Арагонская Ост-Индская Компания (СИ)

— Такими деталями синьор Иньиго, что невольно у нас встал вопрос, а как к нему отнесутся другие ваши партнёры, особенно папа, — осторожно поинтересовался у меня сосед, — что ни говори, эти детали весьма-таки своеобразные.
— Вам не стоит переживать на этот счёт мои многоуважаемые будущие партнёры, — холодно улыбнулся я, — я найду нужные слова для других семей, поскольку золото нужно каждому из них.
  
— Тогда этот пункт соглашения, мы оставим полностью на вас синьор Иньиго, — легко согласился он со мной, — тут правда в деле появляется ещё одна немаловажная личность — король Неаполитанского королевства, поскольку портовая служба наверняка будет докладывать его советникам, что галеры будут приходить не только с пленными христианами.
— С Его высочеством Ферранте де Арагоном, у меня последнее время весьма напряжённые отношения, — задумался я, — особенно на фоне того, что он отказался возвращать мне долг, так что я был бы признателен вам, если бы вы поговорили с ним сами.
— Хорошо, у нас есть люди, к словам которых король прислушивается, — кивнул Кристофоро Моро, — тогда он за нами. Логистика?
— До Неаполя на вас, после него на мне, — кивнул я, — я познакомился там с весьма грамотным человеком в этом деле, отправлю ему посланника от себя, который ему всё разложит по полочкам, расставив правильные акценты.
Мужчины переглянулись.
— Правильные акценты, — словно посмаковал на языке мои последние слова Кристофоро Моро, — да вы поэт, синьор Иньиго! Не пробовали браться ещё и за перо, кроме кисти?
— Это просто хобби, синьор Кристофоро, — я пожал плечами, — скрашиваю себе время во время путешествий.
— Которых у вас предостаточно, — понятливо кивнул он, — тогда что касается других ваших просьб, Сенат примет решение выделить папе на Крестовый поход три галеры, и пять тысяч флоринов.
Я сразу покачал головой, это было издевательство, а не помощь, папа только разозлится, если я привезу подобное.
— Вы должны понять синьоры, что война Венеции с Османской империей неизбежна, — сказал я, понизив голос, — султан не остановится и не удовольствуется достигнутым, ещё год, два, может быть три, но всё равно он так надавит на интересы Светлейшей, что у вас не будет другого выбора, как объявить ему войну. Так что то, что вы пытаетесь умаслить его сейчас, не вступая в прямую конфронтацию, для султана ничего не значит, он настроен покорить весь христианский мир и в своей политике вы должны руководствоваться этим фактом, а не верой в то, что захватив Европу, он не прикоснётся к Венецианской республике.
Взгляды всех присутствующих в комнате потяжелели, мои слова не были для них каким-то открытием, они сами так наверняка думали, но произнесённые вслух, они явно морально надавили на них.
— Десять галер и тридцать тысяч золотых, полностью удовлетворят папу, — продолжил я, — прошу вас исходить из этого количества в своих расчётах.
— Пятнадцать галер и двадцать тысяч, было бы для нас более приемлемым вариантом, синьор Иньиго, — заметил Джорджо Лоредан.
Я задумался, в принципе это было лучше, чем спорить с ними дальше из-за денег, тем более, когда я смогу десять тысяч доложить из своего кармана, не оповещая об этом папу и самих венецианцев. Я не обеднею, а выполненное поручение, всё же выполненное поручение.
— Договорились синьоры, — ответил я, после небольшого раздумья, — и у нас есть ещё кардинал Барбо.
— Этот вопрос был самым тяжёлым для нас, — признался Кристофоро Моро, — сбор десятины и остальные привилегии мы ему вернуть не можем, это неоспоримый факт, но мы готовы предложить ему епископство с личным доходом в десять тысяч флоринов, которое Светлейшая может предоставить ему с согласованием этого назначения папой.
— Не знаю, как отнесётся к этому предложению кардинал, но я постараюсь донести до него, что иногда голубь в руке бывает лучше, чем аист в небе, — задумчиво ответил я, не зная, как кардинал отреагирует, но и правда, чего он ждал от меня, прося об этой услуге? Что я буду спорить ради него с Сенатом Светлейшей? Пусть довольствуется неплохим годовым доходом и радуется хоть чему-то, что получил от обычно скупых венецианцев.
— Вы сегодня для нас, синьор Иньиго, просто кладезь народной мудрости, — с улыбкой пошутил Кристофоро Моро, — тогда у нас есть ответная личная просьба уже к папе.
— Какая, синьоры? — обвёл я взглядом присутствующих за столом.
— Папа публично похвалит синьора Кристофоро Моро за это соглашение по поводу Крестового похода, — ответил мне Джорджо Лоредан, вместо самого синьора Моро, — и скажет, что он был бы отличным правителем, с которым Риму приятно было бы вести дела.
— Можете не сомневаться, синьор Кристофоро, — я повернул взгляд к человеку, который и так станет следующим дожем, даже без этой просьбы, — я приложу все силы, чтобы всё так и случилось. Могу даже добавить активное участие синьора Джорджо Лоредано в этом деле.
— Не стоит, моей кандидатуры нет в следующих выборах, — с улыбкой заверил меня другой нобиль, — так что не будем распылять внимание выборщиков.
— Полностью вас понимаю, — согласился я с ним, — ну и последнее, что я хотел бы у вас спросить, не сделаете ли вы для меня небольшую закупку вооружения.
— Где и главное у кого? — хитро улыбнулся мне Джорджо Лоредан, явно понимая, что если я прошу об этом их, то это явно неспроста.
— Птичка на хвостике принесла мне интересную новость синьоры, — улыбнулся я тому, как хорошо мы понимаем друг друга даже без лишних слов, — что король Венгрии Матьяш I Корвин, вводит в свою новообразованную армию массовое применение огнестрельного оружия, подобно тому, что иногда используют швейцарские наёмники.
— М-м-м, — венецианцы удивлённо переглянулись, — впервые о таком слышим, синьор Иньиго.
— И тем не менее, — я склонил голову, — я бы хотел, чтобы вы узнали, где и у кого он закупает аркебузы, и если у производителя они есть готовые, выкупить для меня пару тысяч такого оружия. Уверен, что вы узнаете прежде цену на единицу оружия у венгров и дадите цеху оружейников чуть больше, чем Матьяш I, не сильно меня при этом разорив.
— Король совершенно точно не будет доволен этим нашим поступком, — заметил задумчиво Джорджо Лоредан.
— Да, согласен, — задумался я, придумывая на ходу, — отправите ему от меня посла, с богатыми подарками, и скажите, что это оружие нужно родосским рыцарям для отражения атаки осман на остров, и без этого они просто погибнут. Не думаю, что христианский король, ненавидящий турок, не пойдёт нам навстречу.
— Простите за вопрос, синьор Иньиго, а куда на самом деле пойдёт это оружие? — осторожно поинтересовался у меня Кристофоро Моро, — просто чтобы мы сами знали, что оно не повернётся против нас самих же.
— За это вам не стоит волноваться, синьор Кристофоро, — я успокаивающе поднял руку, — у меня служат родосские рыцари и оружие пойдёт ровно для тех целей, о которых вы скажите королю Венгрии, с помощью него я накажу осман за их дерзость по отношению к христианскому миру.
— Тогда для нас это приемлемая сделка, особенно учитывая то, что вы доверяете нам вести переговоры от своего имени, — кивнул мне синьор Моро.
— Впереди у нас большое дело синьоры, — улыбнулся я им, — было бы странно не доверять вам по мелочам. Что же, тогда на этом всё? Мы обсудили с вами все пункты?
— Скажу даже больше, синьор Иньиго, — вздохнул Джорджо Лоредан, — если бы от пап всегда приезжали настолько договороспособные послы, как вы, отношения между Светлейшей и Римом были бы намного лучше. Так что да, мы довольны проведёнными с вами переговорами.
  
— В свою очередь синьоры хочу тоже поблагодарить вас за конструктивный диалог и то, что учли мои интересы в этом посольстве, — я склонил голову и легко поклонился каждому, — предлагаю детали нашего основного договора по квасцам уже с цифрами и графиком поставок обговорить завтра, после моей встречи с Сенатом.
— Мы вас встретим и проводим, чтобы всё прошло для вас как можно более просто и спокойно, — ту же заверили меня Кристофоро Моро и Джорджо Лоредано.