Анима 2 (СИ)
— Уведите ее, — рявкнул Лютый. — И обработайте хорошенько, чтоб к вечеру была послушной и ласковой.
— Иди, — кивнул девушке. — Я разберусь.
Хорошо, что она не стала все окончательно портить. Бандиты уволокли Сиил, в кабинете главы мы остались втроем. Я, Лютый и его личный телохранитель, который явно споткнулся, пока взбирался по эволюционной лестнице, да так и остался валяться ближе к гориллам, нежели к человеку.
Хлопнула дверь за спиной, довольно оскалился Лютый, стрелка часов с тихим щелчком сменила положение, проявившаяся длань разорвала стяжки. Следом послышался глухой удар за моей спиной и звук падающего тела.
Я лениво взмахнул рукой, нож со свистом рассек воздух. Артефактный металл с легкостью пробил плечо Лютого насквозь, пригвоздив его к креслу. Он орет, тянется рукой к револьверу, что лежит на столе.
Я просто делаю шаг вперед и пинаю стол. Силы у меня теперь предостаточно после апов. Оружие летит на пол, Лютого вдавливает в стену и зажимает столешницей. Из-за этого нож в плече лишь усиливает боль.
— Сюда! — орет главарь.
Я медленно оборачиваюсь и разочаровано качаю головой. Так как после демонстрации Заку ящера я развеял самостоятельно, его откат сократился вдвое. Отсутствие ноги почему-то не считалось Анимой за рану, что тоже никак не повлияло на восстановление карты. Сраные импы.
Очень надеялся, что проклятие спало, но в этот раз ящер появился без хвоста, отчего постоянно норовил завалиться вперед. Но хоть с лапами и оружием. Телохранителя он с легкостью вырубил, приложив того баклером.
Я отдал команду, и ящер вышел за дверь. Команды «охранять» не было в списке понятных ему. Все-таки это не существо защиты. Поэтому я просто приказал ему стоять на месте по ту сторону двери и атаковать тех, кто подойдет слишком близко.
— Там пятнадцать человек, — шипит Лютый. — С оружием.
— А? Нет, нет, — махнул я рукой, усмехаясь. — Ты все не так понял. Когда я говорил ей, что разберусь, я имел в виду, что разберусь с тобой и этим громилой. А за девушку не переживай, твои люди давно мертвы. Ой, да чего ты, шучу я. Жить будут. Кроме трех, — задумался я, разглядывая через теневика обстановку. — Да, она, оказывается, не шутила про яйца, прикинь. Жуть.
— Ты рукастый, — через боль прошипел Лютый. — Отморозки совсем берега попутали. Вас за такое…
— Так, стоп, — я чуть отодвинул стол и вытащил нож из раны Лютого. Вернее, коснулся и развеял. — Посиди пока ровно.
Подошел к шкафу в углу комнаты, нашел там громоздкую аптечку и кинул ею в главаря. Затем достал из холодильника две бутылки пива и одну поставил перед ним. Сам уселся в кресло напротив и закинул ноги на стол.
Из этого положения я смогу с легкостью пнуть краешек стола, что переломает ублюдку ребра. Или на крайний случай — бутылкой в голову.
Но Лютый примерно понял расклад и вел себя тихо. Принялся обрабатывать рану, да изредка зыркать на меня исподлобья.
— Ты с речника? Пашешь на Крокодила? — спросил он.
— Даже не знаю кто это.
— Отморозки?
— Нет, я просто тут живу.
— Это не по понятиям. Мы не трогаем ваши общаги, любые терки решаем базаром, а не железом. Старшаки не поймут этого расклада, что ты устроил со своей соской. Будут спрашивать.
— Во-первых, я не местный. Так что вообще ничего не понял. Во-вторых, она как раз не со мной и вроде как, твои ребята сейчас получили за дело. Пятеро девчонок в подвале под наркотой. Минимум две не местных. Чего ты ожидал, а? Короче, за трех дохлых евнухов можешь предъявлять ей, речнику, Крокодилу, да хоть настоятелю церкви, мне насрать. Мы с тобой будем говорить за другое.
— Ты не местный, — усмехнулся Лютый. Взял пиво и сделал глоток. — Давай, пацан, я объясню тебе, как тут дела мутятся. Убьешь меня и моих парней, на их место придут другие.
— Да, Отморозки, скорей всего, — кивнул я, прерывая речь Лютого. — Как ты пришел на место Барона, он сместил Огурца и далее бесконечный водоворот мрази на районе. Убью отморозков, придут новые. Убью их, придут следующие. И так до бесконечности.
Лютый молчал, внимательно за мной наблюдая. Мы оба примерно понимали расклад. Это я еще не стал упоминать о том, что за вмешательство призывателей в темные дела города, ответ будет симметричным.
Сначала придут черные призыватели, которым закон не писан. Такие есть в каждом крупном городе. Кто-нибудь вроде группы Хана, что недавно сбежали из тюрьмы. Если они не справятся, то пойдут жалобы от гражданских, районных администраций, местных органов управления.
Подключат силовиков, у которых тоже хватает способов урезонить особо буйных призывателей. Если и они не справятся — придут клановые наемники. А это уже, считай, война со всем городом. Оно мне надо? Оно мне не надо, разумеется.
— Смотри, — продолжил я, потягивая холодное пиво. — Ты и твои люди немного оборзели. Я могу всех тут закопать, а когда придут те Отморозки, объясню им на вашем примере, что надо уметь договариваться.
— Серьезно? — усмехнулся Лютый. — Ты думаешь, их прозвали Отморозками, потому что они любят базарить?
— Значит, придется и их закопать, а потом идти договариваться со следующими. Если не выйдет, то повторить. И так до достижения результата. Или… — я многозначительно посмотрел на Лютого. — Мы можем просто договориться с тобой. И жить долго и счастливо как в сказках.
— Перетереть зашел, значит? А по-пацански не мог зайти?
— Это она зашла, — кивнул я за дверь, — я наоборот пришел твою жопу спасти. Поймешь, когда выйдешь за дверь и увидишь своих парней. Так что я самый четкий пацан из всех, с кем тебе доводилось базарить. Я правильно выражаюсь? Ну и ладно.
— Чего хочет тушинский лучник? — перешел к делу Лютый.
— Эй, эй, он вообще не в курсе, что я тут. Я же говорю, не местный. Так что я тут сам по себе. Давай с другого конца зайдем. На кого ты работаешь? Кто тут у тебя крыша? Дед?
— Дед юг держит. А мы на северо-западе, это округ Стылого.
— А речник тоже Стылому принадлежит?
— Это север. Там у них Войк за пахана. Крокодил ему башляет.
— Интересно, — задумался я. — Ладно, меня не касается, просто для общего развития поинтересовался. Сколько ты платишь Стылому? Процент или фикс? Ай, чего я спрашиваю, у тебя же все записано, да? Не против, если я твою бухгалтерию почитаю.
— Нет у меня никакой бухгалтерии, — рассмеялся Лютый. — Я ж те не фраер какой…
Три книги и несколько пачек крупных купюр, а также заряженный пистолет, лежали в тайнике под половицей. Очень удобно сделано, между прочим, тайник можно вытащить как из кабинета главаря, так и через потолок первого этажа. Я же взял лишь книги.
Как и предполагалось, внутри оказались записи поступлений денег и еще непонятные мне отметки. В финансах я смыслил ровно ничего. Но бухгалтерия состоит из цифр, как и формулы расчета боевой эффективности разломных боссов, так что примерно я понимал о чем тут идет речь.
К тому же никаких кодов, шифровок и всего подобного, разве что некоторые сокращения были мне непонятны.
Пролистав книжечку со свежими датами, я допил пиво и бросил записи на стол. Прямо перед лицом ошарашенного Лютого.
— Итак, подводя итог, — произнес я. — За последнее время ты трижды поднимал арендную плату у торговцев. Но при этом башлял старшему одинаковую сумму. Денег, как я вижу, тебе хватает. Людей и оружия тоже. Не бедствуешь, получается.
— Не твое дело.
— Теперь мое. Так получилось, что я тут живу. И еще тут живут мои друзья. Живут и честно работают. У некоторых тут живут семьи с детьми. А еще тут живут твои отбросы. Я не питаю иллюзий, что от вашей погани можно легко избавиться просто по щелчку длани. Хотя очень хочется. Но так или иначе, Лютя, мы с тобой будем соседствовать очень долго. И либо мирно, либо не очень, решать тебе.
— Конкретно, че ты хочешь?
— Арендную плату откатишь до уровня двухнедельной давности и ближайший год не повышаешь. Никакой мокрухи, рабства, впаривания наркоты и принуждения к чему бы то ни было. Я знаю, что вы крышуете тут несколько массажных салонов, — я показал пальцами кавычки. — Если узнаю, что кто-то там работает под принуждением, вернусь. Узнаю, что подсаживаете кого-то на иглу — вернусь. Если прессуете мирных, если устраиваете разборки посреди белого дня, если просто борзеете, то я приду и порешу тебя и всех твоих ребят. Будем считать, что с тобой у нас диалог не вышел и надо говорить со следующими.