Строптивая жена Властелина Пограничья (СИ)

— Мой герцог, вам нужно постепенно вливать свою магию хозяйке. Важно, чтобы ваши магии переплелись. Странно, что столько времени прошло со свадьбы, а вашей магии и следа нет.
Мег не ходит вокруг да около режет правдой-маткой в лицо. Сейчас завуалировано, мол нет вашей магии. Перевести на нормальный язык — что ж вы герцог не выполняли свой супружеский долг. Гио тоже об этом же предупреждал. Но я самый умный был. Вот и оказался по уши в дерьме. Чего уж тут приукрашивать действительность.
— Не обижайтесь, мой герцог, но если вы хотите, чтобы хозяйка осталась с вами, то засуньте свой эгоизм, знаете куда или подсказать?
— Знаю, Мегги, знаю. Я осёл. Вампир не остановится, пока не заберёт у меня Эйвис.
— Нужно защитить хозяйку. Я никогда раньше не делала защитные амулеты от вампиров. Это очень сложно. Магия вампиров самая древняя и мощная. Скажу честно, что я не уверенна справлюсь ли.
— Кроме тебя, некому помочь моей жене.
— Её лучший защитник — вы, герцог. Возможно, то, что скажу сейчас, покажется кощунством, но иного выхода нет.
Мег вздыхает. Боится говорить.
— Говори, я тебе доверяю и сделаю всё так, как ты скажешь.
— Хозяйка до сих пор во власти укусившего её вампира. Даже если я изготовлю амулет защиты, то она сама снимет его, если вампир попросит. Его она любит. Любовь к вампиру похожа на приворот. Суть магии одна и та же.
Как же мне больно слышать слова Мег, что Эйвис любит другого. Словно мои кошмары ожили. Альгул знал, куда бить.
— Пока хозяйка слаба, приворот я снять не смогу. Она этот обряд не переживёт.
— Мег, с чего ты взяла, что она слаба. Посмотри румянец. Мне даже кажется, что она специально при мне закрывает глаза. Наказывает меня таким образом. Но так как я себя корю, она не сможет наказать сильнее.
— Простите, господин Рауль, но, мне кажется, что вам тоже лечиться надо, — Мег трясёт от негодования. — Это надо придумать такое. Хотите знать моё мнение — вы не достойны такой жены, как герцогиня. С первого дня, как она появилась в замке, с вашей стороны хозяйка видела только унижения.
— Остановись, Мег, пока держу себя в руках.
— Да потом хоть потоп, но я выскажу всё, что я думаю о вашем отношении к хозяйке.
— Да тебе-то откуда знать? Или Эйвис жаловалась?
— Хозяйка никогда не жаловалась. Но если вы думаете, что слуги ничего не видят и не знают, то ошибаетесь.
Я скептически хмыкаю. Ну-ну, продолжай! И Мег продолжила. Лучше бы я этого не знал.
— Пока вы доблестно выполняли обязанности Властелина Северного Пограничья, она лечила вашего отца. Я знаю, что это тайна. Так получилось, что я узнала. Герцогине нельзя лечить, но она плюнула на все запреты и вытянула вашего отца с того света. И что получила взамен? Полную потерю магии, сильнейшую болезнь и на сладкое — обвинения собственного мужа в симуляции и желании убить его отца. Как вам такое?
— Мне стыдно, Мег. Но у каждого из нас свои тараканы в голове. Мои не дают мне жить спокойно.
— Так может, начнём с изгнания ваших тараканов? Иначе не видать вам жены как своих ушей.
— Я не готов выворачивать душу наизнанку, — жёстко ответил я.
Но Мег это не смутило.
— Простите, но всё дальнейшее лечение хозяйки имеет смысл только в том случае, если вы научитесь её любить. Больше никак.
— Я вообще не умею любить, — отрубаю я.
— Так не бывает, — настаивает Мег.
— Вы слишком носитесь с этой своей сказочкой про любовь.
— Сказочкой? — её трясёт от негодования.
— Да, сказочкой из розовых соплей. Каждой принцессе по принцу на белом коне. А если принцессе не нужен принц, ей нужен демон. Что если она разбила сердце этому самому принцу?
Я замолкаю. Мег внимательно смотрит на меня. Ждёт продолжения. Я никому не рассказывал эту историю. Даже близким друзьям. А сейчас мне хочется излить свою боль Мег.
— Я тогда учился в колледже Пяти Стихий на третьем курсе, когда я увидел её. Она была прекрасна как сама любовь. Возле неё постоянно было движение из парней и девчонок. И в центре она. Она никогда не была принцессой. Она была королевой и искала себе короля. Учёба была ей не нужна, колледж она поступила, чтобы найти себе подходящего мужа. Тогда я всего этого не знал.
 
Мне больно. Эти воспоминания я загнал на задворки памяти.
— Она стала моим наваждением. Набравшись храбрости, я признался в любви. Она рассмеялась и сказала, что ей нужен герой, а не мальчишка. Сколько всего я сделал, чтобы она увидела во мне мужчину. Даже чуть из колледжа не вылетел.
Какой же я был осёл тогда! И ничего не изменилось. Только той, кому нельзя доверять — я доверял и любил. А свою жену на пушечный выстрел не подпускаю. Бью кулаком себя по бедру. Правильно говорит Гио, что я дурак.
— Она милостиво разрешила за собой ухаживать. Я стал её пажом. Потом мы стали близки. Она стала моей первой женщиной и этим крепко привязала к себе.
— Вы всё время говорите «она», «её» не называя имени. Как её зовут?
— Её звали Лейла.
  
Глава 17
 
Рауль Ренделл
— Звали? — удивляется Мег.
— Да, Лейлы уже давно нет в живых, — я удивлён, что в моём голосе больше нет боли.
— Её убил вампир? — Мег заинтересовалась моей историей.
— Мы её убили оба.
— Вы говорите загадками.
— Лейла влюбилась в Альгула. Я сейчас могу её понять. Он старый и опытный. При этом красив и молод. У неё не было шанса устоять. Вампиры умеют очаровывать. Она ходила за ним по пятам и буквально умоляла, чтобы он сделал её вампиром.
— Зачем ей было становиться вампиром?
— Вечная молодость, красота. Неограниченные возможности, — я пожимаю плечами. Откуда мне знать, что заставило желать Лейлу, стать живым мертвецом.
— А как же вы, мой герцог? — Мег меня жалеет. Я это вижу по взгляду. Такой же взгляд был у Лейлы, когда она объясняла мне, что я полное ничтожество.
Ненавижу жалость. И женщин тоже ненавижу. Лживые, подлые существа. Даже самые лучшие из них годятся только удовольствия в постели и для продления рода.
— Лейла потрудилась объяснить мне, что я ничего не стою по сравнению с её драгоценным Альгулом. Он очень много ей обещал. Кое-что из обещаний даже выполнил. Я же ничего не обещал, кроме любви и верности.
Мег не перебивает, смотрит на меня, как будто раздумывает, нужно ли вытаскивать Эйвис, чтобы отдать её в руки такого чудовища, как я.
— Альгул обратил её в вампира. Лейла бравировала, что он обещал сделать её королевой, — ловлю осуждающий взгляд Мег. — Не суди его строго. Мы оба её любили и могли пообещать звезду с небес. Только вот Альгул, подгоняемый Лейлой стал делать попытки свергнуть короля Станислава. А такие поступки с рук не сходят никому. Станислав не стал марать об изменника руки, а нанял наёмников убить Альгула.
Мег вскрикивает. А у меня всё перегорело давно, только пепел остался.
— Так, случайно получилось или Станислав специально нанял именно нашу команду. До нападения на имение Альгула я даже не знал, кого нам заказали. Мы ехали убивать вампиров. У меня ненависть к ним была объяснима.
— И что вы сделали, когда узнали?
— Вырезали всех, кто был в имении. Это же был заказ наёмникам. Мы жизнями поклялись его выполнить. По закону наёмникам не мстят. Мстят заказчикам.
Я снова переживаю ту ужасную ночь. Вижу безумные глаза Лейлы, её клыки, целящиеся мне в горло. Я защищал свою жизнь. В том доме, кроме Лейлы, я не убил никого. И денег за заказ не взял.
— Если убили всех, то как же выжил Альгул.
— Этому засранцу опять повезло. Его не было дома.
— Как же он узнал, что Лейлу убили вы?
— Вот и мне это интересно. В событиях, закрутившихся возле меня вопросов больше, чем ответов.
Выхожу из спальни, чтобы поработать в кабинете. Дверью сбиваю немого мальчишку, который помогал Эйвис с отцом.
Он встаёт, хватает меня за руку и куда-то тащит. Мне любопытно. Иду за ним.