Пепел и проклятый звездой король (ЛП)

Я была удивлена, когда впервые пришла сюда, увидев, насколько расслабленными были посетители. Человеку в Обитрэйсе казалось глупым делать что-либо, кроме как жить в постоянном страхе.
Теперь они казались еще более беззаботными. И на этот раз… возможно, я не могла их за это винить. Я часами бродила по этим улицам в поисках опасностей, от которых можно было бы их защитить, и не нашла ни одной.
  
Может быть, это и было достойно праздника.
Тем не менее, их поведение казалось мне чужим. Если какая-то крошечная часть меня пришла сюда в поисках чего-то знакомого, то я это не нашла. Во мне было немного человеческой крови, но я не была похожа на этих людей — даже если какая-то часть меня хотела бы быть похожей.
— Эй, красотка, ты здесь одна? — сказал молодой медноволосый мужчина, подойдя ко мне, и я бросила на него острый взгляд подобный клинку кинжала, от которого он скорчил гримасу и тут же отвернулся.
После его ухода я поняла, что держала руки на клинках.
Ради всего святого. Что я здесь делаю?
Тебе здесь не место, маленькая змейка, — прошептал мне на ухо Винсент. Здесь, среди мышей.
Даже в моей голове его голос звучал так отвратительно, так пренебрежительно. Я слышала это так отчетливо, потому что слышала этот тон, исходящий от него бесчисленное количество раз в жизни.
От этого у меня заскрипели зубы. Мои пальцы сжались по бокам.
Страх — это совокупность физических реакций.
Я заставила свое дыхание успокоиться, а сердцебиение — замедлиться.
Если Райн смог это сделать, то я точно смогу.
Мне удалось проложить себе дорогу к бару, используя некую совокупность соответствующих топающих ног, острых локтей и моей способности быть достаточно маленькой, чтобы проскользнуть между громоздкими телами потных бородатых мужчин.
Люди потеют гораздо больше, чем вампиры.
Когда я добралась до бара и бармен, жилистый старик с глубоко посаженными усталыми глазами, повернулся ко мне, я замерла.
Проходили секунды. С каждой секундой бармен выглядел все более взбешенным.
— Ну? — надавил он. — Мы заняты, детка.
— Пиво, — наконец выдохнула я.
Бармен пристально посмотрел на меня.
— Одно… одно пиво? — попыталась я.
— Два пива, — поправил меня сзади низкий, очень веселый голос.
Знакомое тепло окутало меня, когда большое тело прислонилось к барной стойке рядом со мной. Я узнала его задолго до того, как посмотрела на него.
Как, черт возьми, он нашел меня здесь?
Райн пробормотал мне на ухо:
— Ты хвастаешься, что выиграла Кеджари, но не знаешь, как заказать пиво?
Мое лицо вспыхнуло.
— Не очень полезный навык, — проворчала я.
— Правда? А я считаю его очень полезным.
Бармен вернулся с двумя кружками пенистой коричневой жидкости, и Райн протянул ему пару монет с отрывистым полукивком благодарности. Я так давно не видела его в таком виде, что все это снова и снова бросалось в глаза. Он был одет в темный плащ и слегка пожелтевшую белую рубашку, расстегнутая довольно низко, его волосы были небрежно распущены. Все в его языке тела отражало окружающих нас людей. Непринужденный, грубый, беспорядочный.
Безошибочно человеческий.
Тем не менее, я заметила, что на этот раз он не снимал капюшон. Возможно, он доверял своей маскировке немного меньше, чем раньше.
Он взял две кружки и жестом указал на маленький столик в другом конце зала, недалеко от того места, где мы с ним сидели в первый раз, когда пришли сюда. Здесь было так много народу, что ему практически пришлось проталкиваться сквозь людей — хотя, конечно, ему удалось сделать это с гораздо меньшей неприкрытой агрессией, чем мне.
— Почему ты здесь? — спросила я, как только мы сели за столик.
Его бровь дернулась.
— Ты планировала пить в одиночестве? Как уныло.
— Ты следил за мной?
Он поставил кружки и поднял ладони.
— Полегче, гадюка. Я здесь по тем же причинам, что и ты. Соблазнительная привлекательность пива, которое на вкус как моча. Приятно знать, что оно тебе приглянулось.
Он улыбнулся, а я нет.
— Значит, то, что ты появился здесь, — это просто богом выбранное совпадение?
— Твой сарказм так тонок, принцесса. Элегантный и изысканный. Как изысканное вино. Или это пиво. — Он сделал глоток, скорчил гримасу и испустил освежающий вздох. — Что, ты думаешь, я шпионил за тобой?
— Именно так я и думаю.
— И что с того? Ты думаешь, Мише настолько дерьмовый телохранитель, что ты можешь выскользнуть в человеческие кварталы, и никто не узнает?
Стыдно, но мне даже не пришло в голову, что Мише видела, как я уходила.
— Значит, ты ходил за мной хвостом, — сказала я.
— Нет. Я знал, что ты справишься сама. А вот то, что мы с тобой оказались здесь в одно и то же время… это действительно везение. Я часто здесь бываю. Конечно, я пропустил много визитов, пока нас не было.
Я вынуждена признать, что верила в это. Здесь существовала часть Райна, которого не было в замке Ночнорожденных. Может быть… может быть, так же, как часть меня существовала здесь и не могла существовать там.
Я глотнула пива и поморщилась от горького вкуса.
— Фу.
— Не стало лучше со временем, да?
— Нет.
И все же я сделала еще глоток. Мне было непонятно, как что-то может быть одновременно таким хорошим и таким плохим на вкус.
— Итак. — Он сделал еще один глоток пива. — Прошло довольно много времени с тех пор, как ты проводила здесь ночной патруль. Как все прошло?
Я поняла наводящий вопрос, когда услышала его. То, как Райн наблюдал за мной краем глаза, попивая пиво, сказало мне достаточно.
Мои глаза сузились.
Его бровь приподнялась.
Я наклонилась через стол.
Он прислонился спиной к скамье, заложив руки за голову.
— Если бы я не знал тебя хорошо, — сказал он, — я бы подумал, что это твое выразительное лицо обвиняет меня в чем-то.
— Что здесь произошло?
— Что ты имеешь в виду?
О, Матерь, будь он проклят. Он играл со мной.
— Знаешь что, — сказала я. — Здесь…
— Тихо, — сказал он. — Мирно.
— Некого убивать.
Он усмехнулся и наклонился ближе, его лицо было всего в нескольких дюймах от моего, и прошептал:
— Ты так разочарована, моя смертоносная королева.
Когда он это сказал, мой взгляд переместился на его рот — переместился на маленькую улыбку, которая искривила край рта, здесь было что-то более мягкое и игриво-ласковое, нежели чем его обычные ухмылки.
Я знала, как эта улыбка ощущается на моих губах. Знала, какова она на вкус.
Эта мысль поразила меня без разрешения, она была интуитивная и неприятная. Еще более неприятной была тоска, которая пришла вместе с ней, внезапная, глубокая, как удар смычка по скорбной струне скрипки.
Я откинулась назад, оставив между нами еще несколько дюймов расстояния.
— Нет, — сказала я. — Это хорошо. Просто…
— Это место уже должно быть заполнено преступниками, так как ты, героическая спасительница человеческих районов, немного отвлеклась.
Я пристально посмотрела потому что знала, что он дразнит меня, но все равно кивнула.
— Да.
Он сделал резкий непринужденный глоток пива.
— Тебе не приходило в голову, что, возможно, у человеческих районов теперь есть другой защитник?
— Ты? — Я не потрудилась скрыть свое недоверие. — Ты что, хочешь сказать, что пробираешься сюда каждую ночь, чтобы вершить самосуд над этими бедными ублюдками?
С одной стороны, это было смешно. Райн был Королем Ночнорожденных, в конце концов — не похоже, чтобы у него было время шататься по человеческим кварталам каждую ночь. Но с другой стороны… неужели это было более невероятно, чем если бы этим человеком была я?
  
Он поставил свою кружку.
— Ты слишком узко мыслишь, принцесса. — Его голос был низким, как будто он не хотел, чтобы его услышали. — Ты говоришь о самосуде, но мне больше не нужен самосуд. Вот что значит править королевством. Это значит иметь возможность что-то изменить.