Смысл Камня. Современный кинематограф Южной Кореи
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Также в сцене свидания Кымджи и Кынсика герои, находясь в одной локации разделены на «разные миры». Справа мы видим Кымджу — сосредоточенную на своей мести, расчетливую, отключившую свои эмоции, уверенную в себе и непреклонную. Слева на красном фоне наивный Кынсик, действия которого определены лишь чувствами и симпатией к главной героине. Чтобы исполнить свой план — убить убийцу, отомстить, героине нужно стать кем-то другим, что она и старается сделать. Она становиться стратегом, следует плану, отключает эмоции, но… В конце концов, она всего лишь человек, женщина, мать. На протяжении всего фильма мы наблюдаем, как, несмотря на уверенные действия, она борется с собой.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Конечно же, говоря о визуальной составляющей фильма, нельзя упустить одну из главных задумок режиссера, а именно плавное исчезновение цвета. Этот эффект Пак Чханук планировал использовать ещё в фильме «Сочувствие господину Месть». Но, возможно, даже к лучшему, что этого не произошло, ведь это именно то, что дает символичное завершение не только этому фильму, но и трилогии в целом. Ведь погружаясь в пучину мести, заглядывая в её самые тёмные и ужасные закутки, возможно ли найти путь обратно?
Кадр из «Сочувствия госпоже Месть» (2005), 0:3:31
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005), 1:11:46
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005), 1:48:33
Существует две официальных версии фильма, с переходом в чёрно-белый и без него, но идея режиссера, конечно, лучше отлажена в первом. Хотя дело не только в цвете, если снова присмотреться к тому, кем же является Кымджа, отойдя от образа мстителя, можно заметить новые грани персонажа.
«Я видел тебя по телевизору, ты как та прекрасная девушка в злом образе, в котором чувствуется присутствие ангела».
— Ведьма, ангел или всего лишь женщина?
Ближе к середине фильма благодаря подробностям из прошлого Кымджи мы узнаем, что ангел, возможно, никогда и не был ангелом. Режиссер намеренно создает контраст образа святой-заключенной Кымджи и её альтер-эго на свободе, а потом разрушает этот образ. Оказывается, что в тюрьме Кымджа тоже совершила убийство, даже не одно. При этом она сохраняла образ «добросердечной госпожи», хоть и получила прозвище «ведьма».
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Например, в этом прекрасном кадре, Кымджа улыбается самой доброй искренней улыбкой и кормит обедом свою больную сокамерницу. Но вот только, поднеся очередную ложку к её рту, она приговаривает: «Кушай побольше еды, лекарств и давай побыстрее умирай». Ведь ты уже съела отравленную еду, понимаем мы в следующую же секунду, когда женщина падает замертво. Образ «святой» Кымджи оказывается лишь фрагментом большой мозаики. То же самое можно сказать и о образе «ведьмы», считать его исключительно отрицательным невозможно. Ведь даже сам термин «ведьма» образован от глагола «знать», «ведать». Первоначально, ведьма — «ведающая, знающая» (ср. знахарь), потом — «колдунья», бранное значение возникло позднее на базе второго значения 162. Ну и как мы все знаем из мифов, сказок и фильмов, ведьмы бывают как добрые, так и злые, поэтому однозначно трактовать этот образ невозможно.
— Ты поменяла стиль? Что за кроваво-красные тени?
— Боюсь, показаться добросердечной.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Чтобы исполнить свой план — убить убийцу, отомстить, героине нужно стать кем-то другим, что она и старается сделать. Она становиться стратегом, следует плану, отключает эмоции, но… В конце концов, она всего лишь человек, женщина, мать. На протяжении всего фильма мы наблюдаем, как, несмотря на уверенные действия, она борется с собой.
Даже гонимая жаждой мести, первое, что делает Кымджа после освобождения, — это находит родителей Вонмо, мальчика убитого Пэком. Она искренне просит у них прощения, даже наносит себе увечье, чтобы вымолить его. Кымджа находит свою дочь, живущую с приемными родителями в Австралии. Дженни не говорит по-корейски, но несмотря на это они находят пути для общения, и дочь во многом походит на мать. Дженни временно возвращается в Корею, что дает нам возможность посмотреть на Кымджу в роли любящей матери.
Борьбу с эмоциями нам показывают в сцене, где Кымджа впервые видит обездвиженного Пэка. Она могла бы убить его сразу, но она в ярости обрезает его волосы, тем самым выплескивая всю боль, которую она держала в себе все эти годы. Её лицо выражает практически безумие в этот момент, но, совладав с собой, она продолжает следовать плану. Потом она снова срывается и избивает его ногами, из её глаз катятся слёзы. Все эти импульсивные действие напоминают нам, что она всего лишь истерзанный болью человек.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
По словам режиссера Пак Чханука, одним из главных действий в фильме, характеризующих Кымджу, является сцена с групповой казнью. Как сказал сам режиссер: «Это и есть Кымджа!». Несмотря на долгие 13 лет в тюрьме, все ужасные поступки, которые она совершала для достижения цели, все жертвы… В итоге она отдает право отомстить родителям жертв учителя Пэка.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)
Но главное — это то, что происходит потом. В этой истории, как и во всех фильмах трилогии, главным является не свершение возмездия, а то, что ждет героев после.
Кымджа видит призрак Вонмо, а может, это и игра воображения. Но маленький мальчик превращается в мужчину. Она обращается к нему, чтобы сказать что-то, но у нее во рту появляется кляп. Вонмо показывает, что не хочет ничего слышать и просто уходит, тем самым объясняя нам, что для него ничего не изменилось.
Кадр из фильма «Сочувствие госпоже Месть» (2005)