью. То есть было секретное. Вскоре после увольнения Довгаля отряд был расформирован.
— Причины увольнения?
— История едва ли не анекдотическая. Мне так ее и рассказали. Как анекдот. Я даже не уверен в том, что все услышанное мною на сто процентов отвечает действительности. Суть такая. Подразделение отрабатывало учебную операцию по захвату секретной базы террористов. Ничего особенного — обычный рабочий момент. Под «террористический штаб» была отведена расположенная в лесу бывшая воинская часть. Бойцы должны были высадиться на ее территорию с двух вертолетов и нейтрализовать «защитников». Да, одно уточнение. У тех, кто был на земле, тоже была своя задача, и они тоже имели соответствующую подготовку. Так что игра была жесткой. По непонятной причине у пилотов головного вертолета оказались не те координаты, и весь отряд был высажен на другой объект, с воздуха мало чем отличающийся от первого. Но только с воздуха. Если первая настоящая «база» была некогда заброшенным складом ракетного топлива, от которого остались только пустые цистерны да бочки, то вторая являла собой специализированное охотничье угодье, куда иногда приезжали пострелять члены генералитета. Чувствуешь разницу?
— Еще бы. А что дальше?
— Ну, отряд приказ выполнил. Бойцы Довгаля отделали под орех попавшихся под руку солдат, которые обслуживали базу, вывели из строя электростанцию. Но даже и это можно было как-то замять, если бы не одно обстоятельство — на базе, точнее в сауне, после удачной охоты в теплой компании как раз расслаблялась одна из «мохнатых» лап Василия Родионовича. Представляешь картинку?! Визжащие от страха голые «массажистки», стол с первоклассной выпивкой и закуской, «террористы», обмотанные простынями. Ну, положили всех лицами на мокрый кафельный пол, после чего командир отряда связался со штабом Довгаля и отрапортовал примерно следующее: «Штаб террористов уничтожен. Главари захвачены. Кстати, тут один из них рацию у меня из рук вырывает. Вас хочет». — «Ну дай ему, — милостиво разрешил Довгаль и не без гордости представился: — Полковник Довгаль. С кем я говорю?» — «Бывший полковник», — услышал он в ответ знакомый голос. Короче, Довгаля уволили, да и сам отряд через какое-то время ликвидировали.
— И что было дальше после его увольнения?
— Сначала ничего особенного. Вернулся на родину. В смысле сюда, к нам в город. С год смотрел телесериалы и выращивал на даче овощи. Потом организовал и возглавил охранную фирму «Фаланга-Сервис». В настоящее время работает на Хахалина.
— Саша тоже принимал участие в захвате «террористов»?
— Нет. Накануне Подольский подал рапорт об увольнении. А приказ на увольнение был подписан как раз в день, когда проводились учения.
— Саша упоминал, что причиной его ухода на гражданку был конфликт. Может, конфликт с Довгалем?
Шевченко пожал плечами.
— В любом случае между ними слишком много общего. Общая служба. Один и тот же город, куда они перебираются, выйдя в отставку. Правда, работа разная. Создав охранную фирму, Василий Довгаль собрал возле себя много своих бывших подчиненных по «Бете». В том числе участников памятных учений. Кроме Подольского.
— И что теперь будет, Владимир Степанович? Я имею в виду, что будет с Сашей?
— Ничего ему не будет. Если, конечно, все, что он тебе рассказал, правда. Думаю, что с его помощью служба безопасности хочет провести спецоперацию. Надо же выводить на чистую воду и Довгаля, и Зозулю, и всех остальных, кто с этим связан. Доводы, пусть они даже будут образцами логики и смысла, к делу не приложишь. Нужны реальные доказательства.
— Я вот еще чего не понимаю. Ну, Милаев откуда взялся, понятно. Но кто нанял Гену Котика? И кого он на самом деле собирался убить — Шамрая или Подольского?
— Ты слишком много от меня хочешь. Не знаю. — Пиночет посмотрел на часы и сменил тон: — Мы с тобой тут разговоры разговариваем, а дело стоит. Работать надо, а не болтать. Серова с нас никто не снимал. Надо заканчивать с оформлением материалов и передавать дело в суд.
— Он так и не признался?
— Думаю, и не признается. Уперся. Ладно, судья разберется. Улик достаточно.
Я опять подумала о Серове. Вспомнила, каким он был, когда я видела его в последний раз. Грустный, вялый, шаркающий, как старик.
— Можно мне еще раз попробовать его допросить?
— Попробуй, если получится. Попытка — не пытка, — согласился Шевченко.
XIV
Серов был в своем репертуаре.
— Нет, я не собираюсь с вами говорить! Если хотите, пусть меня допрашивает тот, седой, но только не вы! — запротестовал он, едва увидев меня. — И пусть пригласят адвоката.
— Давай, давай, проходи, — подтолкнул Серова сопровождающий его сержант и едва ли не насильно усадил подследственного на стул.
Мы остались одни. Серов поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза.
— Чем я вам так не угодила, Серов? — искренне поинтересовалась я, выдержав его взгляд.
Серов отвернулся и с безучастным выражением уставился на стену.
— Между прочим, это вопрос личного характера, к делу он не относится, так что можете ответить. Ну скажите, чем? — настаивала я.
— Сами знаете. Вы бесчестный человек. Вы меня обманывали, когда приходили ко мне. Ну, посадите вы меня, невиновного, и вам что, за это орден дадут?
— Я приходила в «Техникс», потому что меня действительно волновала судьба Александра. И я надеялась, что вы мне поможете пролить свет на его исчезновение. А подозревать вас по-настоящему я начала только после того, как вы соврали мне, сказав о пятилетнем юбилее фирмы. Так кто кого обманывал, Сергей Иванович?
Серов ничего не ответил. Я достала и положила на стол два фотоснимка, которые сделали по моей просьбе в фотолаборатории специально для разговора с Серовым.
— Взгляните, Сергей Иванович. Эти фотографии были сделаны в разное время и в разных местах. На одной — частный предприниматель Петр Свинарчук, недавно убитый, на другом — медсестра Анна Югова, тоже убитая. Так они выглядели до встречи с наемным убийцей Милаевым.
— Это что, такой способ психологического давления? — спросил Серов, краем глаза взглянув на снимки.
— Просто хочу сказать, что если бы не удачное стечение обстоятельств, то у меня были бы все шансы оказаться среди них. Поэтому право обижаться принадлежит мне, но я не обижаюсь, а просто выполняю свои обязанности. Я — следователь, вы — подозреваемый в двух покушениях на убийство. Давайте исходить из этого.