Тараканьи бега 3 (СИ)

А с островка, взбивая воду, к нам неслась Лесла и кричала:
– Стр-р-ри-иг!..
Он толи увидел, толи услышал её, толи, наконец, просто-напросто вообще начал хоть что-то осознавать, прыгнул ей навстречу, они схватились за руки и принялись прыгать в воде, где было им по пояс, синхронно, а орать в унисон.
Я воспользовался паузой и поинтересовался у Майи:
– «Как? Получилось?»
Она перестала визжать, вскинула обе руки вверх и уже членораздельно выкрикнула:
– Победитель чудовищ!
Как студенты ни прыгали, как ни орали, но её сумели расслышать. Стрриг замолчал, повернулся к нам и занедоумевал:
– А так бывает? Я тоже! Мне вторую ступень дали.
– Бывает, что петух рожает! – влез наш гном. – Лесла! Попрыгала и хватит! Порадуй дедушку – вытя… – и аж рукой заткнул себе рот, испугавшись сглазить: – Работать, девочка, работать! Вон, перед тобой такой многообещающий объект!
Тем временем вспыхнули одно за другим ещё три системных сообщеньица про мелких ольбрыгов, оповестившие меня, что моё Текущее развитие увеличилось ещё на семьдесят пять эксп:
Текущее состояние: Развитие = 25290 (29860 эксп.) эксп.»
То есть, дали понять, что и у Ольги враги кончились. А тут ещё и наши орки в замке зашевелились, получив оповещение о победе отряда над двадцатипятиуровневым монстром: «Командир, это что? Это как? Мы, значит, тут пивом давимся, а вы там…»
Ах, вам пиво уже в горло не лезет, ну, что ж, добро пожаловать в болота, давайте меняться!
Но нет в жизни счастья: мне уйти не получилось. Едва я поднялся, рядом оказалась Ольга. Я думал, она начнёт хвастать успехом зачистки, а она, в процессе того, как мы дрались с чудовищем, заметила существенную подробность. И не одна она. Эльфийский рейнджер уже даже обсудила с ней оный нюанс, и они пришли к единому мнению.
В общем, тот звуковой удар, от которого наш стиратель, наверное, до сих пор не отошёл – вон, глаза по-прежнему совершенно шалые! – так вот, тот скрип, кажется является ещё и определённым сигналом. Потому что, когда девятиног его издал, все три шестинога резко изменили направление своих движений и со всех пересчитанных ног ринулись к своему боссу. А если учесть, что число сто одиннадцать (их общее здесь количество) ни в двенадцатеричной системе, ни даже в десятичной –знаковым не является, то…
– Хотите сказать, что сюда сейчас прёт ещё сотня-другая этих гадин?! – попытался перейти к конкретике я.
– Да, – кивнула Рилль.
– Ты такой умный! – невинно улыбнулась блондинка.
– Стразы! – тут же выкрикнул жадный гном. – Это ещё полсотни, а то и больше стразов!
– Нет, – отказал ему я. – Мы опаздываем. А потому…
Я ж говорил уже, что, когда волосы у меня встают дыбом, они и мозговые извилины подбадривают. Вот и сообразил – отправил ксану к выходу из болот в одиночку. Где для нас трясины и болотный ужас, для неё – почти природная среда обитания. Если иначе, если нам всем ещё километров десять-пятнадцать по топям топать, то это до вечера! А ей… Она прикинула и пообещала в полтора часа уложиться. Вот оттуда можем и двинуть уже сообща. Хотя… Чего уважаемому профессору, например, зря теперь ноги по буеракам ломать, когда во дворце пиво греется?
Ольга дослушивать нас не стала.
– Разбирайтесь. Я свою задачу уяснила, – кивнула она и ушла в воду. И только водоворотики от моноласта некоторое время делали заметным её стремительный подводный ход.
– Кажется, свою мы тоже… м-м-м… уяснили, – переглянулись эльфийки: – Как ты сказал? – “ломать по буеракам ноги”? Что ж, тогда хоть сил поднабраться надо, что ли… – и свалили во дворец. А там, ничего не отвечая на вопли орков, с синхронной высокомерностью поморщились на следы пивного разгула и, вскинув носы, удалились в выделенные им покои. Почивать.
(Кинжал асассина Майя вернула. Правда, при этом очень нетонко намекнула: «Захочешь мне дорогой подарок сделать – бегать по лавкам не спеши.» И ещё она посоветовала приглядеться к возвращённому оружию: "Это тебе от меня бесплатно". Я поначалу не понял, но, исполнив совет увидел: кинжал после убийства третьего подряд чудовища “уровня выше уровня локации” проапгрейдился: откат уменьшился вдвое. Что ж мелочь, а приятно!)
 
Перетаскивать зеленокожих в болота, выпало мне. И остаться при них тоже. Потому что по хлябям вокруг островка ещё оставалось валяться почти сорок неразделанных туш ольбрыгов, в которых по предположению почтенного учёного, пряталось не менее тринадцати стразов. Не говоря уж о мясе, шкурах и прочих печёнках-селезёнках. Не говоря уже о главном призе – туши девятинога. (Кстати, весь его скелет сразу забила себе Рилль. Я к тому времени уже описал остальным, какой натюрморт из черепов соорудила перед своим домом эльфийка, и, прикинув, как его оплетет многоногое чудище, никто конкурировать с ней в этом деле не стал.) И разделывали мы всё – в четыре руки, и ещё пять пар к нам их подтаскивали, ведь угроза, что ещё пара сотен шестиногов вмешается в процесс добычи полезных ископаемых, была очевидной. Вступать с ними в бой без Ольги не хотелось даже расчётливому мэтру. Хотя тому даже почти килограммовый страз из девятинога энтузиазма не исчерпал – он до последнего шестинога никуда уходить не собирался – таскал тела, покрикивал на Леслу, как-то даже умудрился устроить между мною и ею состязание, кто стразов добудет больше! Результат оказался неожиданным: когда разделывать начали мы оба, процент тел со стразами стал выше и у неё, и у меня, чем, когда она разделывала, а я таскал.
Надо бы проверить – важно только моё участие или это резонансность двух Золотых ударов? Но это уж потом. Всё-таки угроза появления ещё одной армии спрутов нервировала всех. Никаких экспериментов – работать негры, работать! Солнце ещё высоко.
Помимо того элитного страза – по размерам вроде бы даже крупнее теннисного мяча – всего добыли сорок четыре более мелких: от пятнадцати до двадцати трёх карат. Не так уж и много получилось. По четыре на душу только.
Больше часа ушло на всё про всё, но, благодаря оркам, успеть у нас получилось. Уже когда мы, мужской компанией сидели за пивом в бассейне (девушки, как только оказались во дворце – сразу ускакали к себе. Даже Лесла понежиться в переданных ей в личное пользование – во дворцовых! – апартаментах предпочла компании Стррига.) Так вот, мы уже успели бухнуться в бассейн, когда на карте нашего последнего боя высыпала рябь красных точек. Которые сначала обложили базовый островок, а потом потянулись по высвеченному на карте следу ушедшей Ольги.
У нас даже разговоры на время затихли.
– Сколько же их?! – пробормотал Огтей.
– Лекс? – перевёл на меня стрелки профессор.
« – Триста восемь, господин.
– Чуть более трёхсот, – озвучил я.
– Ещё сотня жемчужин! – заоблизывался тот. – И у них там неподалёку гнездо. И, раз в девятиноге сохранился уник – нетронутое.
– Нет, – покачал головою я. – Сначала основная задача.
– Снача-ала! – надавил гном.
– Без Ольги – не потянем. А она… Сами знаете, кто она. И нужны ли ей, такой необыкновенной, будем мы, я не знаю.
– Мэтр, – после недолгого молчания обратился к нему Ветогг, – а тот камешек покажите ещё…
Да уж, камешек… Он сиял мягко, словно вглубь себя, не ослепляя, а привораживая.
– Как делить будем?
– Либо жребий, либо продаём и делим золото.
– Сколько же такой стоит?
– Этот дворец Ольге, – мэтр небрежно покрутил головой по сторонам, – уступили за меньший.
– Именно “уступили”, – уточнил для юного аристократа я, когда он лицом начал изображать сомнения. – Заметил, что королеве замок сей почему-то неприятен? Думаю, она от него рада была избавиться.
Стрриг задумался и кивнул. А орки принялись оглядывать окружающее нас великолепие с более прагматичным интересом.
– Остыньте! Если камешек делить на всех – не так уж и много на каждого, – хмыкнул на их приценивание приземистый знаток. – Его цена – чуть больше десяти тысяч золотых. Всего по тысяче на нос выйдет.