Анима 2 (СИ)
Первые три гончих сдохли, так и не дойдя до цели. Попались в ловушки, но я ожидал этого, правда не думал, что их будет так много. Следом выдвинулись копейщики под прикрытием щитоносцев.
— Потерял много заряда в Резчике. Столкнулся с именованным, но не из колонны наставника. Кажется, он даже был знаком с Эзотериком.
— У него было много друзей, — кивнул покровитель.
Гоблины принялись зашвыривать мое построение склянками с огненной водой, из-за чего атака захлебнулась и мне пришлось отступать. Я призвал Праведное Знамя, дающее сопротивление и повышающее боевой дух армии, так что серьезных потерь удалось избежать.
Надо выиграть немного времени, пока аббаты и служки смогут исцелить раны.
— Он был затворником и одиночкой.
— Это в последние годы. До этого твой наставник входил в один из сильнейших рейдов на континенте.
— Никогда об этом не слышал. Как назывался?
— Никак не назывался. Они не особо афишировали себя. Про Уральскую Лавину слышал?
— Конечно… Погоди, это они ее остановили?
Я был еще совсем ребенком, когда это случилось. Обычно разломные твари не особо ладят друг с другом, особенно если принадлежат разным расам и архетипам. Иногда может и до битвы дойти, хотя чаще просто порычат и разойдутся.
Но в случае с Уральской Лавиной было иначе. В горах скопилось много разных тварей ледяного или около ледяного аспектов. А затем они как-то объединились в орду и пошли на запад. Морозные великаны, Ледниковые Медведи, Зимние Волки, Лунные Ведьмы и еще с десяток видов тварей помельче. Говорят, там даже Эльфы Вечного Хлада были. И Духи Ледяной Бури.
После схода орды несколько городов просто перестало существовать. В тех, где не было стационарных порталов, вообще никто не выжил.
Совет городов-государств собирал стяг рейдов, чтобы избавиться от орды, а затем и позакрывать разломы, из которых эти твари выбрались.
— Не спи, — усмехнулся покровитель.
Пока сраные гоблины шли в наступление, мне в тыл под покровом Тумана Войны выпал хобгоблин-берсерк верхом на Матером Волколаке. Знаменосец пал первым, следом улетели служки и один арбалетчик.
Я на это лишь улыбнулся, ведь все сложилось даже лучше, чем я планировал. Карта Праведный Гнев усилила всех воинов, пропорционально количеству погибших. Волколака тут же забили копейщики, а вот с берсерком такой фокус не пройдет, но мне и не надо. Псарь удачно бросил на него сеть, пусть пока побарахтается в тылу.
— Неплохо, — хмыкнул покровитель.
— Лавину же отражали всем союзом.
— Да, но рейд Эзотерика закрывал сами разломы. Четыре из пятнадцати, практически без потерь. Больше, чем они, не закрыл никто.
На поле боя появился Вождь Зеленокожих, так что остальные гоблины моментально воспряли духом и пошли в наступление. Жаль, что Авангард слабоват на магию с уроном по площади. Один Огненный Вал не оставил бы гоблинам и шанса на победу. Но будем работать с тем, что имеем.
Солнцеликий — элитный воин-предводитель Авангарда, накопил достаточно маны. Поле боя осветилось всполохами, ослепляющими гоблинов и дезориентирующими волколаков.
— Спрятал предводителя в моем же Тумане Войны? — в голосе покровителя проскользнуло удивление.
— Иначе ты бы выбил его сразу, — пожал я плечами.
— Да ты растешь прямо на глазах. Узнаю достойного ученика. Жаль только, что этот фокус я уже видел от Эзотерика.
И хоть Туман Войны рассеялся под Бликом Истинной Веры, что скастовал Солнцеликий, не все стало так очевидно. В следующий момент моего предводителя в сияющих латах одним махом сожрал Варан Черной Рощи, который все это время прятался в засаде.
Покровитель напустил Туман Войны, чтобы замаскировать им Засаду, чтобы спрятать в ней Варана.
Я использовал свой последний козырь. Снайпер с тяжелым арбалетом попытался выбить Вождя, но тот прикрылся хобгоблином-телохранителем. На снайпера тут же набросились наездники, не дав даже шанса перезарядить арбалет.
Дальше все пошло по наклонной. Деморализация от смерти предводителя, натиск гоблинов, огненная вода, а под конец и берсерк смог освободиться от сети, чтобы продолжить вырезать задние ряды.
— Признаюсь, в этот раз ты сыграл гораздо лучше. Пару лет тренировок, толика удачи и ты сможешь выиграть.
— Не очень-то и хотелось, — выбросил я остатки карт, которые растаяли еще в воздухе.
— Не умеешь проигрывать, понимаю.
— Не люблю.
— А кто любит? Но ты не станешь сильнее, если будешь сражаться лишь со слабаками.
— Я тут вообще-то грохнул древнейшего арахнида.
— Что не делает его сильнейшим. Но ты молодец, справился хорошо.
— Мне не нужна пустая похвала, — узнаю стандартный прием Эзотерика. — Сам знаю, что сработал Резчик и вклад остальных.
— Но ты не сбежал, хотя мог. И это исключительно твоя заслуга. Драконы уважают твой путь.
— И мой поступок отбрасывает тень, — развалился я на ступенях. — Знаю, знаю.
Хоть я и кривлялся немного, но все же похвала сущности была мне приятна. И я ценил это. Впрочем, я чувствовал, что он это знает. Все-таки Теневой Дракон был древним существом и видел меня на сквозь.
Драконье уважение. Этим мне на самом деле нравился мой покровитель. Он не требовал лебезания или поклонения. Он следовал драконьему кодексу и уважал тех, кто чтит его законы. Если ты идешь по пути дракона, то ты равен тем, кто идет с тобой. Человек, покровитель, сущность, не важно.
Достойные дела достойны уважения. Странная, но близкая мне философия. Потому я не смог бы бросить Саламандра умирать в тенях. Мне кажется, его путь тоже достоин уважения. А еще он отбрасывает густую тень, я видел ее.
Что касается этого Пепла… Почему-то мне не хочется его убивать, хоть его имя и вписано в Храм Имен. Я бы и не смог его убить, но теперь и не хочу.
— Почему я смог вписать имя Эзотерика в Храме? — спросил я.
— Это… — покровитель улыбнулся. — Это очень хорошая ставка. В следующий раз обязательно на нее сыграем.
* * *Первое, что я почувствовал, это запах костра. Следом прохладный ветерок донес легкий аромат травы и запахи готовящейся еды. В животе моментально заурчало, но чувство голода моментально сменилось чувством страха.
Никто не разжигает костер в диких землях. По крайней мере не под открытым небом. Особенно ночью. А звездное небо и запахи говорили о том, что сейчас я лежу именно возле костра, разоженного посреди ночи в диких землях.
Я рывком сел и огляделся вокруг.
— Тихо ты, — рядом сидел Зак. — Очнулся, я уже седьмой вариант придумывал, как Метелице сказать, почему ты помер.
— Бродячие твари, — прохрипел я.
— На, попей, — протянул Зак мне флягу. — Пепельные врубили глушилку. До утра сюда никто не сунется. Это такой одноразовый артефакт, который отпугивает монстров.
Я жадно припал к фляге, в горле пересохло, а распухший язык мешал нормально говорить. От воды мгновенно стало легче.
— Они соберутся вокруг, — произнес я.
— Да и пусть. Тут только одних тяжелых пулеметов три штуки, — хохотнул Зак. — Нам бы одну такую малышку в разлом. Слушай, а бывают артефактные пулеметы? Ну, чтоб в разломах работали.
Я со стоном откинулся обратно на лежанку и закрыл глаза. Прислушался к ощущениям, но вроде бы все было в порядке.
— Видел одного парня как-то раз с рогаткой.
— Рогаткой?
— Артефакт похож на рогатку, всю в рунах исписанную. А снаряды из маны создавал. И вроде как от камней в длани менялись свойства.
— Как колчан у Рича?
— Нет, он стрелы из отпечатков создает. А там просто голая мана. Хотя я не знаю, может и тоже из отпечатков.
— Мощная штука?
— Нет, только гоблинов пугать.
— Вообще не пулемет.
— Вообще, — согласился я.
— Ты как умудрился-то? — спросил Зак, став серьезным.
— А что Саламандр говорит?
— Шел-шел, нашел. Вытащил тебя и еще пару ребят на себе.
— Так и было, — согласился я. — Подрался с пауками и где-то проворонил удар, видимо.