Пепел и проклятый звездой король (ЛП)
Меч упал на пол.
Мир померк, а белый жар Ночного огня угас.
Внезапно я начала двигаться, уже не к стене, а в сторону от нее, сползая на землю без моего разрешения.
Райн схватил меня и потянул за собой. Его фигура, массивная, с силуэтом пламени, вырисовывалась передо мной.
— Какого черта ты делаешь? — прорычал он.
Мои глаза переместились на другой конец зала, с трудом пытаясь что-то разглядеть сквозь дым и затуманенное зрение. Молодой Кроворожденный солдат трусил под злобным взглядом Райна, глаза его расширились, когда они переместились на меня, и он понял, кто я.
— Она… она напала на Вас…, - заикался он.
Изо рта Райна раздавалась лавина ругательств, превращаясь в беспорядок в моей голове. Сквозь огонь я различила силуэты, пробивающиеся через коридор — еще больше Кроворожденных? Подкрепление. Черт.
Моя рука прижалась к ране. Она сильно кровоточила. Полу-вампир или нет, кровь всегда была моей слабостью. По-прежнему казалось, что она готова вытекать из меня при любом удобном случае.
Затем я повернула голову и сквозь дым различила фигуру, сгорбившуюся в углу. Джесмин. Я узнала ее даже в смутном силуэте. Она смотрела на меня сквозь дым, пробираясь вперед, пока Райн ругал своего солдата.
Она сделала полшага ближе, но я покачала головой.
Она колебалась, глаза сузились, сомневаясь. Но я снова покачала головой, на этот раз сильнее, без слов, как приказ: Уходи. Сейчас же.
Может быть, мы могли бы одолеть ришанцев, но, если Кроворожденные были сейчас здесь, Джесмин и ее воины — мои воины — будут уничтожены.
Она снова подкралась ближе, дым рассеялся настолько, что я смогла увидеть протест в ее глазах и не сказанное вслух: «А как же вы? "
Я попыталась отмахнуться от нее. Движение было слишком сильным. Мое зрение затуманилось. Потемнело.
Я не помнила, как потеряла сознание. Но внезапно я оказалась на земле, глядя в лицо Райна, который склонился надо мной. Он говорил что-то, чего я не могла разобрать. Но это не имело значения, потому что я потеряла сознание еще до того, как слова покинули его губы.
Я не хотела, чтобы его глаза последовали за мной в бессознательное состояние.
Но они все равно последовали.
Глава
12
Орайя
Впервые за несколько недель мне не снился Винсент.
Вместо этого мне снился Райн, и то, как выглядело его лицо, когда он умирал, и то, как мой клинок вонзился в его грудь.
Мне снилось это снова, и снова, и снова.
Я ОТКРЫЛА ГЛАЗА и увидела знакомый голубой стеклянный потолок. Мертвое лицо Райна исчезало в разбросанных серебрянных звездах.
Я попыталась пошевелиться, но тело не поддалось, наградив меня резкой болью в боку.
— Еще рано.
У меня болела грудь. Было больно слышать голос Райна. Мне потребовалась минута, чтобы набраться смелости и повернуть голову, и я отчасти ожидала увидеть его таким, каким видела в своих кошмарах. Мертвого, с моим клинком в груди.
Но нет, Райн был очень даже жив. Он находился рядом с моей кроватью, склонившись надо мной. Я поняла, что резкая боль в боку была оттого, что он перевязывал мою рану, и…
Богиня.
Я неловко пошевелилась, когда поняла, что я без одежды, если не считать бинтов, обмотанных вокруг груди.
Райн тихонько засмеялся.
— Ты была весьма соблазнительной.
Мне хотелось бы иметь остроумный ответ на это, но мои мысли словно двигались сквозь густую грязь.
— Тебе дали немного лекарств, — сказал он. — Подожди минутку.
Матерь, у меня болит голова.
Я вспомнила нападение. Бег в оружейную. Как мой клинок прижался к груди Райна, во второй раз.
Ты готова умереть, чтобы убить меня. Так какого черта ты ждешь?
И я не смогла. Не могла. Даже когда его сердце было передо мной, готовое к удару.
Я могла бы положить конец всему этому. Я могла бы вернуть трон моего отца. Могла отомстить за его смерть.
Я сглотнула, или попыталась это сделать. Словно почувствовав это, Райн закончил фиксировать повязку на моем боку, а затем протянул мне стакан.
— Вода, — сказал он.
Я уставилась на него, а он насмешливо сказал:
— Что? Ты думаешь, что в этот момент я бы тебя отравил?
Честно? Да. Я сбежала. Я сражалась с ним. Я могла только предположить, что они не знают о моей роли в случившемся, иначе я была бы сейчас в темнице.
Райн тихо засмеялся, звук был таким странно теплым, что я почувствовала, как он пробежал по позвоночнику.
— Ну и взгляд, — сказал он, покачав головой. — Просто пей, хорошо?
Я очень, очень хотела пить. Так я и сделала.
— Удивительно, насколько точным может быть попадание стрелы воина, — пробормотал он.
Райн тоже был перевязан. Он слегка поморщился, когда стоял, по крайней мере, я немного гордилась этим. Он был исцелен, и хорошо, но на его щеках оставались следы ожогов Ночного огня, а на ткани вокруг его торса расплывались пятна темной крови из вскрытой мной раны.
Я сглотнула и наконец почувствовала, что могу говорить.
— Неужели у тебя нет более важных дел, чем играть в няньку?
— Как всегда у тебя странный способ сказать «Спасибо».
— Я просто…
Удивлена.
Он поднял бровь.
— Что, если я скажу, что все лекари боятся тебя? Королева Ночного огня, которая только что пыталась уничтожить армию ришанцев.
— Я бы сказала, что это умно с их стороны.
Глупо с моей стороны подыгрывать ему. Эта притворная версия того, кем мы были в Кеджари.
У меня голова раскалывалась. Я села, с шипением вдыхая боль, пронзившую мой бок. Райн был прав. Тот воин попал в категорию чертовски меткого стрелка.
— Она была усилена магией крови, — сказал Райн, словно прочитав мои мысли.
Чертовы Кроворожденные.
Последняя часть произошедшего — прибытие подкрепления Кроворожденных обрушилась на меня, как одеяло холодного ужаса. Люди Джесмин были хорошо подготовлены к бою против ришанцев и в равном бою мы могли бы победить. Но Кроворожденные перевесили чашу весов. Они были искусны и жестоки.
Райн стоял у окна моей спальни и смотрел на ночной пейзаж Сивринажа. Я подумала, не смотрит ли он на тела хиаджей, которые, несомненно, сейчас насажены на колья у городских стен.
Он ничего не сказал, и я промолчала. Я не стала доставлять ему удовольствие своими вопросами.
Он повернулся спустя продолжительное время, уставился на меня, засунув руки в карманы. Он выглядел вымотанным. Никакого королевского убранства. Он выглядел так же, как и тогда, когда мы жили в одном апартаменте в Лунном дворце. Он был мне знаком. Тот вариант, который, как мне казалось, я знала.
Лицо его казалось ожесточенным и усталым.
— Я знаю, что ты хочешь спросить, поэтому я скажу тебе. Мы не захватили ни одного хиаджа. Мы убрали несколько десятков мертвых тел. Столько же ришанцев, сколько хиаджей, что должно тебя удовлетворить. Так же, как должно быть приятно узнать, что оружейная была уничтожена. Мы потеряли столько ценного оружия, что нам понадобится большая часть года, чтобы пополнить запасы.
Я постаралась никак не отреагировать.
Это не приносило удовлетворения. Я пожертвовала ради этого телами, которых у нас не было. Это было уже что-то, но это было ближе к ничье, чем к победе, которого я жаждала.
И вот я все еще была здесь. В плену.
В плену… но, как ни странно, живой.
Я нахмурилась, глядя на себя. На бинты вокруг меня, потом на бутылочки с лекарствами на прикроватной тумбочке.
— Тебе было бы выгодно дать мне умереть, — сказала я.
Райн скрестил руки на груди. Его бровь дернулась.
— Тебе было бы выгодно убить меня в той оружейной, — сказал он просто. — Почему ты этого не сделала? У тебя был шанс.