Пепел и проклятый звездой король (ЛП)

Кровопролитие и бальные платья. Они действительно сочетаются.
Но я не была готова шутить на эту тему. Воспоминания о свадьбе были еще слишком свежи. Это тоже был грандиозный жест, призванный продемонстрировать власть нового режима его самым важным подданным.
И посмотрите, чем это закончилось.
Райн провел большим пальцем по морщинке на моем лбу.
— К чему это выражение лица?
  
Я уставилась на него, не отводя взгляда, потому что он знал, почему у меня такое выражение лица.
— Не из-за чего нервничать, — сказал он.
Мои брови опустились, потому что к черту всю эту чушь, я знала, что он тоже нервничает.
Он вздохнул.
— Ладно. У тебя есть я. Но мне уже лучше, потому что, если ты войдешь туда с таким лицом, это развеет все сомнения по поводу нашей жестокой, ужасающей силы.
Я не смогла удержаться. Я засмеялась.
— А вот и она.
Он улыбнулся. Несмотря на то, что я все еще чувствовала под ней беспокойство, это выражение затронуло мое сердце. В этой улыбке было неподдельное счастье. Что-то более свободное, чего не было, когда мы только познакомились.
Я вспомнила, как впервые услышала смех Райна, и это поразило меня, потому что я не знала, что кто-то может так свободно смеяться. Он и сейчас так улыбался. Совершенно не по-вампирски.
Я не могла не ответить ему тем же.
Раздался стук в дверь. Кетура просунула голову внутрь.
— Луна всходит, — сказала она. — Все готовы к встрече с вами.
Райн взглянул на меня и поднял брови, как бы говоря: Пора.
Я взяла его за руку и очень деликатно вытерла пот со своих ладоней о его рукав.
— Как мило, — пробормотал он мне на ухо, когда мы следовали за Кетурой к двери.
НАС С РАЙНОМ привели на балкон замка. Не так давно здесь подвесили Райна, чтобы он умер. Теперь мы будем стоять здесь и обращаться к нашему народу.
Это празднество всегда было одним из самых грандиозных в Сивринаже, а в этом году оно была особенно грандиозной. Учитывая сложившиеся обстоятельства, мы решили сделать его более открытым, чем обычно, и пустить жителей Сивринажа на внешнюю территорию дворца. Во внутренних стенах собрались вельможи и чиновники — разумеется, те, кто присягнул на верность новым королю и королеве. В толпе собрались и хиаджи, и ришанцы, и люди.
Год назад, да что там, несколько месяцев назад — такое было бы немыслимо.
Год назад даже мысль о том, чтобы оказаться среди этого общества, с открытым горлом, была бы равносильно параличу.
Волна этого ужаса прошла по мне, когда мы с Райном подошли к дверям, и я увидела море лиц, стоящих перед нами — сотни, может быть, тысячи. Я остановилась у серебряной арки, голова закружилась. Рука Райна оказалась на моей спине, его большой палец провел по обнаженной коже один успокаивающий круг.
Он приблизился ко мне, его губы едва коснулись моего уха.
— Ты в безопасности, — прошептал он.
Казалось, что это какая-то магия — он всегда умудрялся заставить меня верить ему.
Я выпрямила спину, переплела свои пальцы с его пальцами и вышла поприветствовать свой народ вместе с ним.
Где-то внизу в унисон зазвучали голоса:
— Объявляем в этот благословенный вечер прибытие короля и королевы Дома Ночи!
Слова дрожали в воздухе, и висели там, как дым. Они скользили по моей коже. Я почувствовала, что и Райн вздрогнул от них, словно реальность этих слов поразила его так, как он не ожидал.
Волна движения пронеслось по толпе, когда все эти бесчисленные взгляды обратились к нам.
Я перестала дышать.
И я до сих пор не вдохнула, не могла, когда все эти Ришанцы, Хиаджцы и люди, преклонились в поклоне, словно волна, скатывающаяся по морю.
Богиня, помоги мне.
Какое это было зрелище!
Я с трудом выдохнула. Я была благодарна Райну за его руку, сжимавшую мою так сильно, что она дрожала.
Он взглянул на меня краем глаза, слегка сморщившись от улыбки облегчения.
— И тебе даже не пришлось никому отрывать голову, — прошептала я, достаточно тихо, чтобы услышал только он.
Райн подавил смешок.
САМА ЦЕРЕМОНИЯ была краткой — ни один вампир не хотел тратить больше времени на просмотр кучи религиозных ритуалов, чем на еду, выпивку и развлечения. Это празднество должно было ознаменовать окончание одного лунного года и начало нового. Я видела, как Винсент совершал этот обряд, только один раз, и то мне пришлось тайком подглядывать: я наблюдала за ним с крыши соседнего здания и тихонько кралась, пока никто меня не учуял.
Нет нужды говорить, что все ощущалось по-другому, когда ты была в центре событий.
Нам с Райном пришлось сделать Ниаксии три подношения.
Сначала вино, чтобы поблагодарить ее за изобилие в этом году и попросить изобилия в следующем. Мы подняли стеклянный бокал вместе, приподнимая его к небу, наша магия наполнила жидкость из бокала в виде удивительного вихря темно-красной массы и отправила её к звездам наверх.
Затем — кость врага в знак благодарности за защиту и с просьбой о продолжении силы. В этом году нам было из чего выбрать, но особенно уместным показалось предложить ей одну из костей Саймона — кость пальца. Мы подняли отполированный кусок цвета слоновой кости к небу, и вспышкой черного света Астериса, Райн превратил его в пыль и развеяли его по ветру.
И, наконец, мы предложим ей нашу кровь. Это было самое важное из трех предложений, то, которое символизировало нашу вечную преданность и верность. Как гласили священные тексты, именно она сделала нашу кровь такой, какой она была, и поэтому мы предложим её в знак нашей верности.
Сегодня это казалось немного излишним, учитывая, сколько крови мы уже пролили за последние несколько месяцев, но никто из нас не собирался жаловаться на то, что можно сделать еще немного.
Мы с Райном совершили это подношение вместе, наша кровь была общей. Мы использовали мой клинок, разумеется, я все еще носила их везде — чтобы сделать надрезы по нашим ладоням. Затем мы прижали ладони друг к другу и обхватили их. Подняв их к ночному небу, мы предложили Ниаксии кровь: смесь черной и красной.
По традиции Ниаксия сама принимала это подношение, вознося кровь к звездам.
Но сейчас ничего не произошло.
Прошли долгие секунды. Мы с Райном молча напряглись.
Если бы Ниаксия не приняла подношение, это произвело бы ужасное впечатление в столь важный вечер. Я была готова притвориться, если потребуется. В конце концов, это было шоу. Наша магия была более чем способна убедительно поднять в воздух немного крови.
Но наконец — спустя, казалось вечность, хотя прошли лишь секунды — кровь поднялась. Она заплясала на бархатно-черном фоне, как клубящаяся струйка жидкого дыма, и затем была поглощена тьмой.
Мы с Райном одновременно выдохнули от облегчения.
Зрители, не обращая на это внимания, разразились аплодисментами, в основном радуясь тому, что теперь они могут свободно пировать и пить. Мы повернулись к ним, подняв руки в знак торжества и благодарности, и выглядели как подобает королевским особам.
Но мой взгляд устремился в ночное небо, где вихри странных, сверкающих облаков задерживались, как сгустки лунного света.
  
И почему-то в голове прозвучало предупреждение Акаэджи:
Настанет день, когда Ниаксия воздаст по заслугам.
Не сегодня. Не завтра.
Но он наступит.
Потом я моргнула, и странные облака исчезли, словно их и не было вовсе, а это всего лишь плод моего воображения.
Глава
79
Райн
Празднество было занесено в книгу рекордов. Когда-нибудь историки напишут об этом празднестве, хотя кое-что им придется выдумать, потому что если они и были там, то, скорее всего, были слишком пьяны, чтобы помнить все из первых уст. Было очень жаль, что Кейриса не было рядом, чтобы оценить это. Он был бы впечатлен.