Между семьей (ЛП)

— Ой, дело не только в тебе, я могу отказаться выполнять чьи угодно приказы, если захочу, — сказала я ему. — Ничего личного, приятель.
— Наше соглашение…
— Я ж говорила, — сказала я, засовывая руки в карманы. — У нас не было соглашения. У тебя нет моего имени, и ты не можешь наговорить на меня всякого в сущность бытия, так почему бы тебе просто не заткнуться и не заняться делом?
  
— К сожалению, я ошибся насчёт твоей роли во всём этом, — сказал Сэро, слегка скривив губы в брезгливой гримасе отвращения. — Такая пустая трата времени и сил! Я действительно думал, что ты окажешься очень полезной, но после… ознакомления с одним или двумя окончательными источниками, оказалось, что я был введён в заблуждение. Меня утешает то, что, по крайней мере, ещё у одного были такие же подозрения, и, похоже, он действует в соответствии с ними. Это должно быть забавно. А пока, как только ты ответишь на несколько вопросов, я больше не буду в тебе нуждаться. Наше соглашение расторгнуто.
— Ты только что, блин, сказал много слов, чтобы выразить то, что я сделала, когда сказала, что у нас нет соглашения, — сказала я. Мне бы хотелось поразмыслить над тем, что значило, что ему пришлось сказать мне это вслух, прежде чем он позволил себе открыто напасть на меня, но у меня не было на это времени. Надвигалась открытая атака, и я должна была быть готова умереть как можно более решительно.
— Ты можешь пожалеть об этом, Пэт. Я бы забрал тебя осторожно, но сейчас я больше склонен к тому, чтобы сначала ты пострадала. Если ты сдашься и будешь молить о снисхождении, я, возможно, избавлю тебя от боли.
— Не-а, — сказала я, расплываясь в улыбке, от которой у меня заболели щеки. — Я собираюсь драться.
На самом деле, я собиралась умереть — либо здесь и сейчас, либо после долгих мучительных расспросов, — но не было особого смысла говорить ему об этом: он и так знал.
Он произнёс одно-единственное презрительное слово.
— Смешно.
Чертовски грубо. Я вытащила меч с одной стороны тропинки, а другой — с противоположной — мечи, которые должны были стать столбами ограды в мире людей и молодыми деревцами в мире За, но вместо этого превратились в то, чем я хотела их видеть.
— Приведите Питомца, — сказал Лорд Сэро.
Ну что ж. Это было оно. Я должна была умереть где-то в За, не имея возможности ничего сделать с фейри, убившим моих родителей, или с фейри, который приказал ему это сделать. К тому же это была нелёгкая смерть, и Зеро предстояло столкнуться с телом другого человека, с спасением которого он ничего не смог поделать. Кто должен был быть рядом, чтобы убедиться, что он снова не превратится в глыбу льда, вот что я хотела знать?
— Извиняй, — пробормотала я себе под нос. — Похоже, ты здесь сам по себе.
Затем я опустилась чуть ниже в защитную стойку, держа мечи наготове, и стала ждать броска, стремительного движения вперёд, которое охватит меня, раздавит и убьёт. Я ждала, когда первый человек выйдет вперёд и нападёт.
Но никто не напал.
А Лорд Сэро был просто…уходил. Некоторые люди никогда ничему не учатся. Он что-то сказал, затем повернулся и ушёл, как будто мир всегда был и всегда будет работать именно так, как он хотел. Может быть, в целом он и был прав, но по какой-то причине прямо сейчас он был неправ.
Они пытались пошевелиться. Я видела, как напряглись их мускулы; я видела, как те, что покрупнее, сзади подталкивали тех, что впереди, но ни один из них, казалось, не мог пройти мимо очень маленького камешка, который только что отскочил от корней живой изгороди.
Я невольно встретилась взглядом с Атиласом и увидела, что его брови поползли вверх. Он был поражён, но в то же время удивлён, и это так больно резануло меня по сердцу, что я даже прижала руку, в которой сжимала меч, к груди и отвернулась, желая, чтобы мне не было больно дышать.
— Мой господин, — сказал он. — Похоже, тут какая-то проблема.
Что-то гораздо более крупное внезапно вывалилось из-за корней живой изгороди, и теперь, когда я приняла боевую стойку, было действительно трудно не принять это за нападение. И я не могла атаковать по-настоящему, потому что на этот раз это был не камень, а Старый Сумасшедший Дядька.
Он распрямил покрытые пылью руки и ноги и сказал мне доверительным тоном:
— Стоять приятно. Очень мило. Но сейчас лучше бежать.
— Поняла, — поспешно сказала я. — Давай уйдем отсюда. Подожди, мне нужно убедиться, что Кевин…
— Твой пёс пошёл домой, — сказал он, хватая меня за правую руку, за рукоять меча и всё остальное. — Леди, гнездо — это самое лучшее, так что следуйте за псом!
— Ликантропом, — сказала я, но ему, похоже, было пофиг.
Хихикая, Лес отбуксировал меня обратно на другую сторону тротуара, к которому я подошла как раз перед тем, как увидела Лорда Сэро, и мы помчались по дорожке, сопровождаемые криками приспешников Лорда Сэро позади нас. Не знаю, действительно ли мы пошли по пути Кевина, но Лес, казалось, знал, куда идёт, и он ещё не был мёртв. Я решила довериться ему.
Это оказалось правильным решением, потому что к тому времени, когда нас занесло на слишком большом количестве левых поворотов, чтобы мы могли двигаться в правильном направлении, мы выбежали на задний двор, что принесло нам столько же облегчения, сколько и беспокойства.
Никто из нас не замедлил шага; мы побежали к заднему дворику, где Кевин сидел с упрямством пса, который отказывается идти к ветеринару, в то время как Моргана тянула его за шкирку и тщетно пыталась убедить зайти внутрь. Он вскочил, как только увидел нас, и мы все как безумные бросились в дом, тяжело дыша, пихаясь и бормоча взаимные обвинения.
— Вот ведь блин! — сказала я, когда за нами закрылась дверь и у меня по спине побежали мурашки. — Что вы делали на заднем дворике, придурки?
Негодование сделало то, чего не могло сделать ничто в тот день, и побудило Кевина вылезти из своего меха и превратиться в чуть менее травмированного, обнажённого молодого человека, который мог огрызнуться на меня:
— Ты швырнула меня через живую изгородь!
— Ага, ну, извиняй.
— Нет, не извиняю.
— Ага, что ж, тебе придётся смириться с этим. Я сказала Моргане, что доставлю тебя обратно в целости и сохранности.
— Я мог бы помочь тебе сражаться!
— Знаю, — сказал я. — Но я не хотела сражаться. Я убежала. Я просто убедилась, что ты не стоишь у него на пути, чтобы он не знал, в какую сторону гнаться.
Он уставился на меня.
— Ты тоже убежала?
— Я не настолько глупа, чтобы сражаться с Лордом Сэро в одиночку, — прямо сказала я. — Мы пытаемся не умереть.
— Никто не умер, и это самое главное, — сказала Моргана. — Кевин, пожалуйста, иди и оденься! Я знаю, тебе всё равно, но некоторые из нас позже хотят быть способными поесть!
— Это чертовски грубо, — сказал он, но всё равно поднялся наверх.
Моргана обняла меня с гораздо большей силой, чем я помнила, и тихо всхлипнула где-то возле моего уха, что в итоге превратилось в «Спасибо, что вернула Кевина».
— Как дела у остальных? — спросила я, отстраняясь. Наверное, мы все не отказались бы от чашечки чая, но я не знала, хватит ли у меня сил приготовить чай или кофе.
— С Шантель всё в порядке; как только я заставила её снова перекинуться, она начала поправляться. Им, вероятно, понадобится отдохнуть денёк-другой, и они будут драться друг с другом, как обычно. Эта штука, буньип… мёртв?
— Как дверной гвоздь, — сказала я, зевая. — Здесь ещё есть что-нибудь интересное?
— Нет, но у нас не получилось снова придвинуть стол к окну, — сказала Моргана, направляясь через холл в гостиную. — В смысле, мы можем передвинуть его туда, но не можем удержать его там.
  
В спешке вернуть Кевина я совсем забыла о том, какой ущерб был нанесён дому; нам пришлось пробираться сквозь завалы и пыль, чтобы добраться до гостиной. Оказавшись там, я увидела, что была не единственной, кто, удивлённо подняв брови, наблюдал за беспорядком — Джин Ён стоял у окна, поджав губы и приподняв брови.