Отрави меня собой (СИ)
— Так как, оговорим условия? — отвлек представитель молокососа.
Лавров недобро прищурился.
— Все дальнейшие контакты через нашего семейного адвоката. Прошу покинуть помещение, — стальной приказ в голосе, заставил одного поежиться, а второго кивнуть.
— Да ты вообще там не офигел…, — начал было полупьяный мажор, однако представительный мужчина вытолкал его за дверь.
— Выздоравливайте, Артём Витальевич.
А за дверями начал отчитывать придурка, мол, знал с кем имел дело и лучше бы ему заткнуться. Недовольное и несогласное бурчание послужило ответом.
Лавров перевел грозный взгляд из-под нахмуренных бровей на Медведеву, ожидая от нее колкости, но она прошмыгнула на кухню, а спустя некоторое время вышла с вазой вымытых фруктов, чашкой дымящегося чая и тарелкой с яблочным пирогом. Поставила поднос с добром на прикроватный столик и не то спросила, не то сказала:
— Помнится, тебе по вкусу пришелся.
М-да, мысленно протянул Лавров, увязая в остром желании прижать к своему телу девчонку. Определенно, добродетель не его конек. Ему еще тренироваться и тренироваться. Да без толку все, если рядом будет Оля.
— А ну-ка, подойди ко мне поближе, Оленька, и пирожок захвати, — медовым голосом попросил Лавр.
Девушка фыркнула на подобное обращение, подозрительно покосилась на него и с опаской приблизилась, поставив тарелку ему на живот. Мажор поманил ее пальцем, призывая склониться ближе, словно хотел что-то сказать. Оля немного склонилась. И не успела среагировать, как горячая ладонь Лавра обхватила ее затылок, и он притянул ее к себе. С невероятным не то облегчением, не то наслаждением Лавр ткнулся носом ей в шею.
— Охренел, что ли совсем? — хрипло возмутилась Оля, дернувшись было назад.
— Спасибо, — выдохнул он у самой ее щеки.
Кожу на шее опалило поцелуем, и властный язык слегка всосал кожу. Оля чуть ли не впала в ярость, когда до нее дошла суть происходящего. Она рванула назад и едва не наскочила на кресло.
— Лавр, я тебе сейчас все ребра пересчитаю. Какого фига?! Ты мне что, засос поставил?
— Я тебя пометил! — гордо ответствовал мажор с самым самодовольным видом запихивая в рот кусок пирога. Наглые глаза, поблескивающие жутким коварным огнем, говорили о том, что он ни капли не ощущает себя виноватым.
Оля плюхнулась в кресло, полезла в рюкзак за зеркалом и с унылой физиономией наблюдала, как расплывается огромный неприличный синяк на шее. Гадкий беспринципный мажор! Да как он посмел?!
— И этого человека я пришла навестить?! — простонала обреченно Ольга и спрятала зеркало.
— Согласись, я все же тебе не безразличен, Медведева? — ехидно поинтересовался Лавров.
Дразнить отраву — несказанное удовольствие, а целовать ее кожу и вдыхать неповторимый вкусный аромат — вообще непередаваемый кайф. И да, играть в целибат у него не получается. Хочется стиснуть Медведеву в своих руках и не отпускать никогда. Господи, да он просто помешался на этой девчонке.
— Знаешь что, Лавров? — сипло рявкнула Оля. — Я тебя больше знать не желаю, мудак чертов!
Она подняла воротник рубашки, запахнулась в куртку плотнее, нахлобучила неизменную бейсболку до самых бровей и выскочила из палаты словно ошпаренная.
— А придется, дорогая, — с широкой улыбкой сказал Артём вслед закрывающейся двери.
Довольным сытым котом откинулся на подушку. Ее забота волновала и приносила необъяснимую радость. Но стоило им двоим оказаться в опасной близости друг от друга, как уровень возбуждения просто зашкаливал, коктейль из гормонов выплескивался наружу, срывая все преграды. От приятных мыслей его отвлек звонок. Звонил папа, с тревогой в голосе расспрашивал о самочувствии сына и том, что уже в аэропорту. Артём уверил отца, что с ним все в порядке. Пара дней, и его выпишут домой. Отчитался и о выполненной работе.
— Сейчас это не важно, сынок. Главное ты в порядке, — выдохнул облегченно Лавров-старший.
— Не волнуйся, папа.
После разговора с отцом настроение улучшилось многократно, но после улыбка сползла с лица. Так вот как мерзко ощущала себя Ольга, когда Серега пытался откупиться после аварии. Троюродный брат забыл, как стал виновником гибели двух людей и серьезной психологической травмы маленькой девочки. Явился причиной горя двух семей. Источником их боли и страданий. Просто стер из памяти то происшествие, как ненужный эпизод в жизни, оставив несчастных людей наедине с их проблемами. Еще и поиздевался напоследок, не будучи в состоянии протрезветь до последнего. Внезапно у Артёма стало горько во рту. Неужели и он сам повел бы себя так?! Мерзко. Беспринципно. Жестоко. Вероятнее всего, да.
Тряхнул ставшей вмиг тяжелой головой. Так быть не должно!
А потом легким трепещущим мотыльком в черепной коробке появилась интересная мысль. Дело, которое он задумал, могло оказаться полезным не только ему самому. Воплотить проект в жизнь — это шанс проявить себя. Доказать свою способность реализоваться в качестве независимого и толкового управленца. Осталось лишь обо всем разузнать поподробнее, подготовить правовую базу и заложить финансовую основу. Вот и посмотрит отец, чего стоит его сын.
Оля посмотрела на часы и вздохнула. Еще полчасика, и она сумеет вырваться из библиотеки. Помимо одного объемного задания с массой расчетов, на студентов как снег на голову свалился еще и реферат. И не профильному предмету, чтоб пусто было тому занудному преподавателю. Первое задание Оля решила сделать дома, а вот со вторым пришлось повозиться. Кое-как накидав основы в ноутбук, чтобы после оформить, как следует, девушка сморщилась — реферат нужно было сделать быстро. Но что-то у нее не клеилось, будто не хватало какого-то важного кусочка. Несмотря на обширный объем материалов, Оля не сумела найти ту самую изюминку, которая бы оттенила ее работу.
Ради реферата она даже поменялась в клубе сменами с Марком. Правда, придется отработать два вечера подряд. Мама, зная нагрузку старшей дочери, была только рада провести время с Машкой после того, как закончатся занятия в центре. Оля улыбнулась — ее любимые девчонки собирались отправиться гулять по городу. Как же она им завидовала. Для полного комплекта им не хватало еще Лаврова. Непроизвольно коснувшись шеи, Оля нахмурилась и мрачно цыкнула. Зачем опять она вспомнила о мажоре?
Пытаясь сформулировать ускользающую мысль и зафиксировать ее, Оля слегка наморщила лоб, закусила кончик ручки и повернула голову куда-то в сторону высоких массивных стеллажей. А потом ее проморозило до костей — чья-то тяжелая ладонь улеглась на ее коленку, и медленно поползла по бедру вверх. Кто там такой бесстрашный, раз ему жить надоело?! Сжав зубы от подобной наглости, Оля развернулась и едва не откусила кусок ручки. Рядом с ней восседал Лавров собственной персоной. Как можно было его не заметить?
— Привет, Медведева. Ты разве сегодня в клуб на работу не собираешься? — спросил он, сжав пальцы.
— И тебе. А ты разве не должен в больничке находиться? — она покосилась на него и ущипнула нахала за плечо.
Артём досадливо зашипел, убрал руку и, глядя на высокую стойку белоснежной водолазки Оли, широко ухмыльнулся. Опустив глаза ниже, где ткань плотно обтянула аккуратную грудь девушки, он зачарованно сглотнул. Прогнав наваждение, Лавр бесцеремонно заглянул в экран ноутбука, и бросил руку на спинку стула за Ольгой.
— Там скучно. И тебя нет, Медведева.
— Я все еще хочу начистить тебе рыл… твое лицо за беспредел, — буркнула Оля, запахивая пиджак.
Он провокационно приподнял брови, облизнулся и перехватил ребро ладони Ольги у своего солнечного сплетения. С чувством стиснул ее пальцы.
— Кто-то забыл о моем предупреждении.
— Кто-то вообще по жизни без моральных принципов! — выпалила Оля.
Артём коварно оскалился и потянул девушку на себя, все еще держа ее руку. Жаркий шепот ядом полился в ее ухо:
— Что ж ты тогда так прижималась ко мне там, на площадке перед своей дверью?