Тараканьи бега 3 (СИ)
– Нам тоже…
– Стрриг, -- повернулась она к студиозу. – Твой шатёр при тебе?
– Да, высокая.
– Мэтр, – повернулась она его наставнику, – Вы его видели?
– Да, высокая, – хмыкнул гном. – Последний раз – вчера ночью.
– Вопрос номер один: мы все в нём уложимся?
– Да, – поморщился преподаватель.
Да, всем десятком лежать в нём будет не вольготно.
– Вопрос номер два: его Скрытность достаточна против зверей 19-22-ого уровня?
– Про альфу гоорили, она 25-ого…
– Альфа-самка дисторгов не отходит главного лежбища более, чем сто сорок четыре ярда. Мне повторить вопрос?
– Ответ на второй вопрос – да, но наши следы... По ним дисторги просто-напросто носом уткнутся в полотняный шатёр и прорвут его!
– Их носы я нейтрализую. По следам хищники на нашу ночную стоянку не выйдут.
– Точно?
Эльфийка на секунду задумалась, вытянула руку и в ней оказался рыжий камень. Зачем она таскает его в своём рюкзаке?
– Что это? – спросила она у гнома.
– Гранит, – пожал плечами он. – Скажу больше: ты его наверняка подобрала там, где мы расстались с проводником из деревни.
Светлая безмятежно улыбнулась и повторила его реплику:
– Точно?
Тёмная засмеялась.
Гном нахмурился, пожевал губами, но всё-таки сумел себя заставить произнести:
– Извини, высокая.
– Не за что, – покачала та головой.
И тёмная опять явила пекло своего приоткрытого рта.
Хватило ума у старого, – покачал головою и я. – Хоть на извинения.
« – Обманули дурака, на четыре кулака! – вдруг захихикала рыжая, вспомнив поговорку из моего детства. – Обманули!..
Что? Эльфийка обманула Гаррота? В чём? Рилль вовсе не так уж и уверена в своих силах?
« – Нет, господин, обманули не Гаррота, а Гаррот. Вас, в том числе. Но эльфиек обмануть у него не вышло: светлая на его извинения сказала: «не за что» – она поняла: препод успокоил слушателей: сомневаться в профессионализме рейнджера не стоит, ей от дисторгов спрятаться, как ему гранит от кварца отличить.
Всё это мне коррелятки растолковывали уже набегу.
И н т е р л ю д и я
Несколько минут спустя, набегу.
– Рилль, неужели у тебя своей палатки нет?
– Есть. А у тебя?
– Да, сегодня поняла, что в лес придётся идти и купила, – ответила Анна. – Но скрытности у неё пока – только от зайцев прятаться. Неужели и у тебя она ниже требуемой?
– Выше. Я же навык в нулёвке брала. В лесу даже ты меня в ней с двух шагов не найдёшь. Малый шатёр – на четверых.
– И ты будешь ночевать в толкотне шатра общего?!
– Да.
– Но почему?!
– Поставлю свой – надо будет принимать ещё троих. Ты и? Пара орков?
– Обе девочки.
– Те девочки глянут на своего мальчика, а он покачает головой. Стрриг ни свою девочку, ни свою поднадзорную из поля зрения выпустить не решится. Так?
– Да, – поморщилась Анна. –Простолюдинку ещё отпустил бы, а Оннатаэллу – ни за то.
– Кто она?
– Старшая дочь, старшей сестры герцога. Самая заманчивая невеста всего герцогства. Говорят, ею заинтересовался даже граф Нефред.
– Кто это?
– Ты в своём захолустье не слышала? Бастард королевский. До сих пор главный мачо столицы
– До сих пор?
– К сорока уже идёт. Оннатаэлла успела сбежать в провинциальную Академию и попала под королевский Указ. Пока не закончит или не вылетит – недоступна.
– Даже для королевского бастарда?
– Ну… Если у тебя дядя – герцог провинции, а у бастарда кроме замка на королевском содержании – ничего…
– А мальчик её охрана, я правильно поняла?
– Да. И если с ней что-то случится, а он останется жив, но не сможет доказать, что сделал всё возможное и невозможное, не только его – и семью не пожалеют.
– Так он Леслу с собой таскает, как свидетеля?
– Там сложно… Представь себя на месте герцогской племянницы…
– А-а… Она его терпеть не могла и назло ему подружку заимела, а подружка оказалась умненькой девочкой, и когда мальчик решил поиграть на этом, – наследница семьи усмехнулась: – получилось, что все заигрались и доигрались.
– Наверно, где-то так. Но, если мальчик убережёт принцессу и сдаст её с рук на руки – ему многое будет позволено: герцог, говорят, очень ценит Оннатаэллу, очень. Последний год остался.
– Учту.
– Сверг и гном, – выговорила тёмная.
– Что? – не поняла сразу резкого перехода Рилль.
– Второй парой в твой шатер – Сверг и гном.
– Сверг с нами на всю ночь? – почти прохрипела эльфа.
– Гном – свидетель.
– Один свидетель, – кашлем прочистила горло Рилль, – один свидетель не свидетель. Я даже придумывать не стану, что ты с ним можешь сотворить. И тогда… – она вдруг подпрыгнула и мечом, оказавшимся в её руке, рассекла нависшую на звериной тропой ветку. Гадюку, угнездившуюся на ней, рассекла тоже. – Я хочу выспаться этой ночью, а не караулить его, тебя, Сверга!
– Ты, подруга, про “себя” забыла упомянуть, – почти прошипела дроу.
– Так ты ж, подруга, напомнишь, – опять закашлявшись, согласилась эльфийка. – Если что случится – Сверг не простит. А я не хочу, что б было хоть что-то, что Свергу имелось бы мне прощать!
Минута бега.
– Ты мне совсем не веришь?
– Верить? В чём? Ты мне ничего не обещала, ты мне ничего не должна.
– Хорошо – не доверяешь?
– Повторю: ты мне ничего не обещала, и добавлю: а я стою на твоём пути.
– Я у тебя – тоже. Тогда почему тебе доверяю и верю я?
– Потому что ты умеешь видеть правду?
Ещё две минуты бега.
– Как-будто ты не умеешь!
– С детства учусь. До тебя всё равно далеко.
– Да что тебе до меня-то?!..
– До сих пор не вижу, что у Вас со Свергом случилось у паучихи, когда я ушла.
– Ничего! – почти выкрикнула тёмная.
– Ты солгала, – констатировала светлая. – Значит, что-то было.
– Отвергнутая силенсия – это “что-то”?
Долгая минута бега.
– Ничто, – наконец, согласилась эльфийка.
Она резко обернулась – у неё в руках был лук. Выстрел! И стрела вонзилась в ещё одну змею у ног тёмной. Джимайя Аркенанна отпрыгнула, а Таурэтариэлль вернулась, выдернула стрелу, подобрала гадину.
– А её-то зачем?
– Ценный яд. Вкусное мясо. Да и шкура… Не пропадёт. На привале попрошу Сверга – разделает.
Пауза.
– Не его. Попроси Леслу.
Пауза.
– Просишь? Хорошо, подруга.
*
Наш последний забег вышел короче. За полчаса до конечной на сегодня остановки мы перешли на шаг и пошли гуськом – едва ли не след в след за Рилль. И вскоре, выйдя на достаточно широкую поляну, она объявила: «Здесь ночуем», штырями ограничила пространство нашего свободного перемещения – чтобы мы не подходили к лесу, а сама побежала вспять. Вернулась ещё через полчаса. «Вот и нет следов», – сообщила она нам.
Костёр жечь запретила, перекусили в сухомятку. Только чайник Майя руками вскипятила, заодно устроив мне выволочку по поводу моей общей магии, которая оставалась еще на 6-ой ступени.
– Ты же до сих пор всеми аурами по-настоящему пользоваться не можешь! Вот я Сторожем всю эту поляну накрою да и за неё ярдов на тридцать протяну. И при всём при том разным мышам или ёжикам обеспокоить меня не удастся. А ты сейчас забьёшься в шатёр и дрожать всю ночь будешь!
– Ой, тётенька, можно я ночью тебя за ручку держать буду? – заканючил я.
– Нет, – усмехнулась, взглянув на тёмную, светлая. – Занято. Ночью её за ручки держать буду я.
И все смешочки как-то сразу увяли.
В круглом на четыре метра в диаметре шатре наш десяток уместиться смог… Легли радиусами – ногами к краям от середины. Не то, чтобы свободно вышло, получилось, что в центре голова к голове, зато ногам свободно. И не знаю, как у других, а у меня в предыдущую ночь со сном не задалось, днём я, вон, свежего воздуха наглотался – заснул, почти как только голову на подушку опустил.